
Historia Rossica
youkka
- 116 книг

Ваша оценкаЖанры
Ваша оценка
Книга сама по себе любопытная. Однако не очень ясно, что она делает в серии ‘Historia Rossica’. Судите сами, автор (который относительно известен в узких кругах, на его другую работу ‘Russia's Steppe Frontier: The Making of a Colonial Empire, 1500-1800’ периодически ссылаются) в предисловии пишет, что он фактически выдумал всю историю, взяв канву жизни реального человека Семена Атарщикова и насытив ее событиями, известными по мемуарам и художественным произведениям, которые происходили с другими людьми. Происходили с другими людьми. Тоже на Кавказе, в это же время, но с другими.
Такой подход чем-то похож на тот, что был применен в приятной книге про хрущевскую экономику Страна изобилия , однако там автор прямо писал, что создал сказку, ибо не на все у него были источники. Здесь же речь идет вроде бы об историческом исследовании в прямом смысле слова. Чего-то в посыле автора я не понял.
Автор не любит Россию. Он и не обязан ее любить, но и подчеркивать каждый раз это не совсем обязательно. Но если вас не смущает взгляд слегка ангажированный и вы привыкли, что вас считают зеленокожим орком, то книга может открыть много интересных подробностей.
Схожая по тематике книга подсерии этой же серии об окраинах Российской империи действительно была куда более политкорректна к имперской власти. Наш заграничный друг лишен ограничений, наложенных гражданством РФ, поэтому не стесняется в описании жестокостей и прочих ужасов. Но, как всегда, настойчивое повторение стирает смысл, и под конец сжигание аулов и расстрелы перестают казаться чем-то необычным (это эффект восприятия. естественно). К тому же автор редко приводит ссылки в обоснование количества жертв.
Но, как ни странно, это детали. А удача книги – в хорошем описании наступления империи на Северный Кавказ. Линии крепостей, колонизация, выселения местных народов, рейды, походы – все во имя обеспечения безопасного доступа в Закавказье, вошедшее в состав империи ранее Северного Кавказа. Различия между востоком и западом Кавказа, разная тактика царских генералов, царские шпионы, смешанные идентичности русскоязычных чеченцев и владеющих местными языками казаков. Немецкие колонисты и польские ссыльные. Целое море, еще один плавильный котел.
Тут не уйти от литературных аллюзий и ассоциаций. Для автора царские генералы – аналоги Курца из Сердца тьмы . Действия царского агента Торнау, отращивавшего бороду и проникавшего к горцам, живо напомнило мне элементы Большой игры из Кима Киплинга. И вообще, как ни крути, а Северный Кавказ функционально очень напоминает Северо-западную границу Индии – постоянные набеги горцев, карательные рейды. И литераторы туда тоже ездили. Вот такие они, империи.
А герой. А что он? Усмирял поляков, жил в Питере, воевал с чеченцами. А потом перебежал. Потом вернулся. А потом опять перебежал. Убит казаком-перебежчиком, который так хотел получить награду и прощение от российских властей. Оказался он между мирами и они стерли его в порошок как два заправских жернова.

Из предисловия:
(С. 14)
Жаль, что не наткнулся на эту ярко выраженную симптоматику, когда листал книгу в «Фаланстере».
Дочитал сей шедевр с трудом. О крайне поверхностном знании темы М. Ходарковским свидетельствует следующий факт. Автор, описывая судьбу мульти-перебежчика Атарщикова, даже не знал о его самом громком «деле» – похищении адъютанта Главнокомандующего Кавказским корпусом, которое и выделило простого беглого казака из десятков и сотен тому подобных авантюристов. А почему не знал? Потому что ограничился одним фондом в РГВИА, но не счёл нужным изучить мемуарную и научную литературу, а также соответствующую периодику по теме своей, с позволения сказать, монографии.
Стиль изложения эмоционален сверх меры, а порой просто ужасен; источников мало, но много фантазий и пропаганды. Автор не скрывает предубеждённости к России, её руководству и армии. Целые страницы посвящены вымышленным переживаниям и метаниям главного персонажа книги, что превратило и без того слабое исследование в подобие бульварного чтива.
Ничего нового для истории Кавказской войны. Уровень реферата.
Впрочем, автор несомненно знал, что изготавливал – очередной когнитивный снаряд в бесконечных «войнах памяти» на постсоветском пространстве.

















