__ Советское книгоиздание. 1985-1989
arxivarius
- 524 книги

Ваша оценка
Ваша оценка
Только за 1895 год из семи произведений пять - по теме.
"Дом с мезонином" - 1896, Чехову 36, молодым барышням меньше.
"...Вере казалось, что белый жилет в деревне - это дурной тон..." - из "В родном углу". Кстати, с восхищением донецкой степью.

9 том - это своеобразный завет, напутствие нам. Это сильнейшие произведения, читаешь - и мурашки по коже.При жизни Чехова обвиняли в отсутствии идей в начале творческого пути, потом - в отсутствии веры в людей и полном пессимизме. Для меня же эти произведения проникнуты светом, верой в людей, надеждой. Вот он, луч оптимизма в темном царстве. Да, все плохо, мрачно, люди живут в яме, забытые всеми, либо погрязли в пошлости и серости своих будней. Но разве один человек имеет право говорить другому "ты", как бы принижая его этим самым,ставя его ниже себя? Нет, ведь и это люди, и все люди равны. Но нет,это не социализм. Все люди равны в своем праве жить свободно, в своем праве на свободу личности, на отсутствие тягот.
Читая этот том, все время думала - поняяятно, почему Чехова любили в советские времена. И тут же оказывается все наоборот, дочитываешь произведение Моя жизнь - и делаешь противоположные выводы. Борьба бессмысленна и пуста. А потом снова - читаешь Мужики - и думаешь, а был ли иной выход в 20 веке, чтобы переломить это ужасное неравенство? Можно ли было как-то по-другому перейти от действительности начала 20 века к настоящему времени, когда я, обыкновенный маленький человек, умею и имею возможность читать Чехова, лежа под уютным пледом. И никакой мелкий чинуша не говорит мне "ты". Или все-таки говорит, и ничего не изменилось..

В этой книге на меня наибольшее впечатление произвела повесть "Моя жизнь". Герой этого произведения может показаться немного непутевым и попросту не способным к хоть немного серьезной работе, однако его настроение и желание хоть как-то вырваться из жизни, которая кажется бесполезной, тоже понятно. (Хотя вряд ли он чего-то добился тем, что стал маляром. Ведь почти вся работа, которую он выполняет - для "сильных мира сего", от которых он отрекся.) Повесть заставляет задуматься о том, что со времен Чехова, на самом деле, не так уж много произошло перемен. Наверняка по-прежнему множество людей работают с утра до ночи только для того, чтобы поесть и заплатить за жилье. Такие люди есть и в Москве, что уж говорить о провинции. И пусть сейчас все умеют читать и писать, может ли человек заботиться о духовной стороне жизни, если получает гроши на тяжелой работе?... Кажется, будто никогда мы не придем к тому, чтобы все люди могли жить пусть не в достатке, но хотя бы не в нищете. Тем не менее, мне не кажутся бесполезными размышления на эту тему и стремление некоторых людей изменить ситуацию к лучшему. Пусть идеал недостижим, но если мы перестанем к нему стремится, мир станет намного хуже.

Хорошее воспитание не в том, что ты не прольешь соуса на скатерть, а в том, что ты не заметишь, если это сделает кто-нибудь другой.

А Аня всё каталась на тройках, ездила с Артыновым на охоту, играла в одноактных пьесах, ужинала, и всё реже и реже бывала у своих. Они обедали уже одни. Петр Леонтьич запивал сильнее прежнего, денег не было, и фисгармонию давно уже продали за долг. Мальчики теперь не отпускали его одного на улицу и всё следили за ним, чтобы он не упал; и когда во время катанья на Старо-Киевской им встречалась Аня на паре с пристяжной на отлете и с Артыновым на козлах вместо кучера, Петр Леонтьич снимал цилиндр и собирался что-то крикнуть, а Петя и Андрюша брали его под руки и говорили умоляюще:
— Не надо, папочка… Будет, папочка…





















Другие издания
