
Аудио
269 ₽216 ₽
Это бета-версия LiveLib. Сейчас доступна часть функций, остальные из основной версии будут добавляться постепенно.

Ваша оценкаЖанры
Ваша оценка
Новый герой Анатолия Рыбакова Серёжа Крашенинников (отсюда и Крош) некоторыми чертами своего характера немного похож на героя цикла «Кортик» Мишу. Наверное, прежде всего стремлением к справедливости и честности, да ещё настойчивостью и упрямством. Хотя у Кроша эти черты проявляются в более мягкой форме — Крош больше сомневается в себе, он менее категоричен и при этом более дипломатичен, что ли. А в тех ситуациях, когда что-то спрашивает напрямик, то делает это так невинно и без напора, что порой это выглядит как точный расчёт, хотя внешне имеет форму простоты.
А сами описываемые в повести события вполне правдоподобны и скорее всего широко распространены. Ведь недаром в русском языке есть бытовая бесхитростная прагматическая поговорка, что у воды ходить да пить просить будет только дурак. Мелкие хищения со своей работы в советское время были достаточно известным и распространённым явлением, даже термин для таких воришек был — несуны. И журнал «Крокодил» то и дело прохаживался по несунам фельетонами и карикатурами.
И столкнувшись с этим явлением, пятнадцатилетний Крош оказывается перед выбором — сделать вид, что ничего не заметил, или же постараться уличить вора и вернуть похищенное на автобазу.
Вторая смысловая тема повести, это поведение его одноклассника Игоря, который старается возвыситься над всеми другими ребятами, занимает лучшие блатные места, приспосабливается в жизни с тем, чтобы выйти в зону успеха так, как он это понимает — красивые шмотки, авто, должность и всё прочее. Но с этим всё просто, ибо поведение Игоря настолько однозначно, что у читателя не возникает сомнений в том, как к нему относиться, да и Кроша и его друзей тоже таких сомнений нет.
А вообще повесть читается очень легко и непринуждённо, она максимально приближена к действительности своего времени, а кроме того наполнена деталями подросткового мышления и образа жизни, причём с присущими Рыбакову юмором и иронией.
А это значит, что скоро мы отправимся и в «Каникулы Кроша».

Когда всё хорошо и сказать-то нечего.
Наслаждение книгой от начала и до конца, наслаждение и языком, и сюжетом, и характерами героев, и жизненными ценностями персонажей.
Здесь виден человек и цена его не в рублях, потраченных на очередную дорогую безделушку, но в совести, воле, твердости характера, когда человек не боится высказать свою позицию.

Прекрасная агитка, правильная, выверенная. Правильная именно в том, что в ней нет однозначности, есть противоречия и простор для развития персонажей, они не функции, а живые люди. Без этого книгу невозможно было бы читать и агитационный посыл пропал бы втуне.
Однако же и агитка. Книга насквозь просоветская, насколько это вообще возможно. Очень занятно это смотрится на фоне того, что в дальнейшем автор прошел еще несколько стадий своего идеологического развития, от антисталинизма в Каникулах Кроша (1966) до достаточно оголтелого антисоветизма в поздних работах (их не читал, здесь ссылаюсь на общее впечатление от репрезентации автора в СМИ). Ибо получается, что автор был увлекающимся человеком, которого мотало туда-сюда.
Что же есть для нас в этой конкретной книге 1960 года (кстати, судя по ценам в новых рублях, 1961 года, автор книгу еще и редактировал после публикации)? Есть автотранспортное предприятие, выписанное с большим усердием и любовью. Это тебе не «Новые времена» (1936) Чаплина, здесь к производству выражается плохо скрываемое обожание и пылкая любовь. Никакого обезличивания и уподобления машинам, нет, советский рабочий – творческая личность, а в целом организация работает слаженно и целенаправленно.
Есть, конечно, отдельные недостатки, несуны и безответственные лица. Но это все мелочи, которые мы изживем. Вот такой посыл довольно недвусмысленно читается у этого Рыбакова образца 1960 года.
Вот Shishkodryomov утверждает, что все это фон, а главное – удивительный здравый смысл главного героя, что в этой книге, что в «Каникулах Кроша». Позволю себе с этим не согласиться, ведь именно бытие, как известно, определяет сознание, без этой среды не было бы и такого Кроша.
А проза на диво удачна, автор-то писал действительно хорошо, интересно, самобытно, но совсем не вычурно. Очень и очень хороший литературный русский.

Я сказал:
— Отца нельзя предавать. Отцу надо верить.
— Но исторические факты?! — возразил Андрей.
— Я не хочу знать никаких исторических фактов, — закричал я, — сын не может предавать своего отца! Если мы не будем верить в своих отцов, тогда мы ничего не стоим.
— Чего ты кричишь! — сказал Андрей. — Разобраться надо, а ты кричишь. На свете есть подлецы, у подлецов есть дети. Что же этим детям — защищать своих отцов-подлецов?
Вопрос был поставлен коварно. Все смотрели на меня, ждали моего ответа. И во взгляде Люды я заметил что-то такое особенное. Видно, неважно у нее сложилось с родителями.
— Говорите что хотите, — сказал я, — но я убежден в одном: сын не может быть судьей своего отца. Если мой отец преступник, я не могу быть его защитником. Но я не могу и быть его обвинителем. Пусть его судит суд, общество, пусть его вина падет и на меня, и позор пусть падет на меня. Если я не сумею жить с этим позором, я умру.

Богатое событиями лето: я узнал, как бегают по спине мурашки и как на душе скребут кошки.










Другие издания


