Белокурые бестии

Опасные Связи, Преступление, Предательство, Коварство и Любовь — вот темы романа `Белокурые бестии`, повествующего о конце 90-х. Эта книга, будучи абсолютно самостоятельным произведением, связана некоторыми сквозными персонажами с двумя предыдущими романами Маруси Климовой: `Голубая кровь` и `Домик в Буа-Коломб`, - все вместе они образуют своеобразную трилогию, дающую широкую панораму европейской жизни конца тысячелетия. В конце прошлого века русский мыслитель Константин Леонтьев саркастически ...

Жанры

Рейтинг LiveLib

3,5

33 оценки

5
27%
4
36%
3
18%
2
3%
1
15%

Ваша оценка

Прочитали 41Хотят прочитать 98

Рецензии

knigovichKa19 ноября 2018 г.
Маруся Климова, а без любимого
Жила-была Маруся
По-разному жила
Порою голодала,
Порою за границей, на халяву…
Нескучно жизнь ее текла.
Маруся Климова - известная журналистка, переводчик, вхожая в святая святых, на короткой ноге с людьми авангардного искусства и не только…
«биограф Селина адвокат Франсуа Жибо в шутку представил её своим юным друзьям из популярной во Франции группы «2be3» как «внучку Ленина», а те восприняли эту информацию всерьёз и распространили среди своих многочисленных знакомых и поклонников. По этой причине среди участников возглавляемого писательницей движения Аристократический Выбор России она также известна как Маруся Климова фон Ленин».
Сама Маруся, занимательная, но очень расплывчатая в романе личность. Себя она сравнивает с Душечкой Чехова. Кстати, за точное попадание в образ, Антон Павлович, по ее словам, был, не очень ею любим. Кому нравится такая вот правда о себе?
Хотя, сама себя обличает и поболее Чехова:
«Слова в голове Маруси не всегда складывались в связные предложения, они просто порхали сами по себе и создавали разные образы, часто граничившие с бредом, однако это уже было интересно и занимательно, и эти образы настолько увлекали ее, что у нее терялось ощущение реальности, ощущение почвы под ногами, можно было вообще забыть о реальности и унестись в заоблачные выси. Слово «пектораль» застряло у нее в мозгу уже давно, она все хотела посмотреть в словаре, как же это слово пишется, оно снилось ей всю ночь, и даже сам этот пектораль виделся как какое-то прекрасное создание, творение природы или человеческих рук – неважно, все равно это было очень красиво».
Если верить словам автора, так и рождаются ее истории)).
«Маруся Климова пишет о времени, когда практически каждый вдруг почувствовал себя сверхчеловеком».
История страны конца 90-х, когда безработица, новые русские, безденежье, рвачи и тьма геев… Санкт-Петербург, основная столица в романе.
«… к нему все время приходили юноши, каждый раз новые, потому что он родился под знаком Скорпиона, а все «Скорпионы» зациклены на сексе, они даже мыслят тазобедренным суставом – так говорил про себя сам Николай. Николай говорил, что даже походка у него очень сексуальная, и один раз его за эту походку задержали милиционеры – Николай предполагал, что он просто им понравился».
Заполонили, заполонили, почти что каждый абзац…
И не только те, кто, как говорят, родился не в том теле, а и семьянины полезли в другой огород за морковкою.
Ну и как тут не вспомнить, как одна героиня данного романа, обличила обидчика, заявив в общественном месте, во всеуслышание, громко, что закупался тот, на рынке, грязными овощами, из любви к грузинам. И не как я, издалека, а подробно. Вот такое вот фу. А без фу, у вас не сложится реальная картина о книге)).
«Он вообще с удовольствием имел бы дело с бабами, но с ними всегда возникают какие-то проблемы, им что-то надо, от них не отвязаться, а мальчика он всегда может послать на куй. Например, просыпается он утром и видит на подушке рядом с собой чью-то физиономию, какого-то юношу, которого он накануне подклеил в баре, тот, конечно, уже осмотрел квартиру, ему, понятно дело, понравилось, и он не прочь здесь у него задержаться, но Алеша с ним мог особенно не церемониться: дал ему двести крон – и гуд бай!»
Примерно также, я говорю подругам, когда заходит разговор про то, почему, некоторые женатые мужчины, вдруг… потому что реально, умеют некоторые дамы, мозг выносить и не только. А тут… шубу, опять же, не просят, на первом свидании.
«Созданные писательницей образы новоявленных русских денди и трансвеститов, с лёгкостью меняющих свои маски и наряды, как нельзя лучше соответствуют атмосфере вселенского карнавала тех лет, ознаменовавшихся стремительной сменой социальных идентификаций».
