Расмус-бродяга

Совершенно не понимаю, как эта чудесная женщина манипулирует моими воспоминаниями. Всё моё общение с безбрежной водной стихией сводится к трём мимолётным моментам: 1) Океан из окна самолёта. 2) Горе-море из окна автобуса. 3) «Эй, уточка, кис-кис-кис!» — и падение со скользкого камня в жижу водоёма в Петергофе. Но я читаю эти страницы и чувствую, что это моё. Извилистые фьорды, сумасшедшие детские тайны, солнечное тепло, солёный морской ветер, салака, чёрт подери, пусть я и знаю, как она выглядит, только из гугла. Наверное, давным-давно к Линдгрен явился волшебник в голубом вертолёте и выдал ей универсальную формулу детства, которую она потихоньку вплетает в свои произведения, сказочные и совсем не сказочные, а очень даже реалистичные, такие как «Мы — на острове Сальткрока». Закрыть глаза, услышать шум ветра на берегу и смех загорелых под шведским солнцем детишек. В них веришь безоговорочно, не может быть, чтобы фру Линдгрен их выдумала. Моё детство точно такое же, пусть в нём и не было сенбернаров, тюленей и копчёной салаки. Мысли, игры, поведение — то же. А ещё такой же батя, который обладает волшебными руками и превращает всё, до чего дотронется, в стихийное бедствие.

А ведь если так разобраться, то ничего особенного в книжке нет. Городская семья снимает дачу на острове Сальткрока («Медвежий угол», самое подходящее название), полузаброшенную усадьбу столяра, умело доламывающуюся кривыми руками заботливого отца семейства. Но дети никогда не переживают из-за текущих потолков, рассохшихся досок и облупленных красок, потому что простые прелести деревенского бытия, неведомые городским ребятам, затмевают все неурядицы. Вдобавок отовсюду валятся горы животных, мелких приключений и колоритных соседей. Чёткой линии одного повествования нет, это больше похоже на сборник баек или рассказиков, крупных фееричных происшествий тоже, все герои самые обыкновенные… И, может быть, именно поэтому такие очаровательные. Дзэн-философ «Колбаска»-Чёрвен со своим гигантским псом, девочки-пацанки, потрясающая детская логика, которая есть, но со стороны кажется полным её отсутствием. Невозможно устоять. И почему у меня в детстве было так мало книжек Линдгрен? Всё-таки образы «бой-девчонок» у неё самые-самые.

Сказки Астрид Линдгрен нравились мне с детства (хотя и не самые её известные - про Карлсона и Пеппи, их я знала по экранизациям), как и истории про Эмиля. Остальное творчество автора было упущено, но наконец-то пришла пора восполнить это. Вот я и добралась до этой повести, которая оказалась чудесной историей о северном острове и одном милом семействе, арендовавшем на этом острове пустующий дом себе как дачу. А ещё эта история невероятно атмосферная. Большую часть чтения я думала о том, какая летняя книга попалась мне этим летом, такая солнечная, жаркая, наполненная морем, хотя и без гроз и туманов не обошлось. Правда, оказалось, что о летних каникулах рассказывает примерно половина книги, но Мелькерсоны решили вернуться на Сальтроку на рождественских каникулах, так им полюбился остров и его обитатели. И вот, в ожидании зимы, пара абзацев описывают осень, но и их хватило, чтобы повеяло её прохладным дыханием. Зима вышла тоже невероятно атмосферной, ледяной и морозной. Но год пролетел незаметно, принес много нового и вот на следующее лето Мелькерсоны снова приехали на полюбившуюся им дачу. Эх, больше половины книги я наслаждалась спокойными событиями, происходящими на Сальтроке и думала, что всё продолжится подобным образом, но лето лету рознь и ближе к концу истории напроисходило столько всего, что жизнь героев напоминала американские горки. Пришлось от души попереживать за судьбу семейства Мелькерсонов, их островных друзей и домашних животных. Отличная история на все времена!

