Из предисловия автора ко второму изданию:
«Я также воспользовался этой возможностью, чтобы исправить несколько ошибок в первоначальном тексте, и выражаю свою признательность критикам и читателям, указавшим мне на них».
Несмотря на это, по мнению Джеффри Хоскинга:
• Рокоссовский, Горбатов, Мерецков и другие репрессированные советские военачальники сидели не в простых лагерях, а в концентрационных,
• авиаконструктор Туполев во время его работы в тюремном заключении в шарашке назван "привилегированным рабом",
• Брежнев — президентом, наверное, потому что он к концу правления стал Председателем Президиума Верховного Совета СССР.
Возможно, виноват переводчик, который кроме этого:
• "Комитет общественной безопасности" перевел как "Комитет народной безопасности".
• Комбеды - как "комитеты бедных крестьян".
• Использовал слово "полиция" вместо "милиция".
• НКВД и КГБ в книге называется тайной полицией, такая полиция была в нацистской Германии.
• Переводит о профессионально-технических училищах и тут же в скобках пишет сокращение ФЗУ вместо ПТУ.
• Михаил Калинин называется президентом Российской Советской Республики, а Берия во время войны - "главой тайной полиции" (а не Народным комиссаром внутренних дел СССР с 1938 по 1945).
• Город Ставрополь-на-Волге (впоследствии переименованный в Тольятти) в книге приведен без дефисов: Ставрополь на Волге.
• Фамилию чеха Яна Палаха - Jan Palach (чешское произношение: [jan ˈpalax]) перевел как "Палач".
А ведь эта книга является результатом «пятнадцатилетнего преподавания в рамках программы по русским исследованиям в университете Эссекса и отвечает наиболее часто возникающим потребностям студентов в связи с курсом истории после 1917 года».
Тем не менее, благодаря этой книге узнал много нового о таких страницах истории моей страны, как:
• ТОЗы,
• этапы завоевания Средней Азии большевиками,
• кто из советских руководителей имел несколько уничижительную кличку "товарищ Картотеков",
• расстрелы заключённых после нападения Германии в 1941 году,
• массовые беспорядки в Темиртау в 1959 году,
• экономическое чудо в одном из казахстанских совхозов.
Позволю себе прокомментировать избранные места этого труда, рекомендованного издателем из Смоленска «учащимися старших классов, абитуриентами и студентами в качестве учебного пособия по истории СССР».
Дальше...
«В последнюю неделю августа генерал Корнилов, главнокомандующий русской армией, послал войска с фронта в Петроград, очевидно, с намерением разогнать Советы и арестовать всех большевистских лидеров, - вероятно, с тем, чтобы ввести военное правление. Его планы были расстроены действиями Керенского (тогдашнего премьер-министра), который объявил его арестованным, действиями железнодорожных рабочих, заблокировавших продвижение его войск, а также действиями солдат гарнизонных войск южнее и западнее Петрограда, которые братались с корниловскими солдатами и убеждали их, что они воюют не на той стороне. Главнокомандующий армией генерал Корнилов, не перенеся такого позора, покончил с собой".
Самоубийство совершил назначенный генералом Корниловым главнокомандующим отдельной Петроградской армией генерал Крымов после переговоров с Керенским в Петрограде.
Киргизская Республика была совершенно искусственным образованием: ее население говорило на том же языке, что и казахи, и отличались эти два народа лишь тем, что киргизы кочевали в горах, а казахи на равнинах".
Без комментариев.
