
Лопе де Агирре, Князь Свободы
Мигель Отеро Сильва
4
(12)
Это бета-версия LiveLib. Сейчас доступна часть функций, остальные из основной версии будут добавляться постепенно.

Ваша оценкаЖанры
Ваша оценка
В 1560 году по реке Мараньон (приток Амазонки в Перу) отправилась экспедиция на поиски государства Омагуас, которое согласно слухам должно было быть даже богаче Перу. Экспедиция с самого начала шла не очень удачно - несколько кораблей, предназначенных для экспедиции, были испорчены до отплытия, так что пришлось оставить часть припасов и лошадей. А страны Омагуас все нет и нет... В итоге экспедиция закончилась мятежом с Лопе де Агирре во главе, и мараньонцы направились через Венесуэлу обратно, с целью захватить Перу и провозгласить независимость от испанской короны.
История завоевания Латинской Америки полнилась мятежами начиная уже со времен Колумба, но этот мятеж был первым в своем роде. Лопе де Агирре был первым, кто не пытался маскировать свои действия верностью Испании, и первым бросил вызов не конкретному генералу или наместнику, а королю. В последствии герой войны за независимость испанских колоний Симон Боливар даже назовет письмо Лопе де Агирре королю Филиппу II «первой декларацией независимости Америки». Идею самой первой войны колоний за независимость и выражает Мигель Отеро Сильва в этом романе.
По форме автор использовал практически все, что только можно придумать. Разные грамматические времена, разные лица (Надеюсь, когда-нибудь соберусь перечитать на испанском, по моим ощущениям, в испанском игры с временами и лицами смотрятся как то эффектнее и гармоничнее). Есть части, оформленные как письма. Есть части, стилизованные под хроники. Есть даже несколько особо напряженных и нагнетающих пафос частей, стилизованных под древнегреческие трагедии с хором.
Мне особенно понравилось, как в финальной части книги фокал плавно меняется туда-сюда между первым лицом некоего безымянного хрониста, рассказывающего "вашей милости" о кровавых и бесчестных злодеяниях чудовища Лопе де Агирре, и первым лицом самого Лопе де Агирре.
Книга охватывает внушительный отрезок времени от отъезда Лопе де Агирре из Старого света (ориентировочно начало 1530-х годов) вплоть до его смерти в 1561. Поучаствовать в завоевании чего-нибудь интересного ему не довелось, зато ему досталась череда бесконечных мятежей и волнений в Перу (вплоть до того самого мятежа по дороге в Омагуас).
Очень здорово изображено, как на протяжении этих лет Лопе де Агирре из амбициозного юноши, отправившегося за океан искать лучшей доли, становится циничным изгоем, озлобленным на весь мир, кроме единственной дочери. И как, возглавив мятеж, человек, все же вменяемый и держащийся в рамках "нормального уровня средневекового зверства" постепенно сходит с ума от паранойи. Что логично, он ведь много раз видел, как легко вчерашние товарищи по оружию предают своих главарей ради королевского помилования или более перспективного вождя. Да и сам не раз так делал. Так что к концу книги свои его боятся больше возможной казни за измену, а чужие вообще считают демоном в человеческом обличии.
Также много погружений в политическую обстановку и повседневную жизнь в колониях, показывающих, как герои дошли до жизни такой, и почему этот мятеж хоть и был кровавым и бессмысленным, занимает особое место в истории Латинской Америки, по сравнению с прочими.

Мигель Отеро Сильва
4
(12)

Лопе де Агирре, конкистадор в панцире железном, аж из XVI века, один из первых известных борцов за независимость территорий тогдашнего Перу от Испании. Личность прославленная в веках, но не для современного человека русской культуры. Все-таки история конкисты не самая популярная, хотя очень интересная область.
Я вот, до этой книги и не читала ничего на эту тему, кроме учебников.
И я надеялась на исторический роман, но Мигель Отеро Сильва писатель из ХХ века, когда писать классические исторические романы было уже скучно.
И история Лопе де Агирре в этой книге получилась очень странная: смесь хроники, писем, элементов трагедии с хором, откровений. Трудно было вчитаться, ибо автор перескакивает с повествования от третьего лица, на первое, потом снова меняет ритм текста. Когда наш герой уехал в Америку, стало так много действующих лиц, что не грех в них сразу же запутаться.
И тем не менее автор рисует героя не кровавым безбожником, негавидящим все и всех, а простым человеком своего времени, сначала баск, потом конкистадор, верный королю Испании, потом его путь борьбы. Как стал он князем свободы больше в силу обстоятельств и внутренних убеждений, после того как понял жизнь в той части света того времени.
Читать про странствия в сельве, войну с индейцами, жизнь покоренных индейцев было, страшно. Удивительно, как они вообще там выживали в тех нечеловеческих условиях. Впрочем деталей быта не много, больше о людях и хронике событий.
Могло бы быть интересно, если бы не было так сложно для восприятия, или если б тема была мне больше знакома.
Оценка не книги, а моим страданиям с ней.