До сих пор одно только имя Астрид Лингрен способно вызвать во мне бесконечный поток положительных воспоминаний. Вот я в гостях у бабушки читаю до поздней ночи "Пеппи Длинныйчулок", перечитываю книгу второй раз, но снова не могу оторваться. В гостиной шумит телевизор, за которым припозднился дедушка, советские старые часы с маятником бьют одиннадцать часов, а потом и полночь. А вот я в деревне на даче, греюсь на солнышке, ем хрустящую соломку и читаю "Мы на острове Сальткрока", есть ли более подходящая история для прекрасного времяпрепровождения на даче? После закрытия книги так и хочется найти себе весёлых друзей с большой собакой. Хотя о чём это я? Друзья были, пусть и без собаки, поэтому после чтения я бежала с ними гулять: гонять на велосипедах, карабкаться на песочную гору и плескаться в озере, в котором нет-нет да встретишь ужа. Я с криком выбегала из воды, а деревенские ребята надо мной только посмеивались: "Ну городская, ужа испугалась". А неподалеку была огромная ледяная река, куда нас с братом возил папа, вот на ней можно было вдоволь ощутить как чудесна жизнь ребят из Сальткроки. Да, прекрасные были дни.

Расмус-бродяга немного опоздал с появлением в моей жизни, но всё равно книгу прочитала с огромным удовольствием. Люблю навёрстывать упущенные в детстве книжные истории и открывать для себя заново любимых в те времена писателей.

В глазах воспитателей девятилетний Расмус - самый настоящий хулиган. Конечно, он не из тех мальчишек, которые собираются в стаю и отнимают у беззащитных ребят мелочь, а из тех, что любят лазить по деревьям, терпеть не могут работать и учиться и всячески противятся строгой дисциплине. Словом, самый обыкновенный мальчишка, которому не нравится всё то, что мешает ему бегать, играть и купаться на речке. А что прикажете делать непоседливому сорванцу летом? Картошку окучивать? Окучивать, Расмус, окучивать. И крапиву для глупых кур драть.

Будучи воспитанником Вестерхагского приюта, Расмус был в нём дешёвой рабочей силой. Таков жребий приютских ребят. Больше всего на свете они мечтают о своей семье, хоть порой и надевают маску равнодушия и упорно твердят обратное. Ещё бы, какой ребёнок не захочет к настоящим маме и папе, для которых он станет любимым сыном или дочерью.

Но детей, как шепчутся в приюте, выбирают по внешности, и у каменеющего от крайнего смятения при виде потенциальных родителей Расмуса, нет никаких шансов обрести дом, пока в приюте есть кудрявые хорошенькие девчушки. Вот и в тот злополучный день, когда всё началось, мальчик убедился в этом. Чистую правду говорят воспитанники, чья заветная мечта обрести семью становится всё призрачнее, но глубоко в душе у каждого из них до сих пор с завидным упорством тлеет едва уловимый огонёк веры: а вдруг в следующий раз повезет?

Вспоминается печальный момент, когда Расмус мечтал о том, как наконец-то покинет этот злополучный приют. Он думал о фрёкен Хёк, которая не брезговала физическими наказаниями, и представлял, как однажды это унизительное и жесткое действо внезапно предотвратят его будущие родители. "Не трогайте, пожалуйста, нашего мальчика!" - воскликнут с негодованием они. И всё это прекратится раз и навсегда, он поедет домой исполненный счастья и всю дорогу будет держать за руку свою маму. Для Расмуса порка - это настоящая трагедия и однажды, сильно провинившись, он вынужден бежать, ведь заступники спешат к нему на помощь только лишь в фантазиях. Лучше покинуть приют, чем быть унизительно наказанным.

С тех пор и начались приключения Расмуса на большой дороге. В свободной жизни его ждёт верный спутник, новые знакомства, очередные надежды и маленькие победы. Будет у него шанс проявить себя и в сложных ситуациях: противостоять самым настоящим преступникам и отстоять свою правду. В жизни маленького бродяги есть свои радости и трудности, именно теперь ему предстоит доказать прежде всего самому себе, что не надо быть славной кудрявой девочкой, чтобы обрести счастье, в чём бы оно не заключалось.