Дичайший карнавал, и еще скажу, что безумие, воссозданное Климовой в романе «Белокурые бестии», не сильно шарахает, потому как… близко, реально, неудивительно, факт.
В романе много скачков, с одного на другое… про новоявленную интеллигенцию тех лет и новые течения в искусстве, про знакомых Маруси, про знакомых знакомых Маруси.
«А совсем недавно ей позвонил один такой «новый русский», здоровенный бритый наголо двухметрового роста тип, который почему-то узнал себя в кудрявом тощем карлике, почти гномике, и заявил ей по телефону, что после того, как она его так изобразила, ей, щуке, так он ее назвал, осталось жить не больше двух недель, причем одна неделя из этого срока к моменту ее выступления здесь, на презентации, уже истекла, и она не знает теперь, возвращаться ей к себе домой или еще сначала заехать в Москву и немного подождать, но ее ведь и в Москве могут найти».
Выше, жалоба от писательницы (не от Климовой), охарактеризовать которую можно так – что вижу, то пишу, которая лишь внешность своих персонажей меняла, а остальное, под копирку из реальности, за что не раз получала «благодарности» от читателей.
Интересно мне, как Марусины знакомые отнеслись к «Белокурой бестии» и другим, есть еще работы, но не буду… узнали ли себя в лицо, или ее чрезмерное утрирование образов, сгладило углы? Или вымысел все? Сомневаюсь я.
Заметила за собой, что стоит кому-то из знакомых в реале, рассказать что-нибудь этакое, так сразу, кто-то Марусин вспоминается со своей историей, не раз. А потому что хоть и утрировано, но… жизнь.
«Там в Германии люди вовсе не читают книг, у них жизнь совсем не такая, как здесь, там даже на дверях квартир надписи по немецки: «жизнь – это стройка». И для них, действительно, жизнь – это одна большая стройка, камень на камень, кирпич на кирпич, жизнь для них – это не театр, как здесь, не игра, а просто стройка. Они все строители».
Будет и про отношение соотечественников к вновь приезжим а за границу, и не только про отношение соотечественников, Павлик хлебнул, а Маруся расскажет чего и как.
«В конце концов, даже если окружающие пытаются тебя использовать, ты все равно можешь сам попытаться использовать их, особенно если твоя цель им не ясна, а ты сам их прекрасно понимаешь…»
Костик… заметила, что когда стала набирать текст его комментария, то поняла, что вот он, мой фаворит, что именно посвященные ему строки читались с большим вниманием, представляли наибольший интерес. Безумец, но, как точен, порою.
Только к финалу, его образ сложился полностью… так-то, было трудно.
Марусю вечно штормило, то про того, то про этого, отрывки, туда-сюда, то, Павлик, то Алеша, то Светик (Святослав), в женском халатике на голое тело и по городу… то разные личности, принадлежащие искусству, то бандиты… то мама ее, с советами, с примерами… на кого Маруся должны бы ровняться.
И между, чуть-чуть про нее саму, как голодала по несколько дней, как боролась за зарплату, да за материны сбережения.
Считаю, что зря наша Маруся не отдала, черновик детективного романа от Костика в издательство. Вполне мог выстрелить, как что-то такое или эдакое, как нечто новое. Издали же книгу, в которой из слов только, то ли - Я сама, то ли - Я могу. По первому каналу в новостях анонсировали и про постановку в театре, давно уж, блаблабла. Мир полон… чудес.
И мнения Маруся, не навязывала, а просто… вываливала сплошным текстом, кто, чего и как, и, диалогов чуть-чуть.
Будут и другие и с отчеством, личности… всех и не вспомнить, по имени.
А нужен ли вам такой взгляд, без позолоты и с не одной нотой безумия… решайте сами.
P.S.: где * меняем на другое известное в миру, нецензурное слово.
Читать далее
67
2,8K
outsight8 августа 2016 г.
“Треугольник, треугольник, мне сегодня очень больно…”
Маруса Климова заслужила свой памятник из говна. Его должно возвести в одном из грязных колодцев Адмиралтейской стороны неподалеку от нежно любимого Белокурой бестией Исакиевского собора - в центре Питера и в то же время в его андеграунде, за фасадом сердца великого города:
Говняная тема представлена у Климовой щедро - наверное, не без подачи Сорокина: многих писателей он - талантище! (говорю без иронии) - сбил на этот вонючий путь в тяжелые для страны девяностые годы. Тут не только упомянутые памятники, но и, к примеру, художественное объединение чернененьких:

“Черненькие” прославились главным образом тем, что рисовали свои картины говном, они выработали даже свой особый стиль поведения - ходить в расстегнутых штанах, не мыться, не стричься, портить воздух, вообще, дурно пахнуть в их среде считалось знаком высшего шика. <...> Самой главной своей отличительной чертой от панков они считали то, что в отличие от тех, они никуда не стремились, даже вниз, а просто подчинялись обстоятельствам и плыли по течению. “Болтаться, как дерьмо в проруби” - это был главный девиз их объединения
Художники обнаруживали свою общность с Обломовым, который тоже как будто не мылся и не стригся. По ходу представления выясняется, что все герои - немного черненькие, даже Костя-ницшеанец:

Он лежал на диване, потому что весь мир был устроен наподобие вселенной, а в человеческом мире, по его мнению, незримым образом присутствует такая же планетарная система, и маленькие планеты рано или поздно начинают вращаться вокруг более крупных. Поэтому, если ты хочешь подчинить себе мир, то не должен двигаться с места, и в прямом, и в переносном смысле.
Этот Костя представляет философию книги, именно он обнаруживает в Марусе предсказанную Ницше Белокурую Бестию и ему же принадлежат все главные слова книги:

Человек здравого смысла подобен человеку с плохим зрением, к тому же пребывающему в темноте, от которого поэтому полностью скрыты настоящие горизонты жизни.
Маргинальность суждений тут - на грани болезни, и герои действительно попадают в больницы время от времени:

Костя говорил, что его дедушка, который жил в глухой тамбовской деревне, тоже воспитывался среди цыган и даже целый год провел в таборе, где научился очень хорошо танцевать и играть на гармошке, что Костя и пытался однажды Марусе продемонстрировать, выплясывая перед ней в течение нескольких часов и даже дней, пока его не забрали санитары.
Марусина коллега по агентству - ебанашка Катя - обучила свою дочку лаять, когда кто-нибудь звонил в квартиру, дочка подходила к дверям и лаяла, получалось очень похоже, все соседи были уверены, что они завели собаку.
Еще есть пражский букинист Владимир - коллекционер книг про маньяков и серийных убийц.

