Физике становится тепло. Лорд Кельвин. Классическая термодинамика

По именем лорда Кельвина вошел в историю британский ученый XIX века Уильям Томсон, один из создателей экспериментальной физики. Больше всего он запомнился своими работами по классической термодинамике, особенно касающимися введения в науку абсолютной температурной шкалы. Лорд Кельвин сделал вклад в развитие таких областей, как астрофизика, механика жидкостей и газа и инженерное дело, он участвовал в прокладывании первого подводного телеграфного кабеля, связавшего Европу и Америку, а также в науч...

Рейтинг LiveLib

3,6

6 оценок

5
17%
4
50%
3
33%
2
0%
1
0%

Ваша оценка

Прочитали 7Хотят прочитать 50

Рецензии

noctu10 мая 2018 г.
"Физике становится тепло" - очень привлекательное название почему-то. Мне в это время приходилось согреваться всеми подручными средствами. Видимо, на выбор книги повлияло отключение отопления, превратившее квартиру в совсем неуютный склеп вампира-библиофила. Интересующегося запретным... О да, вы уже чувствуете клубничку, но для гуманитария запретным становятся книги по физике. Они так и шепчут мне с полок, маня, но я стараюсь не поддаваться. Это как будоражиться от прочтения "Лолиты" - если тебе это нравится, то у тебя проблемы, парень. Надеюсь, я все еще не лишилась членства в клубе типичных гуманитариев, потому что свою гуманитарность вполне прочувствовала во время чтения.
Это было ой как сложно, потому что автор решил, что каждый читающий будет обладать не просто базовыми знаниями по физике уровня средней общеобразовательной школы (слегка подзабытыми в моем случае, стоит признаться), а чем-то обширным и фундаментальным, поэтому он регулярно вставляет картинки разных чумовых формул и устройств. Шутка про переизобретение колеса теперь для меня совсем не шутка. Если вам нужно будет переизобрести гальванометр, то можете обращаться.
Автор сразу же берет быка за рога, повозив читателя лицом по экстракту побед и поражений Уильяма Томсона, лорда Кельвина. При всех совершенных Томсоном ошибках он все равно прочно (и заслуженно) вписался в историю науки, сделав невероятно много для ее прогресса тогда, когда возраст Земли еще не был определен. Вот что стало для меня большим шоком. Очевидно, что Церковь и религиозные догматы тормозили развитие нашего знания об окружающем мире долгие столетия, но это же ужасно, что известная формула епископа Джеймса Ашшера ("Земля была создана между вечером субботы 22 октября и рассветом воскресенья 23 октября 4004 года до н.э. юлианского календаря"), выведенная в 1650 году, так сильно повлияла на последующее восприятие. Не удивлюсь, что кто-то и сейчас верит. На этот постулат не посягали долгие годы, а потом столько же не могли докопаться до истины по поводу возраста Земли и Солнца. Только в 1864 году Томсон относительно приблизился к дате, ошибившись всего лишь раз в 20. И еще меня мучит такой вопрос - что было такого в английском воздухе, что породило столько великих ученых в Соединенном королевстве?
При всем нашем скудном знании о законах работы мира, зачастую не выходящих за рамки бытового понимания падения бутерброда маслом вниз или почему сахар лучше бросать в горячую воду, приправленного легкими всполохами остатков воспоминаний от школьного курса с правилом буравчика, трудно представить, что когда-то люди не знали даже этого. Они не знали большой части того, что мы с вами понимаем сейчас. Шаг за шагом пытливые умы вопреки многим факторам доискивались до первопричин происходящего, чтобы дать нам с вами понимание физических законов. Герой этой книги оказал огромное влияние на развитие картины мира (не всегда верно, правда). Он родился в 1819 году (Наполеон будет жить еще 2 года, подумать только!), а умер в 1907 (через два года после теории относительности Эйнштейна), всего за полжизни до изобретения ядерной бомбы. При этом он участвовал в формулировке теорий света, тепла, электричества и магнетизма, прокладывал телеграфный кабель, дорабатывал чужие приборы, вел активную научную и преподавательскую деятельность. Он стал первым ученым, получившим звание лорда. Он взял имя лорда Кельвин, в честь маленькой речушки рядом с его лабораторией.
Во время чтения я испытывала смешанны чувства, потому что, с одной стороны, к этой работе можно предъявить очень много претензий по структуре, наполнению, подаче материала, но, вместе с тем, читать про блестящие умы в любом случае восхитительно. Кратко пробегусь по тому, что мне не понравилось, на случай, если кто-то соберется читать. Во-первых, введение обещает довольно живое описание нашего героя, но потом все сходит на простой пересказ фактов биографии, цитат и описывания идей. Жизнь уходит из Томсона, превращая его в лорда Кельвина. При этом фактаж слегка путанный, постоянно скачущий с одной даты на другую и обратно. Томсон интересовался многими вещами, не уходя только в теоретическую физику, но регулярно применяя свои знания к практической сфере вроде улучшения приборов и опытов, прокладыванию трансатлантического кабеля. Во введении меня также заинтересовала часть про то, как с течением жизни Томсон начинал заблуждаться и ошибаться все больше и больше, причину чего я очень хотела узнать, а автор старается на этом не акцентировать внимание. Я не совсем хорошо представляю себе Томсона как человека, он какое-то высшее существо, крайне противоречивое между тем.
В главах очень много формул, выкладок и довольно сложных описаний. Не уверена, что я смогла вникнуть в большую их часть, они слишком сложные для простого любопытствующего. Я предполагаю, что читать это должны люди с знаниями по физике выше уровня школы, но тогда они и так должны знать, чем он знаменит и все те штуки, названные в честь него, как и почему они работают. И чем плоха механистическая картина мира. Не все в книге описано, до многого надо доискиваться самому.
Все же я довольна, что причитала это, чтобы еще раз восхититься научным прогрессом, его быстротой (пусть это не всегда хорошо). Только подумайте, как быстро развивался в те десятилетия мир, когда за одно поколения все могло встать с ног на голову. Только рассталась с горечью от того, что не открыть новый континент, как теперь пришло полное осознание того, что мне ничего не открыть вообще. Что терзало меня с детства, кстати, когда я бежала к матери с горящими глазами и желанием поделиться своим "открытием", которой сделал до меня какой-то мужик 5 веков назад. Самое превосходное сейчас, если изобретут лекарство от СПИДа, рак будет побежден или люди перестанут есть доширак, при этом гуляя с дорогущим айфоном, но нам уже не присутствовать при таких переворачивающих с ног на голову открытиях. Вчера ты уснул в мире эфира, а сегодня проснулся в мире электромагнитного поля.
Хотя кое-что осталось неизменным со времен Наполеона... Мужчины все еще носят штаны, подчеркивающие тестикулы.
Читать далее
23
395