Русская послеоктябрьская эмиграция воплотила все достаточно традиционные черты онтологии изгнания: кардинальные сдвиги в повседневности, связанные с изгнанием, привели к тому, что характерной чертой быта/бытия русской эмиграции стала жизнь на грани повседневности и внеповседневности, на грани обыденного и ирреального, то есть жизнь в мифологизированной, «мутированной» вседневности. Конкретно-историческая уникальность русской диаспоры заключается в специфике болезненно трагического переживания эм...
Русская послеоктябрьская эмиграция воплотила все достаточно традиционные черты онтологии изгнания: кардинальные сдвиги в повседневности, связанные с изгнанием, привели к тому, что характерной чертой быта/бытия русской эмиграции стала жизнь на грани повседневности и внеповседневности, на грани обыденного и ирреального, то есть жизнь в мифологизированной, «мутированной» вседневности. Конкретно-историческая уникальность русской диаспоры заключается в специфике болезненно трагического переживания эм...
Ваша оценка