Вас мучило когда-нибудь экзистенциальное чувство стыда и измены, — после сна?
Например, вам долгое время, каждую ночь, снится ваш любимый человек, снова и снова, с грацией распускающихся цветов на веточке вечерней сирени, и вдруг, это цветение словно бы переходит во что-то иное — в звёзды ли, которые дрожат в вечерней синеве лиловыми бутончиками, или — в сны с вашим другом, но отсвет нежности от ваших встреч с любимым, во сне, тайно переносится и на встречи — с другом.
Прости, мой смуглый ангел.. я — изменил тебе во сне.
Не пытай меня, — с кем. Или пытай, но недолго. Я и сам всё расскажу. Всех — сдам!
О! Смуглый ангел! Не проклинай меня и не матери на финском, думая, что «их» было — много.
Это просто фигура речи. Симпатичная фигура, надо сказать. Речи.
Был всего один человек во сне. Хотя.. не уверен.
Прости, любимая..
Хочешь, подарю тебе цветы? А хочешь — луну? Нет, я бы не сказал, что это сильно дешевле.. (цыганская щедрость! Мне одна цыганка как-то нагадала, что я в прошлой жизни был цыганом: Сашка Кольцо).
А хочешь.. хочешь.. подарю тебе улыбку? Целый букет улыбок, пока ты будешь читать эту рецензию?
Господи.. надеюсь, что ты всё же читаешь мои рецензии, а то будет вдвойне неудобно, если.. не ты её будешь читать, а какая-то другая женщина, быть может, симпатичная, и целый букет улыбок, достанется — ей, и не дай бог — луна, и мой лунатик-поцелуй, заблудившийся на её плече или шее..
Ищи его потом! Как в детстве, мама звала меня с балкона вечернего: Саша! Домой! И я.. словно нежный Фавн, выныривал из кустов сирени с нашкодившем светлячком улыбки.
Согласен, как-то двусмысленно я о поцелуе-лунатике, незнакомой женщине и.. кустах.
Я — лунатик, но не самоубийца. Кстати, есть ли лунатики-самоубийцы? Если только.. наши с тобой письма.
Так вот, мне впервые за долгое время приснилась не ты, а.. Фёдор Сологуб.
Прости, мой ангел, я — изменил тебе с Сологубом, прости господи (странный наклон строки, словно я попал в рай и прошу прощения у тебя и у бога за грех свой. И.. вы оба, улыбаетесь.).
Ты не переживай, мой ангел, всё было вполне невинно. Мой сон тоже, страдает лунатизмом, но не до такой же степени…
Мне снилось, что Сологуб — мой дядя. Я рассказывал об этом друзьям, но мне не верили, смеялись: ему сейчас 162 года? А тебе тогда сколько? Вы что — вампиры?
Мне снилось, что я живу с дядей Фёдором (господи, как это мило и знакомо звучит!.. словно я — кот Матроскин!), в деревне.
Дядя Сологуб ушёл с утра пораньше на речку и дверь оставил открытой. Проснулся я от того, что на мою постель, перед подушкой, положил серую голову — волк.
Но волк был похож на собаку нашу, и я толком не знал, кто это. И спрашивал его… сонным, бледненьким голоском красной шапочки: кто ты, милый? Волк или собака?
И собачка так нежно ласкалась ко мне, лизала мою руку, лицо… я ей улыбался и говорил такие нежности.. которые, раньше, говорил тебе, о мой смуглый ангел.
А через минуту, в дверь вошла моя собака, точнее — собака Сологуба, и зарычала, и тогда я понял с ужасом, что ко мне ласкается — волк.
Сологуб написал удивительный рассказ. Русскую сказку о любви.
Рассказ — невероятно живой. Знаете, есть рассказы, с изящным стилем, с прекрасными метафорами и т.д., но ты сердцем понимаешь: рассказ — мёртвый, литературщина, пусть и прекрасная.
А тут — сама жизнь. Может потому.. что такие рассказы пишутся чем-то сокровенным и подавленным - в душе?
Некой сингулярной точкой в душе, недовоплощённой судьбы, мучающейся или бредящей о жизни?
И тогда мы с вами, читатели, как бы проживаем эту недовоплощённую жизнь и радуемся ей и согреваем её, словно она — существует, ибо была задумана богом, но так уж вышло — что не суждено было ей родиться на свет и обречена она томиться в душе Сологуба.
