
"... вот-вот замечено сами-знаете-где"
russischergeist
- 39 918 книг

Ваша оценкаЖанры
Ваша оценка
Повесть пропитана грустью и безысходностью. Не смотря на то, что построена она из детских фантазий и приключений, смерть таится серой тенью - то хрупкий трупик мотылька, то жесткость сторожа Глыпы, то болезнь, что пожирает кровь каплю за каплей. Одиночество. Что-то тяжелое ложится на плечи и сдавливает грудь.
Я хочу друга, загадывает мальчишка, и тогда появляется девочка в белом сарафанчике.
- Ты меня звал? — спросила она.
Ее тонкое имя звучит, как прозрачная паутинка на ветру. Попытайтесь произнести: Ни-и-ин-на… Звук паутинки неуловим, его способен различить только тонкий слух ребенка, с легкостью проваливающегося в челнок с парусом-листом. А по осени, когда все уплывает: листья по воде, тучи, паутина, птицы, школьники, комбайны. Всё куда-то плывёт, прощается, Нина просит не забывать о ней, как другие, которые выросли и теперь щурят сонные глаза и не могут вспомнить как мы слушали в степи пауково радио.
Благодаря таким вот книгам можно вернуться назад лет на 10-30-50 лет и снова окунуться в волшебные детские фантазии, заново открыть дверь в сени и снова разглядеть целый мир в щели между поленьями. И в этот раз, как и тогда, солнечный зайчик будет играть с тобой, а не мешать сосредоточиться, пчела прилетит рассказать новости, случившиеся сегодня на рассвете, а собака будет верно служить, а не глупо слюнявить и ночью скамейка у кровати обернется большой волчицей чап-чалап, чап-чалап… — идёт, переставляет лапы, движется к моей кровати. А на волчице верхом едет Сопуха. А у пруда, направляя свой сказочный фрегат в голубой залив, проплывет Нина. И тучи возвышаются над нею, как скалы. А парус у Нины — как белое перо. И вокруг — чистая голубая вода, не видно ей дна.

Это прозвучало так неожиданно, что я раскрыл рот, а раскрыв рот, я всегда углубляюсь в серьёзные размышления.

Конечно, люди умирают не совсем. Когда ложаться в землю и сами становятся землёй, то из них вырастает трава или дерево. Из хороших людей вырастает что-то хорошее — яблони, сирень, маргаритки. А кто злой и завистливый, из того вырастает колючий репейник, крапива или лишайник.

У моего друга толстое имя — Адам. Вот Нина — имя тонкое, прозрачное. Попытайтесь произнести: Ни-и-ин-на… Правда, звенит, как звук паутинки на ветру? А теперь: Ад-ддам… Представляешь себе огромный, словно казацкая могила, колокол, его уставший вечерний голос: д-дам!..














Другие издания
