Pod kopulą

Она, конечно, хотела позабавить людей, но то, что забавляет взрослых, часто пугает детей.

Возвратите человеку, женщине или мужчине, самоуважение и в большинстве случаев - не всем, но большинству личностей - вы вернете способность мыслить, хоть с какой-нибудь ясностью.

Если ты не способен смеяться, когда дела плохи - рассмеяться, пошутить, - значит, ты или мертв, или предпочел бы умереть.

И не слушай, если тебе говорят, что люди не помнят детские обиды, когда становятся взрослыми.

...если видишь кучу лошадиного дерьма, значит, где-то рядом есть и пони.

Но у детей по большей части моральные принципы еще не сложились. На их развитие уходят годы. И, став взрослыми, мы обычно оставляем в прошлом многое детское, в том числе сжигание муравьев с помощью увеличительного стекла и отрывание крыльев у мух.

– Я думала, Четвертое июля – самый тяжелый день, но этот еще хуже. – Роуз вздохнула. – Если бы ты не появился, я бы свернулась калачиком в углу, зовя мамочку.

Нет большего дурака, чем старый дурак.

— Иногда, если люди предоставлены сами себе, приходится преподать им урок.
— Иногда, если люди предоставлены сами себе, они совершают поступки, о которых потом сожалеют. Обычно, когда начинается расследование.

-Мне тяжело демонстировать большую признательность,когда мне возвращают то,что мне и так принадлежало,начнем с этого.Вот такой я забавный.
-О,так вы теперь отождествляете себя с госпиталем?-фыркнул Большой Джим.
-А почему бы и нет? Вы только что отождествляли себя с Христом.

Сожалеть о том, что ты сделал неправильно, лучше, чем ничего, но никакое сожаление не искупит радость, испытанную при убийстве, будь то сжигание муравьев или расстрел пленников.

И знаете что? Она, возможно, не заметит нас, даже если посмотрит в упор. Взрослые никогда не видят детей. — Он обдумал последний вывод. — Если они не на скейтбордах.

Все остальные планеты нашей Солнечной системы безжизненны!

— Вы напугали меня чуть ли не до инфаркта. Но как я понимаю, вы бы меня и спасли. Вы же — доктор.

Полузнание опасно.

Когда до зари еще далеко, дурные мысли обретают плоть и начинают ходить. Глубокой ночью мысли эти становятся зомби.

Если отбросить невозможное, останется ответ, каким бы он не был невероятным.

В периоды кризиса люди пытаются держаться за то, что им близко и знакомо, чтобы найти в этом успокоение. Вышесказанное справедливо и для религии, и для семьи.