Хотя это не первая пьеса Гюго, она мне в определенной степени понравилась. Сюжет в ней довольно конкретен, и политический подтекст лишь обрамляет основную идею. Не все персонажи обладают теми личностными характеристиками, которыми автор награждал своих более известных прозаических героев или ставших чем-то вроде нарицательного героев других драм. Герои вроде Дидье и Савери представляют собой более собирательные образы, на примере которых Гюго со своейственной ему откровенностью подчеркивал политический произвол, жёсткость режима и непреклонность власть имущих, действующих лишь в угоду собственным воззрениям.
Текст выстроен грамотно, последовательно, высветляя то одну, то другую сторону конфликта. Фиглярство, лицедейство как одна из присущих народу масок, также имеет в этой драме свою особую роль — как вызов действующим властям, как рычаг давления, как средство вспомоществования. Немалую роль сыграл и блестящий перевод Анны Ахматовой, проникнутый чувством и красочным, ироническим колоритом.
Финал я представляла немного другой, больше в духе вердиевской Аиды, но в целом, драма получила свое логическое завершение, даже если некоторые из её черт были выставлены в более гротесковом ключе.
Поднят тут также и один из наиболее волновавших Гюго вопросов — смертная казнь. Объединение трех героев, частично выходцев из народа, частично представителей «сливок общества» противопоставляется абсолютной и подавляющей власти кардинала и его приспешников, ратующих за полный контроль и подчинение.
Финал отчасти открыт, но я не ощутила недосказанности. На мой взгляд, Гюго специально оставил конец без финальной точки, тем самым показав, что общественный протест повис в воздухе, не затронув сильных мира сего. Победили не справедливость и искреннее чувство, а назидательный пример и жёсткие рамки требуемого порядка. Но ведь на то это и драма, чтобы оставить читателю возможность немного поразмышлять над возможными вариантами развития событий. В конце концов, была отыграна только часть истории, которую так старательно описывал Гюго.
7 понравилось