В главе "Октябрьская революция" непосредственно самим событиям 25 октября (7 ноября) посвящен ровно один абзац, судя по которому захват власти большевиками — это всего лишь реакция на действия Временного правительства:
«Они [Каменев и Зиновьев] сделали одно важное наблюдение: «Поскольку выбор зависит от нас, мы можем и должны ограничиться оборонительной позицией». Именно такую позицию и занял ВРК во время событий, и, может быть, это и оказалось решающим фактором для успеха восстания. Потому что в конце концов захват власти был спровоцирован действиями Керенского, который в ночь с 23 на 24 октября попытался закрыть две большевистские газеты и арестовать некоторых большевиков, инкриминировав им антиправительственную агитацию. По инициативе Троцкого ВРК ответил на это открытием закрытых газет, а затем для обеспечения безопасности Второго Всероссийского съезда Советов, который должен был открыться в Петрограде на следующий день, войска BPK начали захватывать мосты, железнодорожные узлы и станции, а следующей ночью - и телеграф, и правительственные министерства. Ленин вышел из укрытия и отправился в Смольный институт, ставший штабом ВРК, чтобы убедить членов ВРК не ограничиваться оборонительной тактикой, а перейти в наступление и арестовать Временное правительство. Так все и произошло - благодаря влиянию Ленина или же по естественному развитию событий. ВPK призвал балтийских матросов из Кронштадта и Гельсингфорса, в то время как попытки Керенского призвать части с передовой почти начисто провалились - настолько упал авторитет Временного правительства в среде армейских офицеров. В конце концов Керенский скрылся из города на автомобиле, чтобы самостоятельно продолжать борьбу. Оставшиеся члены Временного правительства были арестованы поздней ночью с 25 на 26 октября в Зимнем дворце».
Пример сноски переводчика с описанием ошибки автора:
«Россияне, оставшиеся к северо-западу от земель, покоренных татарами, в дальнейшем развивались самостоятельно. Появились оригинальные язык и культура (белорусские); в конце концов белорусский язык стал официальным языком литовского государства**, поглощенного впоследствии Польшей».
**Автор несколько упрощает историческую картину; государственным языком Великого Княжества Литовского был древнерусский язык, а не белорусский, сформировавшийся уже после Унии».
Еще один пример корректирующей сноски переводчика:
«Немецкие помещики и бюргеры лютеранского вероисповедания властвовали над большим земледельческим населением, состоявшим из эстонцев, латышей и литовцев. Эстонцы говорили на языке, родственном финскому, в то время как языки двух других народов не имели ничего общего с языками других народов Европы*.
"Литовский и латышский языки принадлежат к балтийской группе языков индоевропейской семьи, т. е. родственны всем языкам Европы, кроме финно-угорских (финского и венгерского). - Прим. пер.»
Джеффри Хоскинг дальше пишет:
«Даже в 1928 году из списков следовало, что из всех инженеров, работающих в советской промышленности, только 138 были членами партии».
Такое могло быть, только если после десяти лет советской власти всех инженеров, работающих в советской промышленности, было несколько сотен.
Апогея движение «ударничества» достигло в 1935 году, когда шахтер из Донбасса Алексей Стаханов добыл 102 тонны угля вместо положенных семи. На самом деле этот рекорд был достигнут ценой остановки всех других работ в шахте, когда все рабочие были использованы на вспомогательных операциях, которые обычно выполнял один человек.
Из книги «Знаменитые люди Донбасса» (ред. коллегия: Желтяков М. В., Крохмалюк В. Г. и др. — М.: Вече, 2023): «В 1935 году группа, состоявшая из Стаханова и двух крепильщиков, за одну смену добыла в 14,5 раза больше угля, чем предписывалось по норме на одного забойщика. Это стало возможным из-за применения нового метода: разделения операций, которые раньше выполнял один человек. До этого шахтер рубил уголь, а затем крепил брёвнами свод выработанного пространства. Стаханов же работал только молотком, забой укрепляли два крепильщика, добытый уголь отвозили к шахтному стволу другие рабочие».
Разница всего лишь в словах «все рабочие» и «другие рабочие», а смысл получился разный.
«В 1939 г. прогулом стало считаться опоздание на двадцать минут без уважительной причины, и с 1940 г. это было признано уголовным преступлением, что влекло за собой осуждение на шесть месяцев “исправительных работ”. В этих случаях человек обычно продолжал работать на своем рабочем месте, но с него удерживали 25% заработной платы. “Увольнение по собственному желанию” также стало уголовно наказуемым деянием, каравшимся тюремным заключением».
Вот что по этому поводу пишут «Аргументы и факты»: «Об Указе Президиума Верховного Совета СССР от 26 июня 1940 года часто вспоминают, как о драконовском законе. Документ устанавливал введение в стране восьмичасового рабочего дня и закреплял наказание за прогулы. Некоторые правозащитные организации, описывая «политический террор в СССР», приводят данные, что с 1941 по 1956 год было осуждено не менее 36,2 миллиона человек, из них 11 миллионов — за «прогулы». Правда, часть историков ставят эти цифры под сомнение, отмечая, что судебная практика была такова, что прогульщиков не ссылали ни в лагеря, ни в ГУЛАГ.
