Подборка 1
Seldon
- 92 книги

Ваша оценкаЖанры
Ваша оценка
В ненастрый вечер к дому Жапака подползает совершенно седой и больной человек. Оказывается, что это совсем не старый, тридцатилетний матрос Степан, он болен, его лихорадит. Жапак жалеет его и остается с ним выхаживать несмотря на то, что он знает, что утром его придут убивать. И он рассказывает свою историю Степану, что есть их два племени: кияты - пастухи и муйтены - рыбаки. Два племени, хоть и произошли от одного корня, но друг с другом ужиться не могут, постоянно мстят за что-то одни другим. Вот и сейчас они должны утром поймать Жапака и казнить его за то, что он чуть не убил старого пастуха, который еще и отец девушки, в которую он влюблен. Вот такой закрученный сюжет у книги: здесь и любовь между врагами, и стоительство советского государства, и борьба с предателями, и тайна рождения возлюбленной Жапака, и прощение, дружба и т.д. Весь этот вихрь событий сконцентирован на 136 страницах текста, но это совершенно не делает повествование сумбурным. Все выстроено в логическую цепочку, с раскрытием персонажей, возможно, конечно, есть некоторые моменты, которые слишком стремительно развиваются, но в целом это не мешает стройной линии повествования. Но еще более удивительный коктейль советской пропаганды: бай - богач злодей, а простые пастухи и рыбаки - будущее всей страны и в их руках сила; и романтическо-приключенческого характера повести, одно другому совершенно не мешает и благодаря второй части перввая проходит лечге. Наверное, в этом и суть, незаметно вместе с вкусняшкой заставить съесть и "лекарство". Единственный момент, который мне не "зашел": это когда автор показывает пожилых людей как мудрых советчиков, хранителей знания, но в то же время молодые говорят, что старые традиции им не указ, слишком это категорично, на мой взгляд.
Герои повести: что Степан, что Жапак, мужчины сильные, смелые, роботящие, приятные. Степан, на правах более старшего, выглядит, конечно, более солидно, но и Жапак заметно меняется с осознанием своей ответственности не только за себя и сестру, но и за весь аул. Но моя любимица - возлюббенная Жапака - Сулув - сильная, смелая, умная девушка, не боится людской молвы, спасает слабого, почитает отца, коня на скаку остановит и в тонущчую юрту зайдет. Все эти достойнства не делают из нее суперженщину, она такая же как и все, сквозь строки видно, что все это досталось ей не просто так, а трудом и упорством, мне такие герои очень нравятся.
Кроме бурной жизни героев, автор показал и природу Узбекистана, здесь Аральское море еще полноводное, это в очередной раз напомнило, насколько же природа хрупкая штука. Вроде бы небольшая повесть, но она оказалась полной событий и новых впечатлений.

- Из купцов в революционеры –
Даже не скажу, что побудило меня взять эту книгу ) Может, название? Бухара - место волшебное и исторически богатое. Шестое чувство подсказывало мне, что под обложкой должна быть сказка или исторический роман... Представьте мое удивление, когда история оказалась художественным изложением двух лет из жизни будущего председателя Совета Народных Комиссаров УзССР ) Правда, разочароваться не пришлось: свою историческую, почти сказочную повесть я получила, и она понравилась мне настолько, что знакомство с автором я обязательно продолжу.
Файзулла Ходжаев, родился в богатой купеческой семье, отец его владел каракулевым промыслом и, если верить книге, это он придумал убивать только что рожденных ягнят, чтобы каракуль был мягким, а шкура тонкой. Образование Файзулла получил стандартное восточное – в медресе и светское московское. Там, в Москве, он и почувствовал контраст между Западом и Востоком, влюбился в русский дух и возжаждал перемен. С этими мыслями он вернулся в Бухарский эмират, в сиятельное правление эмира Сеида Алим-хана, где настоящее время можно узреть только по николаевскому мундиру самого Алим-хана и джадидским газетам о турецкой революции. В остальном же это все та же средневековая Бухара с зинданами, взяточниками, бедностью и разного рода распрями.
Шестнадцатилетний Файзулла вынужден принять купеческие дела после смерти отца, но душа его к торговле не лежит. Ему хочется больших дел: орошать долины, строить школы и железную дорогу до Мекки. Он очаровывается людьми и разочаровывается в них с быстротой молодости, меняет убеждения, ищет свое призвание, наталкивается на мошенников, содомитов, соглядатаев, беглых преступников, - в общем, жизни в обмен на отцовские накопления узкие улочки Бухары учат Файзуллу совершенно безжалостно.
Взросление Файзуллы показано через переоценку религиозных истин. Казалось бы, встретить диалоги о религии в книге про будущего революционера странно, но они органично вписаны в сюжет. Не убий, не укради, не сотвори себе кумира - одинаковы для любой религии. Болезненно и медленно вырастает Файзулла из религиозных и философских догматов, не прекращая поиск своего места на земле, задумываясь о роли Бога и других людей в жизни человека и страны. И так это трогательно, так пронзительно и так по-комсомольски самоотверженно и ярко, что путь Файзуллы из медресе в ЦК ВКП(б) становится совершенно закономерным и понятным.
А еще у этой книги есть свой мотив (плейлист, как сейчас модно говорить). Это народная мелодия "Муноджат", которую играют и напевают разные персонажи повести. Очень жаль, что в книге не сделаны сноски: без них это просто мелодия, но на самом деле все глубже. "Муноджат" - это жанр поэтического и музыкального искусства, который восходит к утренней молитве. В отличие от всех прочих молитв, произносимых по-арабски, муноджат-дуа произносится на родном языке, потому что в этой молитве человек напрямую обращается к Богу, рассказывает ему о сокровенном и благодарит Бога за его милость. Муноджат – это просьба, которая обязательно будет исполнена. Вот и просит Файзулла о мире между шиитами, суннитами, русскими, евреями, о справедливости, о железной дороге, об учебниках для новых школ и о новых людях, живущих для других, а не для себя.
Книга написана плавным, образным, поэтичным языком, который прекрасно передан в переводе. Отдельные места я перечитывала дважды – так красиво автор обрисовал горы, точно – человеческие характеры, глубоко – метания юной души.
....................................
Файзулла Ходжаев по ложному обвинению был расстрелян в 1938, реабилитирован и восстановлен в партии в 1965. Он не успел построить железную дорогу до Мекки, но на его средства, оставшиеся в наследство от отца, построена республиканская больница в Самарканде, действующая и по сей день.