Мигель Отеро Сильва
4
(12)

Хромоногий баск, участник экспедиции по поиску Эльдорадо и кровожадный тиран Лопе де Агирре известен российскому читателю и зрителю прежде всего благодаря замечательному фильму Вернера Херцога "Агирре, гнев божий", где роль Агирре сыграл невероятно харизматичный Клаус Кински. Фильм, в отличие от книги, охватывает малую часть его жизни, раскрывает личность с одной стороны, показывает как неврастеника, сошедшего с ума от жажды золота и желания захватить власть. Мигель Отеро Сильва предлагает свою, довольно нетрадиционную, вариацию на тему этой загадочной личности.
Несмотря на то, что роман не отличается выдающимся объемом, читать его тяжело и того эффекта максимальной вовлеченности, какой бывает при чтении того же Вальтера Скотта, нет и в помине. Обилие испанских имен, похожих друг на друга, утомляет и заставляет возвращаться к уже прочитанным фрагментам, но на этот раз с блокнотом и ручкой, чтобы записать, кто-кого-с чем-и зачем. Занятно и то, что писатель выбрал для своего романа три разных типа повествования: собственно, наррация (часто, почему-то, в будущем времени), диалоги, как в пьесах (еще и с авторскими ремарками касательно места, поведения героев), и поток сознания, но в третьем лице. Таким образом, художественное повествование перетекает в историческую хронику, а порой переходит даже и в документальность, а иногда выскакивает автор и как бы подмигивает в стиле "ну вы понимаете, что я хотел сказать".
Как пишет сам Отеро Сильва, при написании романа ему пришлось ознакомиться с произведениями о Лопе де Агирре ста восьмидесяти восьми различных авторов и он был крайне возмущен тем, что везде он предстает исключительно как тиран и убийца. Переоценка исторических личностей - модная и в наше время тема, иногда оправданная и справедливая, иногда - нет, но в любом случае имеющая право на существование.
Лопе де Агирре, сын идальго, уродился невысоким, но крепким, о юности его известно немногое, кроме того, что он мастерски умел объезжать лошадей и "из всех тварей земных больше всего ненавидел и презирал проституток и французов". Высокие моральные принципы были частью его базовой комплектации, отомстить за оскорбление - обязательное дело. Отправляясь в экспедицию в Новый Свет, он прекрасно понимал, что вся история этого самого Света была замешана на предательствах и изменах, где-то глубоко внутри он уже подготовился к тому, что не сможет этого избежать, а пророчествующий дух Мандрагора, поселившийся у него внутри, лишь подтверждал время от времени его опасения. Он клянет Педро де Урсуа, губернатора Перу, за то, что тот одурел от страсти и превыше всего поставил женщину, которую впоследствии считал причиной многих бед и предательств. Многих людей убил Лопе де Агирре, много преступлений совершил против королевской власти, проявил неслыханную дерзость и посмел организовать восстание против испанской монархии. Убийца? Да. Тиран? Да. Сумасшедший? Нет.
Цель баска - избавить Перу от ига испанского монарха, погрязшего в жажде власти, ненасытстве и голоде, которые он утоляет исключительно человеческой кровью. Перу должна стать свободной страной под свободными звездами, все рабы - освобождены, он называет себя карающей рукой гнева божьего, потому что сам бог, видимо, отвернулся от этой части земли. В том, что он мятежный, Лопе де Агирре обвиняет короля Филиппа II, называет его неблагодарным, но не требует милостей, а четко и стойко идет до конца со своей правдой. Настоящий князь Свободы, от которого в конце отвернулись все Педрариасы и де Сосайи, лишь один верный друг остался с ним до конца и оплакивал его обезглавленное тело.
При раздумьях о Лопе де Агирре непроизвольно переходишь на возвышенный тон, не может не восхищать образ этого первого провозвестника независимости Америки, созданного Отеро Сильвой. Это мог бы получиться непревзойденный роман, полный приключений и пафоса, но не покидает ощущение черновика, как будто писатель забыл, что после первых набросков нужно заняться пере-переписыванием, оттачивать каждое предложение, каждый пассаж.
Лопе де Агирре во имя высшей цели бескомпромиссно избавлялся от всех, в ком замечал хоть малейшие ростки предательства и измены, и если он и горит в адском пламени за все свои убийства, то компания у него неплохая - Александр Македонский, Цезарь и Помпей, а это, как ни крути - честь и слава.

Мигель Отеро Сильва
4
(12)

Из всех тварей земных больше всего я ненавижу и презираю проституток и французов. Французов — за то, что грешат скаредностью, мелочностью и ростовщичеством. Они приезжают в Оньяте делать деньги, им неважно, каким способом, сперва монеты оседают в их матрацах, а потом во Франции. Что же касается проституток, дядя Хулиан, то слов не хватает выразить, чем они мне противны, но, господи помилуй, как же я их ненавижу. Один-единственный здравый указ издал наш главный алькальд, он гласит: «Десять дней тюрьмы тому, кто даст приют в своем доме приблуднице».

Генерал Лопе де Агирре благородно предложил губернатору взять его к себе на круп Лусеро, губернатор оскорбленно отказался, сочтя это предложение издевательством, он оскорбленно отказывался на протяжении первой лиги пути, на середине второй ноги у него начали опухать и высокомерие сгорело на солнце, он согласился сесть на круп коня, но постарался при этом держаться подальше от всадника, которого презирал и коснуться которого было ему противно, в таком жалком положении въехал он в столицу острова и таким увидала его огорченная донья Марселита.

Малышке еще не было года, она лишь начинала спотыкаться на каменной галерее, когда Лопе де Агирре объявил себя подданным вице-короля Бласко Нуньеса и готовым к его услугам; ему пришлось бежать в Трухильо, потом отправиться в Панаму с Мельчором Вердуго. В Куско он вернулся четыре года спустя, восстание Гонсало Писарро было подавлено, а голова мятежника отрублена, к тому времени малышка уже знала «Господи, помилуй» и мурлыкала жалобные кечуанские мотивы, которым обучила ее мать.

