Официально судебная ответственность за прогул была отменена спустя 16 лет – в апреле 1956 года.
О тех же довоенных временах Хоскинг пишет:
«Выдающиеся мастера (ударники), перевыполнявшие свои нормы, получали ордена и почести, превращавшие их в рабочую аристократию (разговорное слово “знать”, обозначавшее аристократию, применялось к ним совершенно официально)».
У меня вызывает большие сомнения, что слово "знать", обозначавшее аристократию, совершенно официально применялось к выдающимся мастерам (ударникам).
«Стахановцы стали сливками рабочей знати, они получали огромную зарплату и занимали лучшие квартиры в немногочисленных домах, построенных для рабочих».
Лучшие квартиры - это какие? Пентхаусы, что ли? Или с двумя санузлами вместо одного? Или с бильярдной комнатой?
О начале Великой Отечественной войны:
«Что касается самого Сталина, то он, увидев, как становится реальностью один из его любимейших мифов об империалистической угрозе, испытал нечто вроде нервного срыва. Неожиданно он укрылся на своей даче в подмосковных лесах и больше недели пребывал в полной прострации. В это время его генералы и ближайшие приближенные отчаянно пытались выправить положение».
Сталин продолжал активно работать и руководить страной, кроме одного—двух дней в самом конце июня.
«В подвергшихся вторжению областях партийные работники и правительственные чиновники лихорадочно жгли документы и бежали на восток, бросив народ на произвол судьбы. Сотрудники НКВД расстреливали политзаключенных и тех, кто был осужден на десять и более лет, и пытались вывести остальных. Если это не удавалось, они расстреливали и этих, а сами бежали».
Осуждённых по бытовым статьям и малолеток тоже расстреливали? По нашим данным (взял в Википедии), например по УССР, всего в 1941 году из 78 тюрем было эвакуировано 45569 человек, расстреляно в тюрьмах — 8789, убито при попытке побега — 48 человек, расстреляно конвоем в пути при подавлении бунта и сопротивления — 123, незаконно расстреляно конвоем в пути — 55, оставлено немцам — 3536 з/к. Кроме этого, с 22 июня по 31 декабря 1941 года в НКВД было осуждено за самочинные расстрелы и убийства 19 человек.
«Действительно, кое-где население встречало немцев с радостью. Генерал Гудериан в своих воспоминаниях рассказывает, как деревенские женщины на деревянных подносах выносили солдатам хлеб, масло и яйца. Крестьяне надеялись прежде всего на то, что немцы распустят колхозы и вновь откроют церкви. Украинцы, белорусы и прибалтийские народы ждали, что им будет позволено создать свои национальные государства. Все они были уверены, что немцы, будучи “культурной” нацией, позволят по меньшей мере начать более безопасную и обустроенную жизнь, чем во время сталинского террора. Их ждало разочарование, но это стало ясно не сразу».
Прибалтийские народы, только недавно присоединенные к СССР, может и ждали. Но точно не украинцы и тем более белоруссы.
«Паника первых дней войны оказала продолжительное деморализующее воздействие на армию и народ Советского Союза. Общепризнанно, что боевой дух не восстановился полностью даже после Сталинградской битвы, т. е. более чем через восемнадцать месяцев».
Общепризнанно?.. Как же, интересно, можно было с невосстановленным боевым духом выиграть те битвы с фашистской Германией, которые произошли до Сталинградской включительно?
«Конечно, в течение осени 1941 года продолжались окружения и беспорядочные отступления, несмотря на несколько героических оборонительных боев (они имели особое значение, поскольку задерживали немецкое наступление, которое, чтобы стать успешным, должно было быть стремительным). Атмосфера того времени прекрасно передана Хрущевым в его мемуарах. Когда немцы подошли к Киеву, где Хрущев возглавлял партийный аппарат, рабочие заводов явились в Центральный Комитет и выразили желание защищать город. Для этого они потребовали оружие. Хрущев позвонил в Москву. Единственным человеком, до которого он смог добраться, был Маленков. Хрущев спросил его, где можно раздобыть винтовки, поскольку рабочие хотят присоединиться к частям Красной Армии и драться с немцами, а вооружить их нечем. Маленков ответил, что и надеяться на это нечего, потому что все винтовки, предназначенные для гражданской обороны, отправлены в Ленинград. Хрущев продолжал настаивать, спрашивая, чем же все-таки вооружить людей. Маленков отвечал, что не знает, и что они могут вооружаться чем угодно - пиками, кинжалами, подручными средствами и вообще всем тем, что можно изготовить на киевских заводах. Хрущев поинтересовался, не хочет ли Маленков предложить им сражаться копьями против танков. Тот ответил, что надо сделать всё что можно - например, делать зажигательные бомбы из бутылок с бензином и керосином и бросать их в танки. Хрущев, разумеется, был удивлен и возмущен этой беседой. Он никому не рассказал о ней, опасаясь вызвать панику».