Вновь вернулась к Аскаду Мухтару: ну не отпускает меня его певучий, сказительский слог.
«Чинара» - роман очень специфичный. С одной стороны это прославление социалистического строя, силы духа советского человека, идеалов нового, устремленного в будущее коммунистического общества. С другой - это роман о людях, создающих будущее своей страны. А еще через все коммунистические стройки и соцсоревнования шелковой тропой проходят древние сказания и легенды. Мухтар вплетает их так искусно, что рассказы о советской действительности тоже становятся легендами. Главы тут так и называются: «История о…», «Легенда о…», «Повесть о…».
Вся книга - непрекращающийся путь почти столетнего Ачил-бувы. Начинается история с прощания старика с пятисотлетней чинарой, растущей посреди его родного кишлака. Ну а дальше бодрый и мудрый старик в сопровождении приехавшего из-за границы внука-капиталиста едет навестить своих многочисленных детей, внуков и правнуков по советским совхозам и новым рабочим городкам.
История каждого из детей Ачил-бувы оказывается достаточно драматична: кем-то старик гордится, кем-то хвастается, а кое за кого ему стыдно (но лишь потому, что женщина (какой позор!) посмела уйти от никчемного мужа и властной сварливой свекрови). Вот тут сталкиваются нравы Ачил-бувы, выросшего на старых традициях, и мировоззрение современной, рожденной без паранджи женщины. Выходит, коммунизм Ачил-бува принял не полностью? Мухтар очень хорошо показывает и внутреннюю борьбу человека, и идеологическую, и даже подковерную в партийных организациях. Честно сказать, мне показалось довольно смелым шагом сказать, что не все партсекретари достойны своего места, что между ними есть соперничество, что функционеров в руководстве партии больше, чем необходимо и пр. Посмеялась над рассказом о том, как новый председатель в парке отдыха наткнулся на лозунги об ударном труде, как просил журналиста объяснить ему эти лозунги, а тот не мог ) Но больше всего меня поразила глава про нашествие саранчи и молодого ученого, которому, чтобы спасти посевы, пришлось перебороть и аксакалов, и басмачей, и партработников.
Некоторые мысли, которые вкладывает автор в уста своих героев, с высоты сегодняшних дней и приоритета личного над общественным кажутся странными, неправильными, но, не будь их в то время, разве получили бы мы великую страну СССР? Есть о чем задуматься.
Основная загадка книги - а она тут есть! - кто такой этот Ачил-бува, которому открыты все двери, которого боятся прокуроры, к которому прислушиваются самые высокие чины? Все встанет на свои места в самом конце, но и тут Мухтар переплетет национально-историческое самосознание и новое социалистическое мироощущение. В целом же это роман не о путешествии Ачил-бувы, а о пути новой республики, о сложностях ее становления, о верности своему делу, о чести и любви к своей стране и ее прошлому.
Рекомендовать не стану - чтение по нынешним временам уж очень нестандартное, но ценителям раннего советского легендариума и традиций восточной литературы советую надкусить.
PS по мотивам книги снят одноименный фильм.

Не только сокровища - богатство, сынок. Сердечная привязанность - тоже богатство. Радость в глазах человека - богатство несметное.

У человека за жизнь может накопиться немало привязанностей к местам, где он жил. Но то что связано с воспоминанием юности, с первой любовью, неизгладимо, как вечность, как самое прекрасное из того, что есть на земле.

Если бы я был писателем, я бы всю жизни писал одну книгу. Это была бы книга прощания. Я бы прощался в ней с детством, с юностью, с жаворонками, со звездами, со степями… С красотой сущего, неповторимого. И тот, кто читал бы мою книгу, понимал, как прекрасна жизнь, если с ней так грустно прощаться. Понял бы и стал ценить каждое отпущенное ему мгновение. Такой книги нет, малыш, а если бы я ее написал, то простился бы с миром удовлетворенным.