
"... вот-вот замечено сами-знаете-где"
russischergeist
- 39 918 книг

Ваша оценкаЖанры
Ваша оценка
Религиозное подвижничество: аскетизм, святость, юродство
Абсолютное добро и правда, их поиски на Руси выливаются в религиозно-нравственное подвижничество: затворничество, столпничество, ношение вериг, юродство. Смысл этих подвигов-через свою личность воспроизвести христианские заповеди любви, непротивление злу, любви к врагам, особом «страстотерпстве» подвижников, связанных с переживанием крестных мук Христа.
Смысл аскетизма- в культивировании воздержания, ведущего к господству над страстями и победе добра. Аскетизм на Руси-неотъемлемый элемент монашества, юродства, старчества.

Мне интересно,авторы произведений серьезно закладывают такой серьезный смысл в свои произведения,которые откапывают литературоведы. Особенно меня поражает глубина произведений гражданина Сорокина ("Голубое сало").Я-то,дура,думала,что это бред сумасшедшего,который просто взрывает мозг своей мерзостью.Оказывается,это гениальное произведение,пронизанное нитями метафизических наблюдений.
Книга мне понравилось,столько информативности я еще не встречала.Рекомендую всем,кто интересуется литературой как наукой,которая истинно и является основой всех основ.

Такие "меткие слова", или слова-метки, как "сговор" или "сборище", "пособник" или "сподвижник", "миролюбие" или "примиренчество", "согласие" или "соглашательство", не столько называют явление, сколько колдуют над ним, совершают магический акт его возвышения или снижения, приказывают ему быть или не быть. Слово, которое подчиняет семантику прагматике, это и есть заклинание. "Ленин" - это слово-заклинание, потому что оно не только указывает на индивида Владимира Ульянова, но и приписывает ему в прагматике советского языка такие свойства, как "вождь всех трудящихся", "величайший гений", "самый человечный человек". "Кулак" - это слово-заклинание: оно не только указывает на зажиточного крестьянина, но требует его уничтожения.

Слова скучнеют и тупеют потому, что, не умея творчески преобразить реальность, вместе с тем разучились ее отражать; они оказываются формативно бессильными и информационно пустыми, т. е. проваливаются в ту щель, из которой говорит дух небытия.

(...) Время и вечность существуют врозь, равно пустые: время бессмысленно, ибо разум судит обо всём с точки зрения вечности, вечность бессодержательна, ибо жизнь протекает только во времени, — остаётся скучать, старательно расточать время, тягостно ощущая его неизбывный запас, дурную бесконечность впереди. Труд есть приятие и оправдание всего разумного в здешнем, преходящем, посюстороннем, тогда как скука есть ощущение бессмысленности и напрасности всего конечного, притом что и бесконечное, вечное тоже недостижимо. Труд смиряется с необходимостью времени, постигает постепенность усилия, тогда как скука испытывает лишь томление постепенности и находит усладу в разрушении всех конечных вещей.














Другие издания

