
«Гарвардская полка» дилетанта по жизни
winpoo
- 281 книга

Ваша оценкаЖанры
Ваша оценка
Сразу следует оговорить, что Вселенная Налимова — семантическая Вселенная, и человек в ней — это текст, но текст активно развивающийся.
Что такое личность — одна из основных проблем, которые рассматривает автор. Налимова не интересует абстрактный универсум в отрыве от человека.
По сути, сознание человека оказывается творцом семантической Вселенной, что не надо понимать как субъективный идеализм. Автор не ставит под сомнение существование мира вне сознания, но мир без сознания не имеет никакого смысла, это нераспакованный континуум смыслов, его распаковка и является задачей человека.
В своей книге автор пытается построить вероятностную модель смыслов, в которой главным инструментом является спонтанность.
"Спонтанность сознания" имеет две составляющие — философскую и математическую. Тем, кто не силен в математике, можно не бояться: чисто математическая часть не велика и, по сути, сводится к одной формуле, бейесовскому силлогизму, как автор его называет. Это такая довольно модная штука, которая сейчас широко используется в компьютерных технологиях, в том числе в алгоритмах обнаружения спама.
Сам Налимов называет свой подход "вероятностно ориентированной философией".
В первой главе дается обзор описаний мира, представленных философскими, религиозными и научными системами от древнейших времен до наших дней.
Это вступление интересно само по себе, как тщательно подобранным материалом, так и авторскими комментариями. Многое мне было уже известно, я успела прочитать порядочное количество первоисточников, но все равно любопытно.
Потом автор начинает излагать свою вероятностную теорию, предварив ее собственной картой сознания. Если убрать эту карту, все дальнейшие построения потеряют смысл, потому что вероятностная модель Налимова опирается на уровень сознания 2, который автор называет "предмышлением" и располагает между мышлением, опирающимся на аристотелеву логику, и "подвалами сознания" (что-то вроде подсознания в психологической терминологии). Именно этот уровень, связанный с надличностным метасознанием, имеет спонтанную природу и способен к раскрытию новых смыслов.
Еще одна исходная предпосылка— это изначальное существование спресованных смыслов. В нераспакованном виде они поедставляют собой семантический вакуум.
Дальше вступает силлогизм Бейеса. Вероятность раскрытия тех или иных смыслов зависит не только от функции распределения смыслов, но и от фильтров сознания. И тут получается, что в сфере аристотилевой логики новые смыслы раскрыть практически невозможно, потому что в ней все детерменировано и все рассуждения сводятся к реинтерпретации старого. Спонтанные фильтры рождаются на уровне предмышления, и именно там раскрываются смыслы, которые затем могут быть сформулированы и систематизированы на уровне логического мышления. При этом неизбежно происходит редуцирование.
Не все однозначно в модели Налимова (читай - не все укладывается в рамки аристотелевой логики), но это и интересно. Я часто вела диалог с автором или, увлекшись какой-то парадоксальной мыслью или цитатой, начинала обдумывать зацепившую тему. А это значит, книга стоящая. Она провоцирует поиск ответов, даже если ты не вполне понимаешь или не соглашаешься с автором. Кстати, пара цитат о понимании и непонимании:
Помимо основной линии распаковывания смыслов, автор затрагивает множество тем: трагизм и творчество в западной культуре, разница между восточным и западным философскими подходами, что такое нирвана с точки зрения вероятностной философии, свобода и несвобода, иллюзорность личности, сближение философии и естественных наук, медитация как метод поиска смысла, "любовь как новый экзистенциал бытия человека в мире".
Возникает вопрос, почему этим всем занимается математик. Можно ответить процитированными автором словами Майкла Полани:
Где-то со второй половины 20 века наметилась четкая тенденция: физики и математики занялись поисками Бога и философских смыслов, потому что они в своих изысканиях вышли за пределы материализма. Расцвет позитивистской науки закончился.
"Спонтанность сознания" не относится к разряду книг, легких для понимания, но она стоит прочтения. Материал, поднятый и осмысленный автором колоссален и хочется продолжать искать смыслы, применяя нетривиальные фильтры, и распаковывать семантический континуум.

Налимов - замечательный самобытный современный философ, который не отрывался от корней. Как ученый он внес свой взгляд в объективный идеализм, философию смыслов. Он привлек те идеи, в которых немного понимал - теорию вероятностей. При этом не особо мучил читателей теорией и математическими формулами. На фоне всеобщего материализма он выглядел белой вороной, и как я понимаю коллеги предпочитали обходить его молчанием и просто не замечать его. Его книга - это не история философии, а попытка придать философии второе дыхание на современном материале. Само по себе желание вдохнуть новую жизнь в почти "увядшее тело" современной философии можно только поощрять. Хотя лично я - лицо заинтересованное, так как нашел в лице автора единомышленника, а это всегда приятно. При внимательном прочтении видно, что автор продолжает онтологические традиции Парменида и Гегеля, сумев найти для них консенсус. Хотя выразил его неявно. Но читатель, что-то понимающий в объективном идеализме, несомненно может найти здесь для себя нечто весьма ценное и оригинальное. Книжка получилась очень даже себе содержательная.

Последняя книга В. В. Налимова. Лучшее, на мой взгляд, по теме вечных проклятых вопросов. Очень хорошо организованная, но сложная для неподготовленного читателя. Недооценённая книга.

Человека охватывает страсть к созерцанию и познанию мира, свободная от всяких практических интересов, и в замкнутом кругу познавательных действий и посвященного ей времени преследуется и творится не что иное, как чистая theoria. Другими словами, человек становится незаинтересованным наблюдателем, озирающим мир, он превращается в философа; или скорее жизнь его мотивируется новыми, лишь в этой установке возможными целями и методами мышления, и в конце концов возникает философия — и он сам становится философом.

Все наши мечты и размышления — это формы внутреннего диалога типа «С одной стороны... с другой стороны», туда и обратно. Пока мы воспринимаем побочные продукты внутреннего диалога как предельную реальность, мы в основном не осознаем этот процесс, и то, как мы связаны временем и энергией, которые мы на это тратим. Мы не замечаем, что без конца делим наш жизненный опыт на две или больше ролей, конфликтующих между собой, потому что по крайней мере одна из них фиксируется идеальным «что должно случиться». Мы не замечаем, что, стараясь избежать болезненных последствий этого разделения, стараясь сложить все снова, все, чего мы достигаем,— это создания ложного единства: мы идентифицируемся с одной ролью и с убийственной серьезностью воспринимаем ее, как само собой разумеющуюся, а за дополнительные роли как будто и не отвечаем. Большая часть того, что дзэн называет «относительным разумом», или «малым разумом», а западная психология зовет «эго», происходит из ложного концептуального единства этого незавершенного диалога.

...логика понимания задается состоянием сознания понимающего, которое определяется не только текстом, окружающим понимаемое слово, но и всей той жизненной ситуацией, в которой этот текст воспринимается.












Другие издания