Иной раз, такая дышащая точка-звезда в космосе нашей души — больше чем вся наша жизнь. И если такая звезда погаснет… то мы всю жизнь ощущаем, что в нас что-то главное умерло.
Что это за звезда в нашей душе? Любовь всей нашей жизни, которой не суждено.. сбыться.
Знаете, когда мы в гостях, присев на пол, играем с кошкой в условного «Рики-тики-тави», словно наша рука — кобра, а кошка — отважный мангуст, мы порой так увлекаемся, что не подозреваем, что начинаем уже чуточку мучить — кошку, пусть и нежно: у вас вся рука уже в букетах царапок, а кошка шипит, словно она и правда борется с коброй (тоже, отважной).
Словно вы, своё чистилище отношений с любимым человеком, на миг перенесли на.. кошку, и ваша рука страстно кувыркается с ней на полу, нежно сочась чеширскими коготками, улыбками и.. кровью.
Похожим образом Сологуб начинает свой рассказ: Машенька была девушка молоденькая, миловидная, мечтательная… и тут Сологуб, разыгравшись со строкой, словно с кошкой, добавляет, нежно замучивая строку и.. видимо, Машеньку: и — недалёкая.
И далее описывает её вздёрнутый носик, серые глаза и веснушки, по весне превращающиеся — в маску, на её личике.
Машенька, как милый Дон Кихот в юбке, томится и мечтает о великой любви, о такой, какая воспевается в великих романах и стихах.
А что же в жизни? С ней знакомятся какие-то прозаичные молодые люди, у которых на уме — разврат, карьера, деньги, или какая то модная чепуха, а о любви они говорят так.. как о погоде, в Англии, словно так положено, когда и поговорить то особенно не о чем, и любовь и нежность души и вера души в людей, норовят улететь из сердца, словно ласточки по весне — к звёздам (я так думал, когда мне было 4 года. Или я путал ласточек — с душами?).
Замечали, что мы сами уже привыкли нежно насиловать себя, окорачивать: ну, мол, это жизнь, а не книги, и в ней не бывает Той самой любви. Разве что одна на миллион. А если её ждать.. то можно сойти с ума от ожидания. Всё равно что блуждать по солнечным улицам детства, юности, затенённым, каштановым скверикам зрелости, с перепуганным и словно бы заикающимся фонарём, и знать, наверняка знать, что всё это время над тобой летит пьяный Купидон и метит в тебя стрелой, или, по русски — вилами! ты, целые года — под прицелом!
Это же невозможно вынести! Хочется остановиться и крикнуть ему, открыв грудь, порвав футболку (у себя, разумеется) — ну давай, давай, стреляй уже! Уже нет сил ждать!!!
И тут.. прохожая, в московском скверике, очаровательная смуглая женщина, с чуточку разным цветом глаз, цвета ласточки на заре, на миг останавливается с милой улыбкой и.. стреляет в тебя — чудесными глазками. Наповал. И контрольный — в сердце: женская улыбка..
Машенька очень любит оперу Вагнера — Лоэнгрин. Там она и познакомилась со своим странным ухажёром, робким молодым человеком, который сидел в опере, позади неё и она ощущала этот его тёплый взгляд, даже спиной: может в таком телепатической чувстве спины, которое многие из нас, хоть раз, да испытывали, сокрыта смутная память о крыльях? Словно это фантомные боли крыльев, томление крыльев.. не могущих — быть.
Вы прислушайтесь к своей спине, её нежным шёпоткам. Я часто прислушиваюсь.
Бывает, иду по улице, и.. чувствую: вот, началось! Кто-то идёт за мной и жарким томлением взора касается моей спины.. чувствую улыбающейся спиной, что этот озорной, мотыльковый жаркий взгляд, сползает ниже моей спины и гладит меня по.. по..
Я держусь. Не оборачиваюсь. Мечтаю: кто это? Может мой смуглый ангел нежно преследует меня, желая помириться? Вот обернусь резко, а она, словно дриада, спрячется за вон тот клён и лишь крылышко её смуглого смеха выдаст её.
Оборачиваюсь с нежнейшей улыбкой, больше похожей на букет цветов из 101 розы, и.. роняю букет к ногам. Своим.
Оказывается, за мной всё это время шла милая седая старушка. Она ласково улыбается мне.. словно подобрала мой букет цветов.
Господи, как неудобно то! Робко чешу плечо, где должно было расти крыло. Крыло-непоседа.