Из книги Мэри Карра "Искусство мемуаров": "Грань между памятью и фактом размыта, между интерпретацией и фактом. Бывают непреднамеренные ошибки такого рода, выходящие за рамки разумного". А бывают преднамеренные ошибки за гранью разумного. Воспоминания Хрущева о временах правления Сталина после того, как первый развенчал культ личности второго, яйца выеденного не стоят.
Из выступления Н. С. Хрущева на собрании партийного актива центральных управлений Министерства Обороны 22 октября 1957 г.: «Когда ополчение призвали в Киеве я позвонил Маленкову, он ответил — чем хотите воюйте, винтовок нет, куйте пики. Винтовки только для Ленинграда и Москвы. Товарищи, это же издевательство!»
Далее Хоскинг пишет:
«К этой истории достаточно добавить, что Киев, где командующим был Буденный, вскоре стал местом нового разгрома: по меньшей мере полмиллиона человек попали в окружение и либо погибли, либо были захвачены в плен».
Либо вышли из окружения.
«Но полная свобода информации все же не допускалась. Вскоре после начала войны гражданам было приказано сдать свои радиоприемники. Дозволялись лишь громкоговорители в общественных местах: Советское правительство не позволяло своим гражданам получать информацию немецкого радио и даже Би-Би-Би».
О, как, даже BBC! Это же союзническая радиокомпания, а союзники всегда заботятся об общих интересах даже в ущерб собственным.
Из интернета: "В Великобритании имелись лицензии на прослушивание радио, за это надо было платить ежегодный взнос, неуплата каралась штрафом и тюремным заключением (как и сейчас карается, только это уже не радио, а ТВ лицензия, радиолицензия была отменена). В тексте этой лицензии было указано, что прослушивание зарубежных радиостанций- уголовное преступление. Однако не все следовали букве закона, и во время Второй мировой в Британии несколько человек было отправлено за решетку на короткие сроки именно за прослушивание иностранных станций. Но среди публики поднялся шум недовольства, и наказание за это отменили".
«В конце концов они получали унизительно незначительную работу где-нибудь в провинции (так, Дубчек стал егерем в Словакии)».
Смещенный в 1969 году с поста первого секретаря ЦК Коммунистической партии Чехословакии Александр Дубчек был назначен руководящим лесничествами в системе словацкого лесного хозяйства, а не егерем.
«Тройки Ленинградского комитета обороны, состоявшие из представителей партии, Советов и НКВД, имелись на каждом заводе и в каждом районе. Их задача состояла в мобилизации рабочих батальонов и вооружении их всем, что имелось под рукой - копьями, кинжалами и бутылками с зажигательной смесью».
Копьями??? Кинжалами???
«Самое же страшное происходило в первую зиму блокады. Никто не предвидел, что город может быть осажден, и ничего не было сделано для создания запасов продовольствия. Более того, незадолго до начала блокады продовольствие было вывезено из города. Его предполагалось использовать для снабжения населения, эвакуированного в отдаленные, плохо обеспеченные районы».
Из Википедии: «Немцы сбросили на Ленинград несколько тысяч зажигательных бомб, чтобы вызвать массовые пожары. Особое внимание было уделено уничтожению складов с продовольствием. Так, 8 сентября неприятелю удалось разбомбить Бадаевские склады, где находились значительные запасы продовольствия. На этих складах было безвозвратно утеряно 3 тыс. тонн муки и 700 тонн сахара».
Читаем «Историю Советского Союза» дальше.
