
Goodreads Choice Adwards 2016
elena_020407
- 211 книг
Это бета-версия LiveLib. Сейчас доступна часть функций, остальные из основной версии будут добавляться постепенно.

Ваша оценка
Ваша оценка
Время от времени мой телефон начинает жить своей жизнью, особенно когда он подключён к зарядному устройству. Вот, скажем, надо мне отправить сообщение. А в процессе набора текста сенсорная клавиатура внезапно перестаёт реагировать, и вместо «Отлично, встретимся в 7 на Восстания» получается «Отлорвпстоалыасьлшыа», и текст отправляется получателю, пока я лихорадочно пытаюсь остановить взбесившуюся технику. Или, опять же, надо мне отключить мобильный интернет в меню, которое вытягивается сверху экрана. А телефон вместо нужной кнопки радостно жмёт на всё подряд, подключая всякие блютусы и вырубая энергосберегательный режим. В нашей с вами адекватной реальности мы такие выкрутасы списываем на программные глюки. А вот если бы мы жили в мире романа All the Birds in the Sky авторства Чарли Джейн Андерс, это вполне могло быть видимым проявлением того, что по сети бродит ИИ по имени Перегрин и исподволь развлекается, налаживая жизни людей. Вот только на кой чёрт искусственному интеллекту включать фонарь среди бела дня?
Но это всё лирика. А физика в том, что книга оставила после себя очень грустное впечатление. И не потому, что человечество в очередной раз оказалось на грани вымирания, а главные герои на протяжении всего текста страдали, страдали и снова страдали. Скорее, дело в разочаровании, когда доверяешь многочисленным отзывам на Гудридзе, завлекательной аннотации и тому, что роман уже, фигурально выражаясь, в шорт-листе выдвиженцев на премию Хьюго будущего года. А самое обидное – я отчасти понимаю людей, рассыпающихся в восторгах и объявляющих «Птиц…» едва ли не книгой года от нф, но все мои попытки проникнуться сюжетом и идеями, сопереживать героям или хотя бы просто увлечься историей с каждой новой главой рассыпа́лись прахом. На самом деле, две трети романа можно попросту отбросить (не переработать и подсократить, как бывает с некоторыми излишне многословными авторами, а вырезать, удалить, стереть с лица Земли), и тогда останется почти увлекательная повесть о том, как перед лицом очередного апокалипсиса туповатые человеческие массы стремятся самоуничтожиться, а спасением планеты занимаются по разные стороны баррикад группа «безумных» учёных и ведьмы, орудующие магией направо и налево. А можно поступить ещё радикальнее и сократить роман до последнего десятка страниц, и будет у нас неплохой, хоть и сентиментальный, рассказ о взаимодополнении фэнтези и фантастики и переходе к постчеловечеству. Но, как говорится, автору виднее, поэтому перед нами – фантастика (или, скорее, фэнтези с элементами нф) в крупной форме, которая при чтении навевает адскую скуку и жалость о потерянном времени.
Итак, сюжет. В недалёком будущем в семье модных карьеристов живёт девочка Патриция, отличающаяся непоседливым нравом и любовью к живой природе. Прогулки по лесу она предпочитает романам с мальчиками и новомодным гаджетам и в один прекрасный день обнаруживает, что способна понимать речь животных и птиц. Потом будет встреча с птичьим Парламентом, волшебное Дерево и прочие магические примочки, включая местную разновидность Хогвартса, но сначала – непонимание и раздражение сверстников и единственный друг Лоуренс, в двенадцатилетнем возрасте собравший машину времени (переносящую на 2 секунды вперёд), хранящий в шкафу суперкомпьютер и ненавидящий прогулки на свежем воздухе. Повествование делится на четыре части – вот два своеобразных изгоя преодолевают весьма недетские школьные проблемы, потом мы видим их юной ведьмой на побегушках у начальства и молодым компьютерным гиком с мечтой об иных мирах и пространствах, следом идёт кульминация и катарсис – начинающаяся гибель человечества, которую каждый из персонажей переживает сообразно своим идеям и способностям, и, наконец, финальные главы – единение и драматизм (если тут и присутствует спойлер, то небольшой).
И вроде бы события развиваются логично и последовательно (с лакунами между частями, которые, впрочем, не нарушают целостности текста), но адекватному восприятию книги препятствует целый ряд факторов, которые ставят меня в тупик, как только я пытаюсь их объяснить. То ли дело в авторском стиле, то ли в обилие жанровых клише, то ли ещё в чём, но текст напрочь лишён эмоциональной составляющей. Вот представьте себе: приходите вы в театр, а на сцене вместо актёров – манекены с витрины какого-нибудь магазинчика по соседству. Они наряжены, напудрены и в париках, но вместо лиц – гипсовые маски, а реплики начитываются из-за кулис без единой эмоции. Сможете вы проникнуться таким представлением? Вот и от «Птиц…» остаётся похожее ощущение: персонажи ходят, говорят, влюбляются, ссорятся, мирятся, пытаются спасти мир – и всё словно бы с одним непреходящим покер фейсом. Воображение обычно помогает справляться с подобными ситуациями, но в этот раз дало сбой. Образы не просто пустые и картонные – они будто собраны из разнородных лоскутков одинакового сероватого оттенка, в котором нет-нет, да появляется проблеск чего-то живого, но умирает, не успев проявить себя.
Если уж главные персонажи оставили меня в полнейшем унынии, то что уж говорить о второстепенных – они как массовка в аниме, которой ни лица, ни фигуры прорисовывать не надо, достаточно обойтись силуэтом. Единственный, кто обещал хоть какое-то разнообразие – наркоманский убийца Теодольфус, активно ворвавшийся в сюжет, но очень быстро сдувшийся и покинувший сцену. Роль его при этом практически бесполезна. В масштабе произведения, кстати, роли всех персонажей оказываются бессмысленными – хотя, возможно, это всё играет автору на руку, но сто́ило ли огород городить, если вся суть квеста в походе из точки А в точку Б, а всё остальное – шелуха? Шелуху эту можно было сделать вдохновенной и проникновенной – но нет. Герои что в 12 лет, что в 25 (возраст указан приблизительно) ведут себя абсолютно одинаково, совершая неожиданно тупые поступки и отрицая очевидное. Идеи (вот, например, Моральная Дилемма: что главнее – Человечество или Природа) могли бы сыграть и заставить читателя задуматься о весьма печальном будущем, но Андерс так быстро устаёт от них и отбрасывает ради следующих, не менее избитых, несмотря на всю их важность и актуальность, что поставить себя на место персонажа и оценить его поступки не успеваешь. Да и затруднительно это, когда образ героя пуст и очевидно надуман.
Есть ещё любовная линия, в которой ГГ, до середины книги оставляющие впечатление дегенератов, ВНЕЗАПНО осознают свои истинные чувства (кстати, первая живая сцена в романе, хотя не сказать, чтобы приятная), и потом страдают уже не столько от инаковости и неспособности нормально общаться с себе подобными, а от выдуманного разлада в отношениях, подменяющего собой проблемы настоящие. Да и апокалипсис тут какой-то плоский – автору гораздо интереснее фокусироваться на отсутствующих эмоциях героев, когда вокруг творится форменный ад, а скупые описания бедствий и нагнетание приближающегося часа «хэ» выглядят картонной декорацией, которая может развалиться, сто́ит одному из манекенов на сцене чихнуть погромче. Добавим к этому пафос (ведьмы как огня боятся завысить собственную значимость и предаться греху «возвеличивания», о чём всё время заявляют, но при этом преспокойно убивают людей и судят тех, кто, по их мнению, поступает неправильно – где ваше смирение, господа?), предсказуемость общей сюжетной линии и бесконечное нытьё, и книгу можно смело отправлять в разряд бессмысленной и беспощадной графомании. Хорошо хоть читается легко, иначе продраться через всю эту тягомотину было бы невозможно.
Но есть и плюсы, дотянувшие оценку до нейтральной. Это ИИ Перегрин – без преувеличения, самый романтичный персонаж романа; некоторые нф-примочки, логически продолжающие современные тенденции и оживляющие предапокалиптический мир; и последние несколько страниц, где на первый план выходят персонажи «не люди», и мы наконец-то видим идею смешения жанров во всей её первобытной красе. Но, хотя явление Перегрина Великолепного несколько скрасило общую картину, а ускорение темпа позволило даже втянуться и последние 50 электронных страниц проглотить на одном дыхании, роман невообразимо скучен и необязателен к прочтению. А ещё я отвыкла от аллюзий, которые добрый автор расписывает тут же, по тексту – вдруг читатель не понял (когда следом за цитатой из «Матрицы» следует «вот так я процитировал «Матрицу», даже смеяться уже не хочется).

