О смешных зайчиках

Сегодня у Виталия Валентиновича Бианки - день рождения, прошло уже 127 лет с того года, когда он появился на свет. Я за последнее время написал уже несколько рецензий на сказки и рассказы этого оригинального автора, поэтому сегодня я просто не мог "промолчать".

Следует отметить, что автора можно отнести к "детям зимы", известно, что в эту категорию попадают все, кто родился в декабре, январе и феврале. Это те самые три "белых коня", про которых поётся в фильме "Чародеи". Ну, и сам Бианки, конечно, - чародей отечественной литературы о природе. А еще - чародей детской литературы. Поэтому я искал такой рассказ, действия в котором происходили бы зимой, и первый из тех, о которых я вспомнил, это "Снежная книга".

Эту книгу на лесном снегу пишут сами звери, автор рассказывает и показывает как по следам, оставленным на снегу, можно восстановить картину того, что происходило тут некоторое время назад. Читая следы зайца и лисы, Бианки рисует остросюжетную, почти детективную, историю их взаимоотношений. И читатель, особенно, если он юный, начинает дико сопереживать зайцу, ведь он такой белый и пушистый, такой уютный. Так хочется, чтобы зайчик спасся от острых зубищ лисы. И, кажется, следы говорят о том, что зайчишке это удалось.

Но Бианки не был бы Бианки, если бы в его истории всё закончилось благополучно - трагизм почти неизбежный элемент его рассказов про природу. Поэтому в последний момент на пне появляется хитрый филин, который тоже оставляет на снегу следы взмахов своих крыльев. И как раз здесь обрываются зайкины следы, а автор так невинно заявляет - заяц улетел в лес.

Помню, я отказывался верить, что такого хорошего зайчика убил коварный филин, раз написано "улетел в лес", значит, заяц так далеко прыгнул, что не видно его следов. Мой заяц продолжал скакать по зимнему лесу, дурача лис и филинов, но вот читать следующий рассказ Бианки уже как-то не хотелось. Может быть именно поэтому я читал относительно небольшую книгу этого автора несколько лет, от рассказа до рассказа проходили недели и даже месяцы...

Знакомое с раннего детства стихотворение Некрасова. Помнится, было время, что я его чуть ли не наизусть знал.

Честно говоря, я его с детских времен уже подзабыл в подробностях, но образ доброго дедушки, спасающего зайчиков от потопа, накрепко засел в памяти. И продолжал бы я жить и дальше с верой в доброго деда Мазая, который у меня уже начал сливаться с дедом Морозом во время весеннего отпуска, да только попалась мне на глаза старая детская книжка - дети-то давно выросли, внучке отложили, она в следующем году в школу пойдет.

Открыл я книжечку и в один присест одолел казавшееся знакомым некрасовское стихотворение. Про первую часть, где рассказывается про чудачества деревенских охотников, поджигающих спичками порох из-за сломанного курка и таскающих с собой горшок с углями, чтобы греть зябнущие руки перед выстрелом, я забыл напрочь. Можно сказать, был удивлен, что такая часть вообще существует, я так думаю, что в школьной хрестоматии, по которой я, как помнится, впервые знакомился со стихотворением, оно вообще начиналось сразу со знаменитых строк: Старый Мазай разболтался в сарае: «В нашем болотистом, низменном крае Впятеро больше бы дичи велось, Кабы сетями ее не ловили, Кабы силками ее не давили; Зайцы вот тоже, – их жалко до слез! Так вот это начало второй части - самой главной. Читается, как дышится, написанный двустопным, местами четырехстопным, дактилем, стих идет легко, без натуги. Тут прибавьте искусное владение Некрасовым народным языком. Лепота.

Дед Мазай предстает сразу в нескольких ипостасях, он и умудренный эколог, и ответственный сотрудник МЧС одновременно. В то время, как большинство несознательных деревенских мужиков, пользуясь потопом, вылавливают и изводят косых страдальцев, дед Мазай организует настоящую спасательную экспедицию. Тут я подъехал: лопочут ушами, Сами ни с места; я взял одного, Прочим скомандовал: прыгайте сами! Прыгнули зайцы мои, – ничего! Выручив ушастую команду, добрый дедушка выпускает их на волю, а самых слабых, у которых не было сил скакать, оставляет на ночь у себя, набраться сил. И вот, выпуская этих последних, Мазай произносит фразу, которую я помнил: Я проводил их все тем же советом: «Не попадайтесь зимой!»

Я думал - он их стращает ради шутки, но последние две строчки, которые, как оказалось, я не помнил, всё перевернули: Я их не бью ни весною, ни летом, Шкура плохая, – линяет косой…»

Как хорошо, что в детстве я просто не понял, что же хотел сказать добрый дедушка. А он, оказывается, никакой не добрый, а просто очень расчетливый. Когда он грозился косым, чтобы зимой не попадались, он ни разу не шутил. Просто зайчатиной он не интересуется, а вот заичьи шкурки, это другое дело.

Вот и выходит, что дед Мазай ничуть не лучше того хозяина, который выкармливает кабанчика, чтобы потом его зарезать. Жаль, что я перечитал стихотворение, рухнула моя вера в альтруизм и доброе сердце деревенского эколога и спасателя.

В школьные годы это стихотворение не вызывало у меня восторга. Как, впрочем, и всё остальное в программе по литературе. "Спасибо" педагогу. Но какое же на самом деле чудесное произведение! Милое, трогательное, очень понятное и человечное. Даже не заметила, что оно написано в стихах. Обычно акцентируются в голове рифмы, а здесь всё гладко, как плавный текст.

Я как будто видела всё происходящее своими глазами: дождь, половодье, лодка, сам Мазай и испуганные зайцы. И мне хотелось больше. Ещё бы немного про зайчишек, про природу вокруг и про самого старика. Всё-таки не зря это произведение рекомендуют в школе. Просто рядом должен быть хороший проводник в мир литературы.