Общество с ограниченной ответственностью
Хорошее исследование на не самую банальную тему - развитие гражданского общества в России до революции. Американский историк Джозеф Брэдли не согласен с тем, что России были какие-то уникальные недостатки общественного развития, специфические препятствия для гражданственности и особое отношение государства к инициативе снизу. Довольно убедительно (на примере Франции и Германии) он показывает, что тезисы "общество против государства" и "любое неконтролируемое объединение граждан подозрительно и ведет к измене" зародились в Европе и все европейские режимы (хоть абсолютизм, хоть республика) относились к таким ассоциациям враждебно, стараясь прикрыть при первой возможности.
Вообще вот эта постоянно присутствующая в рассказе о России компаративистика является большим плюсом исследования. Брэдли ни на минуту не упускает из виду европейские образцы и всегда старается показать - а как там во Франции? в Британии? в Пруссии? Те же яйца, только сбоку. Автор довольно уверенно доказывает, что развитие гражданского общества в России шло по тому же пути, что и в Европе, и подчинялось тем же законам, просто в некоторых периодах немного запаздывало.
Брэдли интересно замечает, что развитию НКО в империи способствовала старая административная болезнь страны - фракционность правительства и чиновничества, препятствовавшая выработке единой политики и саботировавшая проведение почти любых реформ. В случае с добровольными обществами подобная черта нашего государства только помогала, так как правая рука не всегда знала, что делает левая, а иногда и мешала - сложно поставить под правительственный контроль какую-нибудь ассоциацию, ежели ее устав одобрен императором, а в почетных председателях - великий князь.
Я так понимаю, Брэдли пытался создать некую рамочную работу по теме, потому как вопрос гражданского общества громаден и редкая птица долетит до середины. Так что он берет отдельные знаковые ассоциации - начиная с Вольного Экономического общества, основанного Екатериной II - и старается найти общие тенденции, смыслы, значения и моменты развития. Автор изучает, как от первых обществ, направленных на помощь монарху и сотрудничество с государством, добровольные общества через различные перипетии, внутреннее строительство, расширение внешней деятельности, реформы и откаты в законодательстве пришли к откровенной антигосударственной и антигосударевой позиции.
Как по мне, композиция представляется неудачной. Автор предпочел сконцентрироваться на ряде обществ - Русском техническом, Московском сельскохозяйственном, Русском географическом - и представить их как иллюстрации протекавших в стране процессов кристаллизации гражданской инициативы, самостоятельной деятельности различных групп интересов, сотрудничества с государством и общественной взаимопомощи. И как иллюстрации они хороши, но реального, цельного рассказа о сложных отношениях государства, общества, народа в книге нет. Хотелось бы не рассказа об ассоциации граждан с подведением к истории, а рассказа об истории с подтверждениями из жизни ассоциаций. Книга в каком-то смысле состоит из отдельных кейсов (case study). Автор профессионал и удачно сводит их под один знаменатель, но для меня такая форма все-таки недостаток.
Из-за того, что все общества по большей части были похожи друг на друга, вне зависимости от темы, вокруг которой объединялись, то и цели у них были похожи, и средства, применяемые ими - тож, к середине книги временами становится скучно, потому как читаешь как будто одно и то же. В середине же происходит некий перелом - вот вроде только что все эти члены ученых обществ дружно работали вместе с правительством на благо родины, а потом - БУМ! - и вот уже съезды врачей призывают к свержению царя, а конференции работников технического образования требуют конституции и парламента. Как это произошло, из монографии неясно. (Кстати, непонятно также, почему одни общества сумели остаться в парадигме сотрудничества и кооперации с властью, а другие - нет и с готовностью встали на путь конфронтации: этого автор тоже не касается.)
Сконцентрировавшись на нескольких добровольных обществах, Брэдли не сумел показать весь размах ассоциативного движения в стране. В начале книги он пишет, что был поражен, узнав, сколько было в дореволюционной Москве клубов, товариществ, обществ и тому подобного - так вот, в книге этого нет. Основной период их деятельности - последняя четверть XIX - начало XX веков, а Брэдли фактически заканчивает там, где стоило начать - за черту 1905 года он не переходит. Взяв на рассмотрение несколько наиболее изученных вольных обществ он показал деревья, но не лес. (К тому ж эти общества все столичные - Питер да Москва, провинции здесь нет ни в каком виде.)
В целом, как и у Ильи Герасимова в его книге о улучшениях крестьянских практик, это книга является попыткой показать альтернативу развития России, упущенные (или пропавшие) возможности становления нормальных отношений между государством и гражданским обществом. Автор косвенным образом намекает, что именно сотрудничество между правительством, частной инициативой и местными интересами могло привести к более гармоничному развитию страны без эксцессов и революций. Так что книга хорошая, но крайне недостаточная. Автор всю дорогу топчется в сенях, не осмеливаясь войти в здание под названием российское гражданское общество.
28 понравилось