«Несмотря на то, что из города вывезли детей и некоторых особенно ценных рабочих, большая часть населения осталась на месте».
Вывезли далеко не всех детей.
«Больше того, те, кому удалось бежать из плена, и те, кто смог выйти из окружения, сразу же подвергались строгим допросам НКВД. Многие попали в лагеря, некоторых даже расстреляли как шпионов. Но отношение к ним со стороны властей этим не ограничивалось.
Когда в феврале 1943 года Харьков был вновь освобожден Красной Армией очень быстро, Александр Верт видел истощенных советских военнопленных, «освобожденных» из немецких лагерей, но все еще живущих там. Им просто некуда было идти. Их никто не кормил. Местных жителей они совершенно не интересовали - у тех было по горло собственных проблем. Да и кто мог поручиться, что этих военнопленных немцы не оставили как шпионов».
Так «сразу же подвергались строгим допросам НКВД» или нет?
И тут же:
«Учитывая все это, не следует удивляться, что большое число советских военнопленных искало спасения, поступая на службу в немецкую армию. В советской печати их называют «предателями», но применительно к людям, от которых отказалось их собственное правительство, это определение кажется по меньшей мере сомнительным».
«Искало спасения» — от чего? «Правительство отказалось» — в чем выражался его отказ? И если для предательства есть какой-то повод, то это уже не считается предательством?
О ходе операции по выводу из окружения 2-й ударной армии, командующим которой был назначен впоследствии плененный немцами генерал Власов:
«Эти впечатления должны были усилиться обстоятельствами его пленения, поскольку его армия была просто брошена верховным командованием и не было предпринято никаких попыток оказать помощь, чтобы она смогла пробиться из окружения».
Это ложное утверждение: действия войск 52-й и 59-й армий Волховского фронта с целью пробиться ей навстречу 2-й ударной армии были, хоть и неудачными (удалось создать небольшой коридор, через который выходили разрозненные группы изнурённых и деморализованных бойцов и командиров). А когда противник ликвидировал коридор, Власов отказался бросить собственных солдат, когда за ним прилетел последний самолёт, чтобы эвакуировать командующего вглубь советской территории. Информация взята из Википедии.
Вообще, это трудно представить, чтобы «не было предпринято никаких попыток оказать помощь» в любых вооруженных силах любой армии мира.
О послевоенных лагерях:
«Были там и представители народов Прибалтики, Белоруссии, Украины и Польши, которые в большинстве своем ненавидели русских и имели опыт партизанской борьбы против них».
В большинстве своем ненавидели русских? Как автор определил это? Социологический опрос проводил кто-то?
О бунтах заключенных в лагерях:
«Им удалось разоружить и уничтожить охрану, после чего они освободили соседние лагеря. Затем они выступили на Воркуту. Для того чтобы уничтожить восставших, пришлось использовать десантные части и пикирующие бомбардировщики».
Десантные части? Да еще уничтожить? Бомбардировщиками, да еще и пикирующими? Как это автор себе представляет? В тайге можно и на бреющем полете с любого самолета расстреливать, никакой десант не нужен.
«Была также забастовка в Экибастузе в Казахстане. Здесь зэки допустили роковую ошибку, объявив голодную забастовку. Эта тактика приносит успех только тогда, когда начальство недостаточно бессовестно для того, чтобы обрекать узников на смерть: но в Экибастузе она лишь ослабила физическое состояние заключенных и облегчила репрессии».
Автор, будучи британцем, не мог не знать об ирландской голодовке 1981 года — кульминации пятилетнего протеста, связанного с конфликтом в Северной Ирландии и начавшегося в 1976 году, когда британское правительство исключило понятие Special Category Status, ранее присваиваемое политзаключённым, осуждённым за действия в ходе этого конфликта. До начала голодовки 1981 года уже проходило несколько голодовок и других акций протеста заключённых требовавших вернуть им полувоенный, политический статус. Маргарет Тэтчер, премьер-министр Великобритании, не пошла на уступки, и голодовка кончилась смертью десяти республиканцев. Информация взята из Википедии.
Четыре цитаты о Кенгирском восстании заключённых:
«В Кенгире саперы проделали широкие проходы в окружающей лагерь колючей проволоке и предложили восставшим выходить для сдачи. Никто не вышел. Тогда пошли танки. Для того чтобы разделить зону, они тащили огромные мотки колючей проволоки. Мощные гусеницы танков иногда сминали стены и углы бараков вместе с находившимися там заключенными, а в это время в лагерь ворвалась пехота, которая стреляла в людей и добивала штыками тех, кто пытался скрыться».