Некоторые из этих книг Владимир даже подарил Марусе на прощание, все они были испещрены многочисленными пометками на полях: “Правильно!”, “Вот это да!”, “О кей!”, “Так его!”, <...> “Ай да сукин сын!”, “Надо же!”, “Даже я бы до такого не додумался!” и т.д. Несмотря на то, что надписи были сделаны по-русски, Владимир уверял, что купил все эти английские и французские книги в таком виде уже у букиниста и он здесь не при чем.
Главный фрик - трансвестит Станислав-Светик, символ эпохи. Я помню, как у нас в начале 90-х по кабельному крутили Шоу трансвеститов “Братья и сестры”. Их реклама-угроза - Звоните, и мы приедем к вам! - навсегда отпечаталась в моей неокрепшей психике. Светик ходит по ресторанам в халате на голое тело, распахивая его время от времени и потряхивая гениталиями. Если Костя - философ, то Светик - юродивый, шут на этом карнавале. На военном памятном вечере он поет, кривляясь: Треугольник, треугольник, мне сегодня очень больно... - это про Третьий Рейх: розовый треугольник - что-то вроде желтой звезды Давида, только им помечали гомосексуалистов, а не евреев. Зрители кричат, что это не смешно, пытаются избить.
У Светика вообще жизнь полна злоключений, а за плечами - тяжелая юность. Родители-номенклатурщики - в воспитательных целях - послали в армию своего странного сына, когда тому исполнилось восемнадцать:

Светика отправили служить в войска охраны Кремля, там организовал из солдат театральный кружок, и на репетициях переодевал их в женские платья, а сам переодевался в Марлен Дитрих. В конце концов их в таком виде застукал замполит <...>, и Светика отправили в психушку, а театральный кружок запретили.
От подруги Луи-Фердинанда Селина (писательница возглавляет русский клуб его друзей) ждешь чего-то иного: мрачного и тягучего. А тебя встречает толпа веселых придурков во главе с Марусей Климовой, белокурой - мать ее! - бестией. По манере письма она - тоже немного дурочка, но на фоне подопечных представляется этаким эффективным одноглазым топ-менеджером артели слепцов.
Белокурые Бестии - юмористический роман, адски смешной. Из современных русских авторов только Пелевин заставлял меня так смеяться, но он давно этого не делал. Бестии , впрочем, тоже книга не из новых: роман закончен в 2000-м году и посвящен жизни нашей богемы - и только богемы! - переломных лет. Действующие персонажи вымышлены, а известные представители (Илона Броневицкая, Пугачева, Киркоров, Путин) фигурируют в тексте как знакомые знакомых, и с ними ничего не происходит.
Спектр искусств очень широк: литература, живопись, скульптура, музыка, балет - всевозможный придуманный авангард, который кажется настоящим. В описаниях Маруси Климовой этот авангард выглядит гротескно-дегенеративным и требует, кажется, немедленного уничтожения: Фюрер был прав! - Костя долго и с удовольствием рассуждает о пользе сожжения книг.
Писатель редко начинает с автобиографии, Маруся начала - и сразу в трех томах: Белокурые бестии завершают трилогию. По ходу рассказа о жизни мы узнаем, что автор где-то работает и ей не платят зарплату, ходит на тусовки, умеренно пьет с друзьями - ничего, одним словом, не происходит, сюжета нет! Все интересное вокруг. И вот это вокруг - полностью вымышленное. Получается роман в жанре измененной реальности, он похож на легкий галлюциноген с примесью седатива: повторы - этот сбитый авторский монолог - звучат стильно и к месту, но весьма по-наркомански.
Аннотация про плоть парижской и петербуржской жизни не соответствует действительности. Парижа там нет почти что, только немного Праги и Берлина на десяток-другой страниц. Весь роман - Петербург: Петроградская сторона, Владимирская и Исакиевская площади, Пять углов. Нетленные коммуналки в старинных зданиях - как замки Селина:
Надо сказать про Ницше. Читая Марусю, понимаешь, что именно так должна писаться популярная ницшеанская литература. Сто с лишним лет Арцыбашев - самый популярный из царских времен беллетристов - написал Санина - роман, проникнутый тем же ницшеанским духом: несмотря на использованный метод Тургенева и классические лекала, получилось остроумно - даже смешно. Климова обошлась более современно: Белокурые бестии - это почти что и не роман, а кусок нарратива без начала и без конца. Законченность тут - не на сюжетном уровне.
В марусином тексте нравственные оценки отсутствуют принципиально, и вот что интересно: эта глубоко промысленная аморальщина неотличима от нравственной инфантильности. Ницше - самый веселый из наших мыслителей: он не грузит, его Сверхечеловек - жизнерадостный и примитивный, как молодая обезьяна. Помню, что Заратустру я осилил в десятом классе, других философов - даже Платона - намного позже.
Нацистские выходки, вроде шуток про блокадных детей и американских негров, - это именно выходки, хулиганство. Можно представить (если есть 18+) упомянутого трансвестита Светика, который любил наряжаться не только Марлен Дитрих, но и Гитлером тоже. Это именно тот уровень серьезности, не нужно ждать большего. И - да! - я не отговариваю никого читать этот роман, он - смешной и, благодаря своей маргинальности, открывает любопытные смыслы по художественной части. Главное - не забыть про памятник Белокурой бестии. Из говна.
Читать далее
11
733
_4mi7sa9n1th2ro0p7e0_11 октября 2018 г.
И вот, Фаина Раневская прочитав книгу Маруси Климовой устало откладывает томик, опускает руку и нащупывает стакан с водкой, берет, выпивает, закатывает глаза и слышит вопрос от поклонника Маруси Климовой:
- Каков, по вашему мнению, уровень литературы Маруси Климовой? Вот основываясь на Белокурых Бестиях?
Фаина Раневская вздрагивает, открывает уставшие глаза и отвечает
- Ну, что вы, какая же это литература? Это ГОВНО.
Закрывает глаза и погружается в сон...
10
717

