The Last Days of New Paris

Злые нацисты опять поиграли со сверхъестественными вещами, а те, в свою очередь, переиграли их. После взрыва таинственной разработки, С-бомбы, в центре Парижа в 41-ом году, город превратился в этакую зону отчуждения, прочно огороженную от остального внешнего мира. Те немногочисленные индивидуумы, кто сумел выжить меж двух огней: нацистов с их ручными адскими демонами и воплотившихся в реальность порождений воспалённого воображения художников - манифов, бродят по разрушенным улицам, беседуют о высоком искусстве и пытаются увернуться от шальных пуль и шаловливых тентаклей.

Тибо - главный герой, за чьим перемещением в происходящем мракобесии мы следим. У него с манифами особая связь, ведь он тонко чувствующая натура, в своё время погрязший в увлечении результатами жизнедеятельности всевозможных сюрреалистов и иже с ними. Бретон, Магритт, Миро, Эрнст, Редон... Ну вы поняли. Вероятно, как персонаж, чувствующий скрывающуюся под нагромождением плоти и конструкций осмысленную глубину, ему везёт уходить почти нетронутым после каждой встречи с манифами.

Что это за манифы-то такие? Ожившие и даже слегка разумные людские фантазии. Сошедшие с картин гипертрофированные фигуры, по собственной воле движущиеся механизмы, изломанные линии и метафоричные понятия. Они живут, они страдают.

Вне всякого сомнения, в плане сюжета эта книга Чайны Мьевиля невероятно слаба. Всё, описанное в ней, работает исключительно на создание у вас чувства этакой вирд-атмосферы с изрядной примесью того самого, классического, сюрреализма. На мой взгляд, получилось неплохо. Вот бы ещё были хоть какие-то события... Я не так много Мьевиля читала, но те же Рельсы в своё время показались намного более захватывающими, а атмосфера в той книге практически идентичная.

К слову, о вирде. При чтении, Последние дни Нового Парижа уж слишком сильно напоминала мне Борн Джеффа Вандермеера. Последняя действительно имеет множество перекличек, от мистико-технологической катастрофы с возникшими впоследствии новыми формами жизни до главного героя, сумевшего найти контакт со всякой этой потусторонней жутью. Но если "Борн" мне показался натужно странным, то у Мьевиля, мне так кажется, получилось не перегнуть палку и не скатиться в очевидные бредни. Хвала ему и почёт.

Новая книга удивила, так как она отличается от других, что я читала у Чайны Мьевиля. Здесь нет мусорной эстетики. Здесь темные тона, но палитра иная. Здесь сюрреализм, но не угадывающийся в очередных воплощениях фантазии автора, а реально существующий – произведения искусства оживают.

По-моему, это просто грандиозная идея. Взять и выдумать новое «оружие», которое в этой истории было изобретено одним немного сумасшедшим молодым человеком и является ни чем иным, как какой-то непонятной, удивительной, волшебной смесью магии оккультной и магии искусства. Взрыв, и история пошла по-другому. Париж изменился, изменился и ход войны. 1941-й год – точка переворота, изменения, превращения. И вот перед нами Новый Париж, в котором уже почти десять лет идёт иная война. Причем не только с фашистами. Здесь создана новая церковь, что ведёт дела с самим Адом. Тут и шпионы от всех разведок и контрразведок. Здесь освободительное движение, что представляет собой несколько партизанских ячеек, что увы действуют разрозненно, так как и между ними существуют разногласия. Здесь фашисты. Здесь демоны. Здесь манифы – те самые ожившие произведения искусства.

Борьба идёт на разных уровнях. Создаются странные союзы, страшные отделы, где ведутся разные эксперименты, заключаются вроде бы невозможные договоренности. Но в Новом Париже возможно всё. Однако, что-то тревожит, что-то витает в воздухе. Это не конец, это всё движется к какому-то итогу, к какой-то цели. Главный персонаж Тибо, обладающий даром общения с манифами и «козырной картой» в рукаве, и загадочная женщина по имени Сэм, чья сущность будет раскрыта ближе к концу, и тут читателю вновь придется удивиться, пытаются предотвратить некий План «Рот». Увы, они не ведают до конца, что творят. К чему приведет их вмешательство. Это было сильно. Это было страшно. Это было… Я не знаю, как это описать. То, что в итоге появилось, наверно, действительно самое страшное. Это то, что создаёт искусственную правильность, безликую, милую, без изъянов. Никакую и ни о чем. Это то, что может сделать с жизнью посредственность, уверенная в своем таланте.