Сологуб так потрясающе описывает это нежное соглядатайство любви, этот спиритуализм любви, когда ты — словно нежная жертва, и ты толком не знаешь: а кто, Он? Почему он так нежно смотрит на меня? Так нежно на меня не смотрят ни мама, ни папа, ни батюшка в церкви, ни ангелы на иконах, ни цветы по весне.. ни… официант в ресторане, которому ты оставил щедрые чаевые.
Кто — он?
Так порой душа нерождённая, но нежно задуманная на небесах, витает над телом, выбирая, в кого воплотиться и войти — навсегда: глубже и нежнее — чем в сексе.
Наш милый незнакомец сидит за Машенькой в театре, и она чувствует, как его тёплый взгляд словно бы касается того райского места на шее, где заканчиваются волоски, кучерявясь лёгким дымком, словно нежные черновики травки на картинах Боттичелли.
О мой смуглый ангел.. ты считаешь количество своих улыбок? Вот эта, какая по счёту?
Смотри.. на тебя сейчас смотрят все читатели рецензии. Ты снова улыбнулась и зарделась. Вся. Нежно вся.
Надеюсь я не один так читаю книги? Тактильно. Я испытал жгучую потребность.. прикоснуться у себя на шее, к этому месту, куда смотрел незнакомец в театре, на Машеньку. Она ведь тоже хотела прикоснуться, но.. подавила в себе это чувство! И вот этот зуд недовоплотившегося желания женщины — перешёл ко мне. Как и в жизни часто бывает.
И я робко коснулся своей шеи, и улыбнулся, чуть более блаженно, чем рассчитывал, и даже полузакрыл глаза..
И даже.. обернулся. На бежевой спинке дивана спал мой кот Барсик, с чудесной чёрной кляксой окраса на носике. Я поцеловал его в носик и продолжил чтение.
Господи, мой смуглый ангел, я бы отдал полцарства и полконя, чтобы в этот миг поцеловать тебя — в носик.
Да что там, всего коня, всех коней мира и все царства мира.. и луну.
На миг ощутил себя Тамерланом в доспехах, читающем на бежевом диванчике Сологуба и томящегося по тебе.
Вы верите в телепатию улыбки? В то, что улыбка — это некое таинственное существо из Эдема, которое ушло вместе с Адамом и Евой, и столь сроднилось с ними, оберегая их, что стало частью человека?
По крайней мере мне так часто кажется. И как можно иначе, если не телепатией улыбки, с которой мы так часто сталкиваемся, объяснить то, как Машенька, в антракте, обернувшись на нашего робкого незнакомца, рассматривала его, и.. улыбнулась своим мыслям: мол — бедненький. Тоже, небось, воображает, что он прекрасен и неотразим.
И в этот миг, пока Машенька улыбалась своим мыслям, и её улыбка, как и любовь, нежно путая душу и тело (ибо для улыбки и любви — это одно и то же, а для монстра морали — разные вещи), улыбалась себе и стала видна — Ему, он тоже улыбнулся ей, думая, что она улыбается ему.
А может так и было? Может улыбки наши живут в 4-х измерениях и знают что-то о будущем?
Как же грустно, что у такого чудесного рассказа, всего один читатель на лл! А между прочим, этот таинственный рассказ, со своим таинственным финалом, который несколько сложнее, чем кажется, — лунный брат Гранатового браслета, Куприна.
Когда Сологуб описывает нежный саспенс Машеньки (звучит чудесно… но по сути, чепуха, правда?), идущей по вечерней улице, чувствуя, что за ней идёт Он.. то читатель так нежно улыбается, словно он — ангел, мы — ангелы, знающие, что всё будет хорошо, и мы на миг даже думаем улыбкой мысли и чеширским росплеском невидимых крыльев у нас за спиной, что Машеньку преследует — милый Сологуб, автор, и героиня словно бы сердцем чувствует, что за ней следует само небо, — бог, тот, кто её сотворил или творит прямо сейчас.
Рассказ был написан в 1911 г. Это время нежнейшей зари любви Сологуба и его Настеньки Чеботаревской.
А в 1921 году, весной, после самоубийства Насти и того, как её труп выбросило к его дому, через полгода после трагедии, он пишет малоизвестный стих — Лоэнгрин, который оканчивается такими словами:
Бог приходит под покровами,
Лик его непостижим..
Всё как в любви, правда, мой смуглый ангел? Ты ведь сотворила меня. До тебя я словно и не существовал..