В чем смысл просто стрелять в людей, и особенно добивать тех, кто пытается скрыться?
«В этот момент навстречу танкам вышли, взявшись за руки, украинки в вышитых рубашках, которые дома они, наверное, надевали только когда собирались в церковь. Мы подумали, что танки остановятся перед этими правильными рядами совершенно беззащитных женщин, стоявших с гордо поднятыми головами. Но нет они только ускорили ход. Выполняя московские приказы, танки ползли прямо по живым телам. Криков не было: мы слышали только жуткие звуки раздавливаемых тел и ломающихся костей».
Красиво, но неправда.
Там же:
«Тем временем между бараками появились солдаты, расстреливавшие всех, кто попадался им на глаза. Резня продолжалась с трех утра до половины девятого».
Нет никакого смысла расстреливать все пять тысяч заключенных, тем более в течение почти шести часов, достаточно было нескольких заходов пикирующих бомбардировщиков. Но здесь про них не напишешь, это ведь не тайга.
«Свидетельство об этом инциденте, заимствованное из подпольного украинского источника, дает представление о силе духа восставших и о безжалостности карателей. Это свидетельство было пересказано Солженицыным в его "Архипелаге ГУЛАГе".
Теперь понятно, и откуда взялись украинки перед танками — «из подпольного украинского источника», и цель этой фальсификации — «дать представление о силе духа восставших и о безжалостности карателей». Напомню подзаголовок "Архипелага ГУЛАГа" — "опыт художественного исследования".
«Алкоголик со стажем, Фадеев пьяно и неуклюже пытался снискать расположение некоторых своих жертв, после чего неожиданно бросил пить, написал пространное письмо в Центральный Комитет и застрелился. Письмо было немедленно конфисковано КГБ, и содержание его остается неизвестным. Ходил, правда, слушок, что за несколько дней до самоубийства он с горечью бросил: «Я думал, что охраняю храм, а он оказался сортиром».
Вместо моего комментария — цитата из статьи «Тайна предсмертной записки Александра Фадеева», из которой ясно, что Хоскинг просто приписал Фадееву то, что думал о нем российский историк Лурье: «Как утверждает Лев Лурье, автор издания «1956 год: середина века», Фадеев "думал, что стоял на посту, а оказалось – охранял нужник"».
«По словам одного очевидца, крупный советский ученый, который должен был ехать на международную конференцию, совершенно неожиданно никуда не поехал, а вместо него на конференцию отправилось совершеннейшее ничтожество».
Английский историк опустился до банальных оскорблений, никак не могущих описывать действительность.
«Ходили слухи, что Шелепин вынашивал планы ареста тысячи или около того интеллектуалов, тех, кто теснее всех прочих ассоциировался с «оттепелью» в области культуры, и таким образом раз и навсегда покончить с идеологическими шатаниями. Арест Синявского и Даниэля в сентябре 1965 года можно рассматривать как первый шаг в этом направлении».
«Ходят слухи» — насколько допустимо в книге, «написанной на основе исследования многочисленных архивных материалов», использовать слухи? И во всех ли местах автор уточняет, что информация основана на слухах?
«Для того чтобы обойти все эти препятствия, люди нередко вступали в брак с лицами, у которых прописка была более «высокого» класса: не исключено, что подобные фиктивные браки стали столь же обычны для советского общества, как браки по расчету во Франции времен Бальзака».
Не исключено, например, что у автора-историка по всем предметам в вузе была оценка «удовлетворительно».
«Волнения произошли в сентябре 1959 года в промышленном казахстанском городе Темиртау. Молодые рабочие и комсомольские добровольцы со всей страны приехали сюда помочь в строительстве металлургического завода. На месте выяснилось, что жить они должны в палатках (в стране, где обычны песчаные бури), что вода подается лишь на определенное время и что продовольственное снабжение крайне неудовлетворительно. В довершение ко всему они узнали, что молодежным коммунистическим бригадам из Восточной Германии и Польши, которые работали рядом с ними, платят гораздо лучше».
На самом деле из Болгарии.
