Комната страха

Мало написать «люблю», чтобы читатель понял — герой полюбил, и мало написать «ужас», чтобы у нас по спине рассыпались мурашки. Автор «Комнаты страха» умеет сделать так, чтобы его словам поверили. Сборник малой прозы Вадима Левенталя, блестяще дебютировавшего романом «Маша Регина», открывает новые грани его дарования — перед нами сочинитель таинственных историй, в которых миражи переплетаются с реальностью, а предметы обнажают скрытый в них огонь. Городской нуар и готическая новелла — вот жан...

Жанры

Рейтинг LiveLib

2,8

36 оценок

5
14%
4
28%
3
19%
2
17%
1
22%

Ваша оценка

Прочитали 35Хотят прочитать 59

Рецензии

quarantine_girl13 октября 2024 г.
Страх — это движущая сила
Мой город протянет подольше, но и он – как это известно с самого начала – сползет, осыпется по песку Заячьего острова, тяжело осядет вниз, в воду, растворится в холодной тьме, и не будет Петербурга, а останется снова только безымянная пустая бездна Большой Невы, которую мы населяем чудовищами, возможно, только потому, что думать о ней как об абсолютно пустой невыразимо страшнее.
Когда я брала эту книгу в библиотеке, я отметила для себя сразу две темы для before-reading размышлений.
Моё издание тоже было 2015 года, это подтверждает и то, что кто-то брал эту книгу в 2016-ом году (это первая запись в карточке; остальные, к сожалению, без указания года), вот только оно выглядит реально как новое, будто его практически и в руках не держали. Потом, когда я уже начала читать, я узнала, что во второй половине книги некоторые странички ещё и склеянные были, то есть вполне возможно, что до этого глав её никто просто не дочитывал. Хотя... в карточке указано всего три читателя (вместе со мной), что, конечно, не показатель, но статистика выходит все равно яркой.
Второй темой стали обещания на обложке. Да-да, та похвала, которую там печатают, практически одно и тоже с тем, что пишут на заборах. Но ведь на заборах иногда пишут и объявления о продаже участка, например, что всё-таки является правдой. Здесь примерно так и вышло — писали о том, что у автора великолепный стиль, а истории восхитительно прекрасны, и кое-что здесь правдиво. Стиль у автора реально классный и цепляющий, но не истории.
Вообще здесь была пара историй, которые мне понравились. Это "Проснись, ты сейчас умрешь" и "Набережная бездны", но и их коснулось "проклятие": чтобы вспомнить, о чем они, мне придётся либо очень хорошо напрячь память, либо полистать эти истории. В ином случае они сливаются в одно с остальными историями, а спустя пару дней вообще забываются (а читала эту книгу я как раз дня три, если не больше, так что точно знаю, о чем говорю). Так что смысла описывать, что именно здесь рассказывают вообще нет — вы скорее запомните моё описание, чем рассказы, а это как-то нечестно и странно. К тому же здесь важнее темы: одиночество среди толпы, смерть, решающие повороты судьбы и Петербург. Хотя нет, тут был не один Питер, ему просто больше экранного времени дали, а так тут и Рим был, и Крым.
Насчёт стиля вообще всё тоже не так однозначно. Да, есть маты, о них тоже предупреждают заранее, так что если вы такое не приемлите, то заметьте это заранее и не портите себе настроение. В остальном же — это скорее своеобразная современная эстетика: красивые описания, философские мысли и необычные формулировки могут спокойно соседствовать с упоминаниями бытовухи, маструбации и прочего. Специфично, но выглядит в общем красиво.
Что ж, знакомство с автором получилось не самым удачным, но все же опыт вышел интересным. Так что если вы ищете что-то непопулярное из современной русской прозы и не боитесь любых экспериментов, то советую обратить внимание на этот сборник
Читать далее
74
334
Chitatel_S8 сентября 2022 г.
Сборник содержит десять рассказов и повесть. Во всех присутствует тема смерти, тлена, разложения, иногда - мистики. Это не ужасы Стивена Кинга, а нечто другое.
Рассказы занимают 2/3 от объёма книги, и они мне совершенно не понравились. Рваное изложение, скомканный финал, много понтов и «тумана» - читать не интересно, а часто просто мерзко и противно, оставляет неприятное послевкусие, как будто попробовал конфету, а у неё оказался вкус дерьма.
Кратко о рассказах.
«Лапа Бога» - о помещике, который вёл беспутную жизнь. И стали Ивану сниться страшные сны, где он видел себя висящим "виноградиной" на какой-то огромной грозди вместе с другими людьми, а страшная рука в виде пня с выкорчеванными корнями, которая ассоциировалась у него с «лапой Бога», отрывала от этой грозди по одному человеку. Помочь ему вызвался монах…
«Проснись, ты сейчас умрешь» - что-то в стиле бандитских разборок из 90-х: сын бизнесмена, у которого силой отобрали бизнес, приехал из-за границы в Россию, чтобы отомстить за смерть отца. В рассказе много надуманной «мути», понтов на пустом месте и бандитской романтики. Совершенно не зацепило. Это как читать боевик в мягкой обложке из 90-х, но, пожалуй, у тех сюжет был увлекательней.
«Carmen Flandriae» - ученик торговца в суконной лавке встретил странную красивую девушку, которую часто видел сидящей на паперти собора… Сам рассказ вызывает мерзкое ощущение, и его точно никогда не захочется перечитывать. Это, конечно, лишь мои собственные субъективные впечатления, не более того.
«Суд идет» - тоже как сцена из 90-х. Автор пишет от имени молодой женщины, которая ищет себе партнера и развлечений. Большая часть рассказа - пустая женская болтовня о тряпках, сексе и мужиках. Финал девичьих развлечений печален…
«Станция Крайняя» - приключения русских девиц в Амстердаме. Тут весь набор: ночные клубы, секс, наркотики, геи и лесбиянки, сквоттеры и прочая грязь. И опять без внятного финала. Вернее, в финале так много фантасмагории и пафоса, что появляются мысли о склонности автора к графомании.
«"Ча-ща" пиши с буквой кровь» - горячечный бред больного умирающего ребенка.
«Холм Яникул» - сын повез умирающую мать в Италию…
«Устойчивое равновесие» - внутренние переживания лесбиянки Ули в связи со свадьбой её подруги Оксаны, которая, похоже, не догадывается о её плотских желаниях в отношении неё.
«Император в изгнании» - смесь псевдоисторического сюжета из средневековья и современной сексуальной жизни мужчины. Всё очень мутно, запутано, кроваво, но неинтересно.
«Набережная бездны» - автор показывает свои чувства к Петербургу и метафорично о жизни и смерти.
И, наконец, повесть «Доля ангелов». Она о жизни в блокадном Ленинграде. Автор устами одного из персонажей повести высказывает мысль:

«Чтобы история обретала смысл, люди умирают. Тот, кто будет ходить по этим мостовым спустя много лет, будет ходить по городу, наполненному смыслом».
Погибшие – это «доля ангелов». Это термин из виноделия:

«Коньячный спирт, полученный из вина, заливают в дубовые бочки и плотно закупоривают. Проходит много лет, прежде чем из спирта получится коньяк. Но когда бочку вскрывают, из десяти ведер, что туда залили, остаётся только шесть. Четыре ведра бесследно исчезают. Они должны исчезнуть, испариться, чтобы получился коньяк. Это называется part des anges, доля ангелов. Четыре ведра выпивают ангелы».
Из всей книги только эта повесть мне понравилась. На фоне рассказов она выглядит блестяще. Даже не верится, что её написал тот же автор. Бытовые подробности жизни людей в условиях блокады вызывают ужас. О блокадном Ленинграде написано много книг, и эта повесть, вероятно, не самая лучшая из них, но из всех произведений этого сборника именно она заслуживает прочтения.
Читать далее
7
339
peterkin30 мая 2023 г.
странное дело: читаешь — интересно, и писать вроде автор умеет, и рассказы все разные; отложишь книжку — и поди вспомни, что там было-то, в тех рассказах?.. а будто бы и ничего не было.
вот последний рассказ, про императора Безносого, уж каким замечательным казался — а кончился и сдулся совершенно. блестяшки да звенелки.

за ним, правда, ещё один "рассказ" — но, скорее, это зарисовка, предваряющая повесть о Блокаде "Доля ангелов", я бы её к повести и пристегнул, в самое начало, было бы этом что-то вагиновское: "...нет больше Петербурга, кончилась мечта моя", мол, только наоборот.
повесть сто́ит всей остальной книжки. не то чтобы что-то особенное, но хотя бы как-то всё по-честному, с последней прямотой и без финтифлюшек.
Читать далее
6
216