Для моего факультета не вставал вопрос – «Что такое вторая школа?» Все знали, что наравне с восемнадцатым Колмогоровским интернатом это школа, где учатся крутые математики. Жизнь показала, что ребята умные, но не более того, на самом деле все шли примерно вровень. Отдельные искры таланта картину не меняли. Тем не менее ореол «второй школы» долго витал…
Так что это за феномен – «Вторая школа»? В записка Евгения Бунимовича, сначала выпускника этой школы, а затем и преподавателя, заслуженного учителя России, уполномоченного по правам ребенка в Москве и прочая, и прочая – в них школа предстает глазами старшеклассника. После типовых выстроенных по линеечке советских школ, она казалась рассадником вольнодумства и новаторства. Все абсолютно учителя отличались «лица необщим выраженьем», ученые, писатели, журналисты. На самом деле, это одна из последних школ, созданных оттепелью и угробленных долгим застоем. Создана в 1956, разогнана в 1971, потом по кусочкам собрана в 2001. Но это логично – век любой школы недолог, она жива, пока жив педагогический костяк. Смени хотя бы треть – и считай, что у нас другая школа.
Записки исключительно субъективны. Педагоги глазами школьника, а школьники пощады не знают и к компромиссам не склонны. Тем не менее лишь наиболее одиозной преподавательнице химии, благодаря которой и «в общественном парижском туалете есть надписи на русском языке», а все парты факультета были исчерканы кратким «Крука – с*ка» в книге не нашлось добрых слов. Мнение об остальных с течением времени нивелировалось. Главное – в этой школе разрешали и даже поощряли нестандартное «думание» Пусть даже за специфическое сочинение о Толстом ученик занял на городской Олимпиаде не первое, а третье место, лишив школу заслуженных баллов - его громко ругали, но молча одобряли. (А мог бы сейчас завуч сказать такому ученику – «Ну ты и сволочь, однако»? Сказать так, что ученик все правильно понял? Не думаю…)
31 понравилось