Книга, номинированная на "Хьюго" и взявшая "Локус", "Небьюлу", премию Кроуфорда не может быть плохой Низкопоклонство перед авторитетами, нежелание или неумение мыслить самостоятельно и выносить собственное суждение - ни при чем. Чистая статистика и обывательский здравый смысл: на присуждение единичной премии могло оказать влияние множество факторов, далеких от литературных достоинств: члены жюри оказались вовлечены в сложные интриги лоббирующей книгу силы; стали заложниками политических игр; вовсе сделали рандомный выбор (что с постоянством демонстрирует литературный Нобель). Четыре номинации на самые престижные в мире фантастики премии и победа в трех случаях говорят сами за себя - роман стоящий.
Для меня время проведенное за чтением "Всех птиц в небесах" стало неожиданной эмоциональной вовлеченностью в происходящее. То, что начинается, как милая сказка о девочке, которая могла говорить с птицами, очень скоро трансформируется в историю семейного непонимания и подростковой травли, приводящих на память "Чучело" Железникова и кингову "Кэрри": есть девочка и она чем-то отличается от остальных: "есть белая овца среди черных овец, есть белая галка среди серых ворон. Она не лучше других, она просто дает представление о том. что нас ждет за углом".
Но дело в том, что девочка Патриша, которая мечтает стать ведьмой, не единственный фрик этой истории. Есть еще мальчик Лоуренс (ни в коем случае ни Ларри, слишком много к Ларри существует рифмованных обидных прозвищ, а когда ты хил и не можешь установить с обидчиками отношений, регулируемых правом кулака, остается только терпеть. Или... изобрести машину времени, которая выбросит их за пределы твоего пространственно-временного континуума. Всего на пару секунд, но и этого бывает достаточно в критической ситуации. Итак, вы уже поняли, что героям, один из которых научный гений, другая необычайно талантлива в обращении с природными силами, судьба быть вместе?
Мы с вами это поняли и судьба, которая обычно благоволит к людям, двигающимся в верном направлении, благосклонна к Лоуренсу и Патрише. Когда бы не вмешательство чуждой злобной силы извне. Я говорила о необычайно высоком уровне эмоциональной вовлеченности, это на самом деле так. Не со всей книгой, но боль Ларри (простите, Лоуренса) и Патриши воспринимается сущностно, как грудину тебе рассекли и на сердце давят. Чему философически-отстраненная манера. в которой автор описывает отношение героев к происходящему с ними. только дополнительно способствует.
С тем, что касается их двоих, так все время и будет. Каждый из двоих подспудно и очень четко знает, что его ведет по жизни миссия и настоящее значение имеет лишь она, а боль и горечь, которые доводится испытать в процессе - так, мелкие брызги, неприятные, но не убийственные. И они идут, каждый своей дорогой, взрослеют, походя принося в жертву свету Миссии и Коллективному Труду во Славу Ее свои смутные воспоминания о единственном в жизни каждого из двоих человеке, с которым было просто и легко. кто понимал без слов, кто приходил на помощь в самых критических ситуациях.
А мир не стоит на месте. В песенке "Наутилуса" дальше о том, что "вы выйдете впервые на проспект за углом. Хотя бы для того,чтобы взглянуть, как пылает наш дом". Он пылает и четыре апокалиптических коня скачут по планете во весь опор. И надо же. черт возьми. именно в эпохальный момент кульминации найти друг в друге идеальных любовников. Все рушится и родители погибли, а ты в сладкой эйфории влюбленности. Но Долг, который у каждого свой (удивительно ли, что диаметрально противоположный) зовет. И хрена ли, что существует Кэдди (а это, дети, такой супермодный непосредственно перед тем, как все понеслось в тартарары, гаджет, который, по уверению владельцев, способен изменять их жизнь к лучшему, такой каузальный стимулятор. кто понимает). Скоро не только интернет сдохнет, но и электричества не будет. Очень полезным окажется ваш Кэдди, когда его батарею нечем станет заряжать. И вообще, это все игрушки. а тут настоящая катастрофа: "Слишком поздно-слишком поздно" - поют все птицы в небесах.
Или еще не все потеряно? Это удивительная книга, глубокая настолько, насколько у тебя достанет ума и характера копать. Надеюсь, перевод, когда он появится, будет достойным.