Там же:
«Группа рабочих подожгла столовую в строительной зоне, а потом направилась к милицейскому участку, где, судя по некоторым сообщениям, они повесили начальника».
Опять это «судя по некоторым сообщениям», т. е. по слухам. В целом вся эта цитата состоит из ложных утверждений: поджигания столовой не было, а чтобы в милицейском участке «повесить начальника», к нему еще нужно прорваться через помещения, занятые вооруженными огнестрельным оружием милиционерами.
Там же:
«В город были введены армейские части, но часть солдат стала брататься с рабочими. Пришлось использовать специальные войска КГБ».
Вот это рефреном звучит всю книгу — обычные войска не используются в подобных случаях всегда это какие-то десантные, специально обученные, дисциплинированные, свирепые и кровавые убийцы.
Там же:
«Множество людей было убито и несколько сотен ранено, прежде чем был восстановлен порядок. Зачинщиков арестовали. Сообщали, что некоторые были казнены. Если все эти сообщения хоть частично соответствуют действительности, то следует признать, что возмущение рабочих было очень сильным. Надо также отметить беспомощность властей, которые, судя по всему, оказались совершенно неподготовленными к волнениям».
Интересно, а как выглядят действия власти, совершенно подготовленной к волнениям в лагерях?
«В Новочеркасске эти волнения привели к насилию. На электролокомотивном заводе им. Буденного дирекция — как предполагают, в результате ошибочного подсчета времени, затрачиваемого на операции, - резко повысила производственные нормы. Это привело к падению реальной заработной платы. Рабочие двух цехов потребовали встречи с директором, чтобы выразить свое недовольство по этому поводу. Директор либо отказался с ними встретиться, либо грубо отверг их требования».
Я понимаю, что трудно было писать книгу по истории СССР во времена железного занавеса, но книга написана минимум в 1991 году, а напечатана в России в 2001 году, все подробности этого дела, думаю, к этому времени стали достоверно известны.
«Когда милиция арестовала около тридцати рабочих, которых она посчитала зачинщиками беспорядков, забастовка началась практически на всех заводах Новочеркасска. Огромные толпы, где были и женщины (по ним повышение цен на продовольствие ударило больнее всего), стали стекаться к милицейским участкам и к зданию горкома партии. Это говорит о том, что люди прекрасно понимали, где находятся центры власти».
Из Википедии: «С балкона горкома также выступила ранее судимая сторож стройуправления Екатерина Левченко, отличавшаяся скандальным поведением и склонностью к распространению слухов. Она призвала штурмовать отдел милиции, чтобы «освободить» якобы задержанных рабочих (никаких «задержанных» рабочих там не было)». Примерно 30-50 человек направились к горотделу милиции. В их числе был пьяный Владимир Шуваев, который призывал убивать солдат и вешать коммунистов».
«Там произошло событие, которое окончательно вывело толпу из себя: охранявшие здание горкома специальные войска КГБ дали несколько предупредительных залпов в воздух, но попали в мальчишек, забравшихся на деревья».
Опять специальные войска, специально подготовленные для расстрелов толпы.
Журналист газеты «Труд» Вадим Карлов в 2007 году писал: «Правда, в опубликованных списках жертв мальчишки не значатся. Не заявляли о пропавших детях и их родители. Боялись, или мы об этом не знаем? А может быть, потому, что к площади прибежали сироты (детский дом располагался как раз на Московской)?»
«Один офицер отказался отдать приказ открыть огонь на поражение по разгневанной толпе. Он сдал свой партбилет и застрелился».
А почему нельзя было сразу застрелиться?
«Другие не были столь же совестливы. Войска продолжали стрелять, даже когда толпа обратилась в бегство. По меньшей мере семьдесят человек было убито - по некоторым подсчетам, гораздо больше. Очень много было раненых».
У меня тот же вопрос: зачем писать о стрельбе в тех, кто обратился в бегство? Чтобы военнослужащие выглядели извергами, средневековыми варварами и палачами, любящими в людей пострелять?