Мне безумно понравилось. Да, снова много описаний тех самых манифов и фрагментов Нового Парижа. Да, много фантазии, много искусства. Но это всё наложено на классный и оригинальный сюжет. Очень необычная книга.

"Родитель" Вело - рисунок "Я любительница велосипедов" Леоноры Каррингтон, а также тот, что тоже оживет - "Изысканный труп" Андре Бретона.

В Париже нужно было быть готовым к борьбе с искусством и адскими порождениями – не говоря уже о нацистах, – и потому они запаслись оружием на все случаи жизни.

Мьевиль автор для меня крайне любопытный и при этом неоднозначный, я не могу его добавить в любимые, потому что далеко не всё в его творчестве мне заходит, но при этом вот как возникло у меня с первой прочитанной у него книги желание вычитать всё им написанное, так оно и никуда не делось, потому что фантазия у него просто шикарная, а это то, что я очень ценю. Образы и сюжеты, им созданные, зачастую вызывают у меня недоумение, мол а что это вообще сейчас было, что я прочла, но при этом иногда это идёт в минус, как было, например с "Переписчиком", а иногда в плюс, как случилось здесь. Сначала я читала и думала, ну ничего себе, это же просто бред на максималках, а потом я с головой провалилась в этот бред и уже не могла оторваться.

1950-ый год, Париж, но реальность не наша с вами, здесь вторая мировая пошла другим путём. Когда ещё в начале 40-х нацисты оккупировали Францию, некто взорвал в самом сердце её столицы странную бомбу, что породила манифов - существ, вышедших из полотен сюрреалистов. Чтобы они не разбрелись по миру, Париж закрыли, сделав чем-то вроде карантинной зоной, выйти из которой не удалось никому: ни мирным жителям, ни бойцам Сопротивления, ни немецким войскам, ни даже демонам, которых те призвали к себе на службу, вытащив из столь любимого ими ада, куда они бы с удовольствием вернулись. И вот эта дикая смесь из нацистов, партизан, манифов и дьявольских существ варится теперь в одном котле под названием Новый Париж.

Говорить что либо ещё о сюжете считаю излишним, потому что это всё, что вам надо знать для того, чтобы решить, хотите вы это читать или нет. Такие книги вообще сложно советовать, невозможно угадать, кому зайдёт, а кому нет, хотя если словосочетание литературный сюр вас заставляет лишь поморщиться или напрячься, точно идите мимо. Себя же я не могу причислить не то что к специалистам по искусству, но даже к особым любителям, знания мои по этому предмету очень поверхностны, но вот как раз сюрреализм в изобразительном искусстве меня привлекал с раннего детства. Да, для кого-то Дали попсовый художник, для меня же гений, сумевший привлечь к своим творениям моё внимание ещё в очень юном возрасте, и с тех пор любовь моя не угасала. Из-за него и заинтересовалась течением, никогда особо не обращала внимания на имена, но на компьютере есть пара папок с понравившимися работами других художников.

Так что можно сказать, что с этим романом мне повезло, возьми Мьевиль за основу какой-нибудь абстракционизм, и думаю, мои впечатления отличались бы кардинально. А так отдельная ценность для меня оказалась в том, что история выходит за рамки книги. В процессе чтения я с удовольствием знакомилась со всеми авторскими сносками, а их там не мало, примерно четверть объёма книги, закончив же, вооружилась гуглом и начала смотреть все упомянутые работы и художников, и всё ещё не закончила с этим. А я дико люблю, когда прочитанное заставляет меня копаться в интернете именно в поисках дополнительной информации по теме, так что в этот раз я с автором оказалась на одной волне, чему несказанно рада.