Любить на пределе своих возможностей.
Любить того, кто не давал ни единого шанса на ответные чувства. Любить того, кем восхищаешься и кого едва ли не боготворишь. Любить того, для кого ты и в самом деле не ровня. Интеллектуально, творчески, на каком-то метафизическом уровне. Любить без остатка. Преданно и верно. Безответно. Беззаветно. Любить на пределе своих возможностей. Во что может превратиться такая любовь с годами? Во что может превратиться такой человек через двадцать-тридцать лет? Любовь найдет выход в ненависти и обозлённости на весь остальной мир. Яд одиночества, огонь ярости, тоска по любимому разрушит тело, запустит физические процессы самоуничтожения. «Она делала невыносимой жизнь других людей, но больше всего впечатляло то, что она делала со своей жизнью». Отчаянная любовь Чокнутой Лауры Бетти. Жизнь, как биологическая катастрофа. Во имя П.П.П. На самом деле, любовь Лауры Бетти «всего лишь» одна из нитей повествования мемуаров Эмануэле Треви. Эта одиозная, невероятная, впечатляющая женщина поражала воображение и нарушала все законы логики, морали, этикета. Она – глава Фонда Пазолини в Риме, взяла молодого Треви на стажировку, временную работу, и с успехом использовала его как своего личного мальчика для битья. Но дело не в отношении к нему, или к кому бы то ни было (надо отдать Чокнутой должное – она относилось ко всем с одинаковой ненавистью). Дело в призраке Паоло Пазолини, который живет и дышит, дух которого пропитал этот город. П.П.П., который продолжает жить в своих фильмах, книгах, в бессмертных идеях и экспериментах. И вот это как раз и есть главный герой книги Треви… Во имя которого она написана… Да, книга не только о Лауре, но в этот раз меня зацепила именно эта линия… В этот раз – потому что ровно 4 года назад, я впервые познакомилась с этим произведением итальянского писателя. Тогда выдержки из книги, что я прочла в «ИЛ» произвели на меня неизгладимое впечатление, и я пообещала себе, что обязательно прочту полную версию. И да, я нисколько не разочаровалась, ни расстроилась или пожалела. Эта книга – высокое искусство, тонкая, глубокая, философская, артхаусная. Такие книги нельзя читать быстро, нельзя читать один раз. Она нуждается в том, чтобы в нее всматривались как в полотна абстракционистов. Треви выражает спорные мысли, интерпретирует творчество Пазолини, говорит о любви Лауры Бетти, описывает корни идей и творчества ППП в идеях древних греков, в садо и мазо, в газетах, в окружении, в предчувствии смерти. И почти с каждой мыслью хочется спорить, почти каждая задевает за живое. Почти каждая метит не в бровь, а в глаз. «Наверное, из всех страданий, на которые обрекает нас жизнь, нет страдания более тяжкого, чем это – любить кого-то больше самих себя и упиваться до какого-то предела тем, что любимый человек существует, но понимать, что как раз когда он здесь, с нами, в это же время, в действительности он принадлежит только своей судьбе, и пока мы уверены, что прижимаем его к себе, она уже уносит его далеко-далеко. Потому что его жизнь, как бы мы ни старались, — это не наша жизнь, и не будет ею никогда». Удивительная книга. Потрясающий язык (минеральный голос). Меткие характеристики и глубинное, интуитивное понимание жизни… Спорное, дьявольски спорное. Но – одно из имеющих право быть. Любить того, кто не давал ни единого шанса на ответные чувства. Любить на пределе собственных возможностей. Любить равно жить. Эмануэле Треви говорит, что «разбитое сердце – счастливое сердце, пережившее определенные чувства». В этом определенно что-то есть.
42 понравилось
