
Колоссальная по объему(если считать все 3 части), научно- популярная книга, которая читается, как роман. Прочла и долго думала почему ставить заслуженную высокую оценку как - то жалко. Наконец поняла. Смутную неприязнь вызывает колониальная оптика.
вот пассаж о жизни крестьянок на Руси:
Хотя их считали низшими существами, жизнь их проходила бок о бок с мужчинами. Мужчины и женщины вместе мылись в бане и вместе с хохотом выбегали нагишом на снег. Бесконечными зимними вечерами они подсаживались к мужчинам, устроившимся пображничать возле печки, и тут - в тесноте, да не в обиде- сосед обнимал соседку, и все были довольны, смеялись, плакали и наконец вповалку засыпали
Какова картина, а?
Допускаю, что излишне строга,ну подсыпал автор клюковки, с кем не бывает! - не проколоться на бытовых подробностях чужой культуры, задача объективно невыполнимая.
Но и далее, по всей книге, при том что фактически к ней не придраться, бремя белого человека так и сквозит между строк. Не подумайте, никаких передергиваний, видна большая любовь автора к теме и героям, но они все у него дети в телах взрослых. Шереметев с конницей, Меншиков с пирожками.. Даже дыба Ромодановского какая -то игрушечная, а сам он этакий пухлый крепыш, трогательно обожающий Петра. Петр выписан очень комплиментарно и соткан из лучших черт. Даже у Толстого нет такой снисходительности к своему герою. Все недостатки и морально неоднозначные поступки Петра, Мэсси оправдывает тем, что он варвар и взять с него нечего. Наивный, очень смышленый он тянется к западным наукам а потому возвышается над своими соратниками как Голиаф, и уже тянет на подростка. По левую руку от него Гордон, по правую Лефорт, впереди свет цивилизации. А, ну еще есть Екатерина, которая здесь просто ангел чистой красоты и боевая подруга в одном лице. Не то что забитые плетьми курицы из теремов, с которыми и поговорить то не о чем.
Книга хороша, верна фактам и увлекательна, но при чтении оставляет стойкое впечатление что автор не понимает того, о чем пишет. Может, такова участь всех иностранных историков и какие то вещи можно понять, только впитав их с молоком матери. Не знаю. Как по мне, так сводить неоднозначную жестокую и блистательную эпоху к лубочной пасторали о благородных дикарях из северной страны - настоящее преступление.





