Из Википедии:
«Два взвода внутренних войск смогли деблокировать здание, после чего военнослужащие выстроились в две шеренги лицом к митингующим. Генерал Олешко с небольшой группой солдат смог пройти внутрь и выбраться на балкон, откуда через мегафон он призвал собравшихся прекратить беспорядки и разойтись. Толпа ответила выкриками: «палач», «фашист» и т. д. и начала наступать на шеренгу военнослужащих. Олешко скомандовал оцеплению сделать несколько предупредительных выстрелов в воздух. Услышав залп, люди отхлынули, однако тут же кто-то закричал: «Не бойтесь! Стреляют холостыми!». Митингующие вновь начали напирать на солдат, кинулись вперёд, намереваясь то ли обезоружить, то ли смять оцепление. По заключению прокурорской экспертизы 1991 года, в тот момент особо буйствующие участники беспорядков пытались вырвать оружие из рук солдат. Те, отбиваясь и защищая своё оружие, вольно или невольно снимали автоматы с предохранителей и в горячке начинали стрелять. Пули хаотично полетели в гущу толпы, рикошетили от асфальта и стен домов. Олешко отчаянно пытался остановить стрельбу криком и руганью, но в суматохе его приказы не были слышны. 10-15 демонстрантов упало, после чего остальные начали разбегаться. В ликвидации беспорядков также приняли участие соединения 89-й дивизии внутренних войск полковника Е. А. Пожидаева, в частности 505-й полк подполковника Н. М. Малютина и 98-й отдельный батальон майора А. А. Тюрина. После выстрелов и первых убитых толпа в панике побежала прочь. На площади погибли 17 человек».
Читаем о Новочеркасском бунте в изложении английского историка дальше:
«Для наблюдения за последующими событиями и проведения расследования на Дон явилась высокая правительственная комиссия, которую возглавляли члены Президиума Микоян и Козлов. Они организовали специальное продовольственное снабжение, так что на какое-то время магазины на Дону наполнились. Было арестовано множество рабочих, некоторые солдаты и офицеры пошли под трибунал».
Интересно, за что, по мнению автора, они пошли под трибунал? За невыполнение приказов стрелять?
Из Википедии: «Наказаниям подверглись и некоторые из местных управленцев. Б. Н. Курочкина исключили из партии и сняли с должности директора. Его место занял популярный у рабочих Павел Иванович Аброскин. Все остальные получили «строгий выговор с занесением в учётную карточку», в том числе первый секретарь Новочеркасского горкома Т. С. Логинов, второй секретарь В. В. Захаров и третий секретарь В. Ф. Осипенко, а также глава горисполкома В. А. Замула. Информация о новочеркасских событиях в СССР была засекречена по решению Президиума ЦК КПСС».
Читаем дальше «Историю Советского Союза», по которой учат английских студентов:
«Судя по сообщению Солженицына, раненных во время беспорядков людей вместе с семьями сослали в Сибирь, чтобы заставить их молчать».
Солженицын-то откуда мог знать? И почему именно раненых? А здоровые свидетели подавления беспорядков что, молчать будут?
«Учителя и работники учреждений, в подавляющем большинстве женщины, получали просто нищенскую зарплату».
Это про поздний СССР. Интересно, что автор написал бы о зарплате учителей, врачей и других бюджетных работников в 90-е годы?
«Хоть никакие официальные данные и не были опубликованы, складывается впечатление, что по потреблению крепких спиртных напитков на душу населения СССР занимал первое место в мире».
Складывается впечатление, что автору очень хочется, чтобы так и было.
О публикации рассказа «Один день Ивана Денисовича» Солженицына:
«Хрущев разрешил ee, поскольку именно в тот момент в самом разгаре была вторая кампания по «десталинизации» в преддверии ХХІІ съезда.
«Изгнанные диссиденты давали Западу более полную картину жизни в СССР, чем это было возможно раньше (первое издание этой книги во многом было основано на их рассказах)».
Вот это и должно было быть указано на форзаце книги: она является таким же «опытом художественного исследования», как «Архипелаг ГУЛАГ», написанный не только на основе лагерного опыта Солженицына, но и по рассказам других заключенных и их писем.
«В 1972 году студент по имени Роман Каланта последовал примеру Яна Палача из Праги в 1969 году и совершил на площади в Каунасе акт самосожжения под плакатом, на котором было написано: «Свободу Литве!». Его похороны вылились в волнения: люди толпились на улицах, скандируя слово «Свобода!», срывали таблички с русскими названиями улиц и подожгли здания, где размещались партийны
14 понравилось