Раз в месяц я иду в библиотеку и беру книгу на английском на почитать. Проблема в том, что классику, которой я более-менее доверяю, я уже читала, поэтому приходится брать что-то другое. В этот раз решилась на этот young adult.
Ощущение, что читаешь фанфик ещё не расписавшегося подростка: какие-то перескоки с места на место, лишняя инфа, которая никак потом не пригодится, все либо чёрное, либо белое, а главные герои, даже будучи взрослыми, остаются подростками третьего плана из американских фильмов.
Лексика не ахти, ибо я за 200 страниц погуглила слова два-три.
Короче, пыталась, пыталась её читать, но так и не осилила, даже ради английского. А судя по комментам здесь, этот текст метит на какую-то литературную премию... м-да. Скорее всего, просто завирусился как young adult в тиктоках, и все.

This was a metaphor for how it was with Laurence, Patricia realized. He would be supportive and friendly as long as something seemed like a grand adventure. But the moment you got stuck or things were weirder than expected, he would pull away. You could never predict which Laurence you would get.

A society that has to burn witches to hold itself together is a society that has already failed, and just doesn't know it yet.

“Hey, Bert,” the giant steel Patricia said, loudspeaker-like. “Sorry to bust in on you. I got help from a friend of mine, who does dreamwalking. I’m going to be washing his car. Anyway. I wanted to make sure you were okay. I’m tying up all my loose ends.”
“Why would you do that?”
Big Patricia blinked, as though she didn’t understand the question.
“Loose ends are cool.” Roberta got upright and parted the bushes with both hands, craning her neck to look up at her skyscraper sister. “Loose ends mean that you’re still living your life. The person who dies with the most loose ends wins.”











