Великолепный приключенческий роман.
Мемуары? Об этом в конце.
Я, естественно, слышала о Культурной революции и даже читала про Цысинь Лю - Задача трех тел Но совсем не понимала, что это.
Воспоминания Желоховцева, написанные в 1973 году, помогли понять, почему "культурная", против какой культуры боролись, откуда взялись хунвейбины, как распространялось их движение и, оказывается, было и сопротивление. Ассоциаций много, подумать есть о чем. События описаны подробно, с множеством деталей, которые позволяют хорошо представить происходящее. Рассказаны судьбы известных политиков и ученых. Естественно, это внешний взгляд, взгляд инопланетянина. Я так и не поняла ни причин (кроме жажды диктаторской власти и "революция пожирает своих детей"), ни где же была точка перелома (автор упоминает свою командировку в 1957, и тогда ничего не заметил, хотя по тексту тогда уже могли быть запреты и ограничения. Перед новой командировкой 1966 года его не предупредили ни о каких возможных опасных тенденциях).
Автор - филолог, его личный опыт взаимодействия с книгами, учеными, литературоведением в целом - самое интересное, на мой взгляд.
Остальное повествование чуть странноватое, если читать внимательно. Я не хотела придираться, но от одного университета он сначала доходит за час, а затем - с трудом за 2 с половиной. В начале он пишет: "Тогда в вагоне я еще не знал, что это будет один из немногих разговоров с китайцем за долгие месяцы жизни в Китае", затем к нему безостановочно подходят рискующие китайцы, чтобы рассказать о настоящей жизни, он даже на лодке спокойно покататься не может. Рискующие, так как им категорически запрещено общаться с советскими гражданами, и к автору приставлен кркглосуточный сопровождающий, который с ним даже спит в одной комнате.
Попутчики тоже подозрительные:
В центре зала на длинном парадном столе лежали журналы и брошюры.
— Наверное, антисоветчина, — сказал мой попутчик Виктор. Полистав их, я убедился, что он прав.
Попутчик, член делегации, которая с трудом получила разрешение на поездку, не знал китайского?
Много вставок, которые показывают советскому читателю, насколько жизнь в СССР лучше, чем в Китае. Сделано это ненавязчиво (со слогом у автора хорошо), но смешно:
"коров в Китае не держат." Vs
"Расспрашивая о Советском Союзе, провинциалы проявляли дремучее невежество. Китайская пропаганда внушала населению, что советский народ голодает. Меня почти все расспрашивали, хватает ли у нас хлеба, доступно ли нашим людям мясо.
Этим интересовались люди, которые сами ели мясо только по большим праздникам и не употребляли молочных продуктов. В Китае сливочное масло едят только иностранцы — так мало его производится — и даже грудных детей подкармливают не молоком, а рисовым отваром."
Нередко можно толковать и как аналогию с СССР:
"Носишь буржуазный пробор и портфель таскаешь, кровопийца!" Vs "стиляги" (узкие брюки и прическа "кок".
"Китай — это страна «непрерывной революции».
Выслушивая трескучие «революционные» фразы хунвэйбинов, я спрашивал их попросту:
— Скажите, а ради чего нужна революция? Какая у нее цель?
И они не могли ответить по существу, потому что их «революция» — не для людей, не для человека, не для народа. Их революция лишена цели и смысла." Vs "Есть у Революции начало,
Нет у Революции конца!x (песня 1967 года)
"— Вообще я не понимаю, зачем надо вешать повсюду все эти изречения?
Ван, почувствовав, что надо «давать отпор», сказал внушительно:
— Сочинения председателя Мао столь глубоки, что постигать их надо ежедневным изучением на протяжении двадцати лет. Только тогда можно научиться правильно применять идеи председателя Мао! Так считает наша партия." Конечно, их было намного больше, чем цитат Ленина, но вопрос странный, ему должно было быть очевидно и привычно.
Или сходства на официальном уровне было больше, чем кажется, или троллинг.
Как наблюдатель, автор тоже не понимает цели происходящего. Один китаец ему объясняет три этапа:
1. Чистка "старых большевиков"
2. Распространение идей Мао среди масс (за годик должны управиться). И тут я поняла, что автор ни разу не перечисляет эти идеи, хотя и постоянно упоминает, что они были вокруг. Воспротзвгодит только лозунги и лозунгоподобное.
3. Мировая революция. О желании большой войны автор пишет тоже многократно.
("Мы на горе всем буржуям
Мировой пожар раздуем")
Хотя кажется странной захватившая большинство жажда разрушения всего и вся, автор показывает экономический мотив участников: при таком уровне бедности даже бесплатная еда и форма уже были стимулом вступить в ряды хунвэйбинов.
Интересно, что в Китае сохранялась частная собственность. Причем если с мелкими собственниками власть во время Культурной революции боролась, то крупных - защищала.
"Вход был уже заклеен проклятиями против управляющего, которого называли «контрреволюционным элементом». «Сукины дети! Немедленно откажитесь от своих 5 процентов! Да здравствует государственный контроль!»
Ресторан был смешанным, государственно-частным предприятием. Неожиданно хунвэйбины потребовали фактически ликвидации капиталистов, которые по-прежнему получали от государства фиксированные 5 процентов на вложенный капитал в качестве выкупа. Эти выкупные выплачивались уже много лет, и конца им не было видно."
"премьер Государственного совета Чжоу Энь-лай широко распространил свое выступление перед хунвэйбинам и, в котором открыто брал под защиту национальную буржуазию. Требование хунвэйбинов ликвидировать выплату фиксированных 5 процентов прибыли китайским капиталистам было отклонено. Самих капиталистов, деятелей демократических партий, а также китайских реэмигрантов, как правило буржуазного происхождения, правительство взяло под защиту."
Чжоу Энь-лай стал одним из немногих переживших все бурные повороты Культурной революции и к моменту написания книги уже провел секретные переговоры с Киссенджером, организовал визит Никсона и вскоре вернет из ссылки Дэн Сяопина.
62 понравилось
