Современное сознание настроено против любой формы посвящения и обращения из-за своего отказа от всяких, отныне «лицемерных» в евангельском смысле, разграничений между законным и незаконным насилием. Сам по себе этот отказ законен, даже похвален, но он остаётся в рамках системы жертвоприношения, так как не принимает в расчёт историю. Отныне в жертву приносится саможертвоприношение; роль козла отпущения теперь играет вся культура как таковая и наша, иудео-христианская, в особенности. Мы стремимся очистить себя от всякого соучастия в насилии, из которого вышли. И самим этим стремлением соучастие увековечивается. Мы все говорим: «Если бы мы жили во времена наших отцов, мы небыли бы с ними заодно в том, чтобы проливать кровь художников и философов».