Жалею, что не прочитал(-а) в детстве
taisshadow
- 94 книги
Это бета-версия LiveLib. Сейчас доступна часть функций, остальные из основной версии будут добавляться постепенно.

Ваша оценкаЖанры
Ваша оценка
ФОРМА
Ты ищешь слово, что не тлеет,
руду переплавляешь в медь,
чтобы как можно поплотнее
в литую форму суть одеть.
Тебе все кажется в ажуре:
и цвет небес,
и запах трав,
точь-в-точь как в жизни,
как в натуре,
и вдруг поймешь, что ты не прав.
Пусть человек взлетает к звездам,
но, чтоб скорей достигнуть их,
он колесо когда-то создал,
а не подобье ног своих.
1967 год
перевод Марка Лисянского

В наше время, когда из общего процесса так резко вырвались вперед точные науки, а их великие открытия, попадая в руки поджигателей, к сожалению, направляются людям во вред, искусство призвано сыграть особую роль в судьбе современного человечества. Ведь если в мире будет развиваться интеллектуальная однобокость, что станется с людьми, неспособными себя от нее отгородить? Искусство в наш век должно стать сдерживающим началом. Только оно может вселить в современного человека чуткость и благородство, сознание общности всех людей на земле -- великие гуманистические идеалы, способные сдержать в роковую минуту силы зла. Искусство всегда было оружием; в наще время оно стало оружием против оружия, и я горжусь тем, что в меру сил своих также держу иего в своих руках.

НАДЕЖДА
Пусть будет все не так, как я мечтал тогда!
Пускай, как память, пронеслись года, --
Я все снесу: и приговор жестокий.
Я все снесу: и груз седин моих,
И жгучие сомнения живых
И тех, кто мертв, безгласные упреки.
Пусть будет все не так, как я тогда просил, --
Пускай для песен мне не хватит слов и сил,
Пусть жалобам моим вовеки не ответят.
Я только за надежду трепещу,
Как тот, кто молится, боится за свечу,
Которую грозит задуть холодный ветер.
Что будет, воины, когда наступит мир
И возвратимся мы в холодный мрак квартир,
Больные долгим недугом -- войною,
И нашу жажду жить, и наших чувств огонь
Остудит злое: -- Не твое! Не тронь! --
Людей, подхваченных случайною войною?
Как содрогнешься ты, когда тебе опять
Во всей красе придется увядать
Все, что ты презирал и помнил поименно,
Все, с чем сражался ты и что не победил,
Когда на поединок выходил,
Как Дон-Кихот в доспехах из картона.
Каким ребячьим станет весь твой жар!
Но мир -- не ярмарка, и войны -- не базар,
И кровь живых людей -- достаточная плата
За мудрость братскую, за человечный взгляд,
Которыми ты отогреть бы рад
Спасенную от пуль земную жизнь солдата.
Я твердо верую!
Я знаю -- будет час,
И наш сожженный дом опять согреет нас,
И как ростки под вешними лучами,
Омытые прямым дожем войны,
Одной мечты, одних надежд сыны,
Мы вздрогнем отогретыми сердцами.
И нам блеснет великая заря,
И каждый скажет: -- Бились мы не зря,
Немало полегло, но те, что живы,
Как вновь рожденные, хоть и не те с лица,
Вернут любимым верные сердца
И дальней вечности высокие порывы.
1942 год.
Перевод М.Алигер






Другие издания