Все рецензии

Цитаты

knigovichKa20 ноября 2018 г.
В конце концов, даже если окружающие пытаются тебя использовать, ты все равно можешь сам попытаться использовать их, особенно если твоя цель им не ясна, а ты сам их прекрасно понимаешь…
7
399
Hambone26 марта 2017 г.
Но в целом, он был очень рад видеть ее, приехавшую к ним сюда с берегов Невы, из города его детства, в котором он уже давно не был, но которого ему всегда так не хватало и в Нью-Йорке, и в Праге, он даже болел по-прежнему за «Зенит». А когда он уехал в семьдесят восьмом году в Америку через Израиль, то первое время в Нью-Йорке он так скучал по Ленинграду, что ему все время снился один и тот же сон. Будто он идет по улице Рубинштейна, а навстречу ему из их двора вдруг выходит Ося Шнейдерман и спрашивает его: «Ты что, вернулся?» — на что Бейлис ему отвечал, что да, но его обещали отпустить обратно. «И ты поверил?» — говорил ему Ося. И в это мгновение Бейлис всякий раз просыпался в холодном поту, в ужасе начинал себя ощупывать и успокаивался только тогда, когда подбегал к окошку, распахивал занавески и видел перед собой огромные светящиеся тысячами огней нью-йоркские небоскребы. Этот сон преследовал его в Америке еще много-много лет спустя после того, как он уехал туда из Ленинграда — так сильно он тосковал по своему родному городу…
Читать далее
2
154
Hambone26 марта 2017 г.
Мама также постоянно ставила Марусе кого-нибудь в пример, чаще всего, это была какая-нибудь баба, примерно одного с Марусей возраста, достигшая, на ее взгляд, наибольших успехов и материального благополучия, видимо, пример марусиной сверстницы казался ей наиболее убедительным и доходчивым. Такие же примеры мама часто приводила Марусе, еще когда та училась в школе, тогда она чаще всего указывала ей на Галю из соседнего подъезда, отвратительную тупую девочку с лягушачьими губами, Галя была отличницей, Маруся, правда, тоже училась неплохо, но зато Галя не лазала по подвалам, не общалась с грузинами, не воровала в магазинах, не курила и не являлась домой пьяной…
Потом, с годами, образцы для подражания периодически менялись, так как каждая из приводимых Марусе в пример героинь через какой-то промежуток времени оказывалась не столь совершенной, как маме казалось первоначально, она находила в ней какой-то изъян, или у той что-нибудь случалось в жизни, какая-нибудь неурядица или катастрофа, и постепенно ее место занимала другая. Так Галя, например, которую мама чаще всего приводила Марусе в пример в детстве, работала сейчас в школе учительницей и месяцами не получала зарплату, развелась с мужем и жила одна с ребенком, все это теперь уже не казалось маме особенно привлекательным, и она даже забыла о ней думать.