И вот, Машенька у себя дома, поднимается по ступенькам.. но и за ней словно бы кто-то идёт, словно сами ступеньки вздохнули на миг ожившей рябью оперения крыла ангела.
Машенька за дверью.. она спасена! Стоит с бьющимся сердцем у двери и.. краснеет, прислушивается к двери. И читателю нежно кажется, что её преследовал — ангел, и даже через дверь, он поцеловал её личико покрасневшее, и её зардевшиеся плечи, и грудь.. зардевшуюся, словно бы прижавшую к себе 101 розу.
Что то я замечтался о тебе, мой смуглый ангел. Я не ангел, но через стену рецензии, ты почувствовала тепло моего поцелуя у себя на шее, груди?
Господи.. надеюсь ты всё же читаешь эту рецензию! Мне так и мерещится.. что вместо тебя, некая седая старушка улыбнётся и прошепчет вслух: да, да, я всё чувствую, милый Саша..
И в этот миг входишь ты.
А старушка — полураздета, зацелована, с розами и с полконём (она татарочка?) сидит и улыбается взапуски.
А какая нежнейшая, чисто мышкинская наивность любви у нашего воздыхателя! Не от мира сего..
Он говорит Машеньке, (она-таки обернулась однажды на вечерней улочке и они заговорили) — я люблю вас больше жизни. Если бы вы узнали, как беспредельно я вас люблю, может тогда вы не смеялись надо мной, а — полюбили меня?
И мне подумалось: может в этом есть некое эхо небесного концепта любви? Угол падения равен углу отражения..
Падший ангел равен.. человеку, а человек — ангелу, влюбившегося в него.
Ведь бывает и так, что два человека, созданные друг для друга — тянутся друг к другу, но они словно не могут до конца вспомнить, что созданы друг для друга. И лишь в старости, или после смерти одного из любимых, понимают со слезами на глазах, что все преграды, мешающие их любви — были ложными и смешными.
Да, бывает и так, что память о Той самой любви, неравномерно распределяется среди влюблённых, и большая её часть, может храниться в сердце мужчины, или женщины.
И говоря — люблю тебя больше жизни, он как бы говорит за них двоих: мы нашли друг друга, спустя века. Верь мне! Не потеряй моей протянутой руки из тьмы веков, о смуглый ангел!
Кто-то из читателей фыркнет: ну, очередной сталкер. Преследует бедную женщину. Это наверно брат Желткова, из Гранатового браслета Куприна. Ну и семейка у них!
А кто-то скажет: что? Он говорит любимой, что если она его не полюбит, он убьёт себя? шантажист и мерзавец!
Мне кажется, беда человеческого мышления в том, что оно, словно Орфей, вечно хочет обернуться на кого-то или что-то, на похожие случаи с другими, на мораль, обиду и т.д. Мы вечно — сравниваем, быть может с реальными мерзавцами, нарциссами и не видим мир и события в их девственной и сияющей красоте.
Когда Александр Блок пошёл на свидание со своей Машенькой, где должно было всё решиться, у него в кармане была.. предсмертная записка.
Словно пистолет был в кармане.
Это был шантаж? Нет. Просто мы все забыли высшую нотку любви, на которой она лишь и живёт: когда мы говорим кому то — я люблю тебя, это значит: отныне, я себе больше не принадлежу, я принадлежу тебе, и без тебя я умру, как умирают без воздуха.
Желание умереть без любимого человека, столь же естественно, как цветение сирени весной или раскрытие крыла: это смутная попытка души, жить не в этой изуродованной и изнасилованной реальности, где ты разлучён с любимой монстрами-карликами морали, страхов, сомнений, обид.. а жить в высшей реальности — свободной от тела и этого мира, где ваши души уже нежно слиты.
Я умирал.. я знаю об этом не понаслышке.
Это не шантаж, это просто факт любви. Просто мы все чуточку «зажрались» и спутали любовь с простой страстью и увлечением, после которого — потоскуешь, романтически, скушаешь килограмм мороженого, посмотришь фильм с Ричардом Гиром, и снова живёшь и улыбаешься и влюбляешься.
С Той самой любовью — не так. Её не «заешь мороженым». Потому о ней так и мечтают женщины. И.. не верят, когда она приходит.
Машенька, в сумерках диалога с нашим незнакомцем таинственным, посреди улицы, спрашивает его: да кто вы такой!
- Я? Влюблённый.
