
"... вот-вот замечено сами-знаете-где"
russischergeist
- 39 918 книг

Ваша оценкаЖанры
Ваша оценка
Книга - ряд тематических документально-художественных очерков о переломном времени, автор ее - творец и свидетель этого времени. Вихрев - коммунист и журналист, влюбленный в Палех и открывший его миру в 1920-30-е годы, в момент, когда богомазы нашли себя как свободные художники, народные мастера. Это время становления палехской артели древней живописи; расцвета же ДПИ Палеха автор, увы не застал - умер в 1935 г. И книга его интересна именно дыханием времени, теми деталями, что потом подзабылись за давностью лет - у того же Дмитриева во "Мстёре рукотворной" лишь отголоски, пересказ пересказа, не прямое и свежее свидетельство о революционном во всех отношениях времени. Очерки написаны в разные годы, по разным поводам, и не только о живописцах артели - о палешанах с их творческим началом, проявлявшимся среди тяжкой и беспросветной жизни, да и о самом авторе с его певучим восприятием творящегося вокруг. Меня удивила высокая образованность этого человека, не имевшего высшего образования, не дожившего до зрелости, но зрелого по делам и суждениям, скромного и неотступного, чуткого и умелого в изложении мыслей. Куда до него дневникам царь-тряпки, куда до него самовлюбленным образованцам прошлого и настоящего... Пример Человека - вот что еще тут ценно, а не только истоки палехского искусства...

В повести «В людях» Максим Горький так изображает этот процесс делания иконы:
«Иконопись никого не увлекает; какой-то злой мудрец раздробил работу на длинный ряд действий, лишенных красоты, неспособных возбудить любовь к делу, интерес к нему. Косоглазый столяр Панфил, злой и ехидный, приносит выстроганные им и склеенные кипарисовые и липовые доски разных размеров; чахоточный парень Давидов грунтует их; его товарищ Сорокин кладет «левкас»; Миляшин сводит карандашом рисунок с подлинника; старик Гоголев золотит и чеканит по золоту узор; доличники пишут пейзаж и одеяние иконы; затем она, без лица и ручек, стоит у стены, ожидая работы личников».
Ограничение творческой личности мастера путем стандартизации художественного процесса (личники, доличники) — с одной стороны, и тематический мертвый круг (подлиннички) — с другой, привели к тому, что иконопись, как искусство, еще задолго до революции выродилась в безрадостное ремесло.
Революция же произвела удивительную метаморфозу в судьбе художественного Палеха: уничтожив иконопись, она открыла бывшим «богомазам» неограниченные тематические возможности и вновь соединила работу в один неотрывный процесс. Палешане рисуют теперь не иконы, а картины и миниатюры на различные «светские» темы. Бывший палехский иконописец, а ныне художник, рисует свое произведение с начала и до конца единолично, не передавая его, как по конвейеру, другому.










Другие издания