Еще два года назад мама постоянно ставила в пример Марусе дочку ее школьной подруги Лику, ту самую, которая порекомендовала ей Соловьева-Разбойника и которая, по ее мнению, «цвела и пахла». Лика была даже лет на пять младше Маруси, поэтому ее пример казался маме еще более ярким и убедительным. Лика училась вместе с Марусей в школе, маленькая черненькая девочка с черными блестящими глазками, ее мама, Эллочка, дружила с марусиной мамой, и Эллочка рассказывала всем, что ее дед был болгарин, Васил ПОпов, причем не Попов, как у русских, а именно ПОпов, с ударением на первом слоге. Раньше Эллочка шила Лике разные наряды, то Красной Шапочки, то Золотой рыбки, то Хозяйки Медной Горы…
Потом Лика выучила итальянский язык и устроилась работать в фирму «Версачче», затем оформила фиктивный брак с пожилым итальянцем и купила себе квартиру на Фонтанке. Она сделала там евроремонт, мебель купила всю черную, а паркет сделала наборный, из ценных пород дерева, еще она купила себе собаку чау-чау, и с этим щенком занималась Эллочка. А когда чау-чау повредила себе лапку, Эллочка стала промывать ей рану, и собака вдруг как вцепится ей в руку, полруки отхватила, Эллочка после этого случая даже боялась к ней подходить и просила Лику ее усыпить, но той было ее жалко. Помимо квартиры на Фонтанке с ванными и джакузи, она еще построила себе трехэтажный каменный дом в Комарово и разъезжала по городу на «БМВ» с личным шофером.
Однако пару лет назад Лика поехала в Италию рожать ребенка от своего нового любовника, и там вдруг выяснилось, что ей не только нечем заплатить за услуги врачей в родильном доме, но и не на что купить ребенку даже детское питание и подгузники, тем более она не могла вернуться обратно, так как у нее не было даже билета, и Эллочка, ликина мама, бегала по всем знакомым и занимала у них деньги, чтобы срочно помочь Ликочке с ребенком. Фирма, в которой работала Лика, неожиданно разорилась, и деньги, которые должны были ей перевести на ее счет в Италии, так и не пришли, более того, владелец фирмы, итальянец, скрылся в неизвестном направлении, и теперь его разыскивала чеченская мафия, так как за фирмой числилось огромное количество долгов. По ходу всех этих глобальных событий, когда Эллочка у всех, в том числе и у марусиной мамы, занимала деньги, выяснились еще всякие мелочи. Например, что новый любовник Лики периодически ее бил и всячески Эллочку третировал, сама же Лика оказалась чуть ли не законченной алкоголичкой, все эти внезапно выяснившиеся факты сильно подмочили репутацию Лики в глазах мамы.
Правда, Лика опять неплохо устроилась, у нее теперь было целых два любовника — Юра, глава тамбовской группировки, и Хамат, лидер питерских чеченцев, они обеспечивали крышу для ее совместной российско-итальянской фирмы, на сей раз торговавшей мебелью, кроме того Лика открыла магазин на Литейном, где продавала итальянское женское белье, кружевные трусы, лифчики, боди, корсеты. Тут она завела себе нового любовника — Венедикта, он контролировал всю питерскую проституцию, а замуж выйти она решила за Магомеда, чеченца, потому что Магомед мог обеспечить ей надежную защиту. Вскоре на Лику стали наезжать какие-то люди, требовали отстегивать им бабки, создавалось впечатление, что ни Юра, ни Хамат, ни Венедикт, ни Магомед ни фига не делают…
Читать далее
2
154