Чудесно.. зачем имена и фамилии? Зачем этот человеческий и земной туман? Важна лишь любовь.
Помните как у Толстого в Воскресении? На переправе через мост, Нехлюдов спросил у одного странника: кто ты?
- Человек..
И вот тут начинается реальный сологубовский саспенс любви: наш таинственный незнакомец, не хочет говорить Машеньке — кто он. И даже когда они начинают встречаться, он по прежнему держит это в тайне, а Машенька.. томится неизвестностью, её судьба и сердце — томятся и чуточку бредят, и бьющееся сердце, словно тень от фонаря, становится как бы размером с судьбу. Целый город ночной бьётся в её груди.
Как многие из нас помнят, в опере Вагнера — Лоэнгрин, это рыцарь Лебедя (в моей вечно хмельной и оступающейся памяти — это рыцарь-лебедь. Ангел), хранитель священной чаши Грааля, с кровью Христа.
Он спас милую девушку и женился на ней, но.. сказал, чтобы она не пыталась узнать, кто — он. Иначе он исчезнет навсегда.
Но где вы видели нелюбопытную девушку? В гробу? Не факт. И там женщина узнает то, что не положено знать человеку. В этом и прелесть женщины: ей тесно в теле человека.
Она узнала, кто на самом деле, рыцарь, и.. утратила его навсегда. В некоторой мере, это женская вариация мифа об Орфее.
А что же Машенька?
И вот тут меня хорошо так встряхнуло. А вы реально, думали, что для вас важно в жизни? Любовь, или — жизнь?
Вся мука жизни в том, что эти тропки часто расходятся и человеку нужно сделать выбор.
Дать любви умереть — ещё болезненнее и греховней, чем — умереть или убить (надеюсь мы дорастём до этой новой морали, в будущем).
Машенька боится: а кто — её любимый? А вдруг он — палач? Или — вампир? Маньяк?
Скажите честно: если бы вы узнали, что ваш любимый человек — вампир или монстр, но безмерно любящий вас, вы бы.. остались с ним?
С одной стороны, секс стал бы разнообразней: два нежных чудовища на нежных и смятых, словно простыня — смуглых крыльях.
О мой смуглый ангел! Мне так иногда жаль, что ты не чудовище! О, не хмурь свои милые бровки! Просто я бы тогда на деле показал, как безмерно люблю тебя, целуя твои милые ножки, копытца.. хвостик. А твои друзья бы морщились и крестились.
С другой стороны.. нужно и правда, любить больше жизни. Нужно принять факт: что высшая реальность и единственно возможное бытие — это любовь, а всё остальное — реальности жизни, морали, быта и бытия — лишь нелепые суррогаты этой высшей реальности.
В этом плане, конечно, сердце женщины — это и есть подлинный Лоэнгрин, хранитель чаши Грааля: вечной памяти о Той самой любви, о которой мечтает каждая женщина, и лишь немногие мужчины.
Чтение рассказа меня нежно измотало. Почти как.. после хорошего секса с тобой, о мой смуглый ангел. Всю ночь. Помнишь? Ну вот, ты снова нежно улыбнулась. Надеюсь, что только ты..
Я боялся дочитывать рассказ. Боялся узнать — кто на самом деле — наш робкий Лоэнгрин.
Сологуб намеренно подчёркивает прозаическую, не очень красивую внешность героев наших, словно подлинная и сияющая красота — в их душах и любви, словно их любовь — это их подлинное тело исполинского ангела на заре.
Я недочитал рассказ. Закрыл карий томик Сологуба и положил его под подушку, рядом с собой, на том пустом месте, где раньше спала ты, в своей лиловой пижамке, мой смуглый ангел.
Я боялся прочесть концовку. Я спал.. с Сологубом, две ночи. И лишь на третюю, не выдержал, и среди ночи, мучаясь бессонницей и томлением по тебе, прочёл последнюю страницу рассказа.
И тихо заплакал..
Но, быть может, мои слёзы не были уже связаны с рассказом.
К моему плечу приласкался мой милый кот. Втроём мы мирно уснули, обнявшись: я, Барсик и.. несколько смущённый Сологуб.
Но мне казалось, что у меня в ногах, робко улёгся и нежный призрак твоей серенькой кошечки Мими.
С обратной стороны согнутых ног, так похожих на сложенные крылья, в той нежной ложбинке, словно бы специально задуманной богом, для кошек. И.. для мужских поцелуев.
47 понравилось
