По какой ты скроена мерке? Чем твой облик манит вдали? Чем ты светишься вечно, церковь Покрова на реке Нерли? Невысокая, небольшая, Так подобрана складно ты, Что во всех навек зароняешь Ощущение высоты… Так в округе твой очерк точен, Так ты здесь для всего нужна, Будто создана ты не зодчим, А самой землей рождена. Среди зелени — белый камень, Луг, деревья, река, кусты. Красноватый закатный пламень Набежал — и зарделась ты. И глядишь доступно и строго, И слегка синеешь вдали… Видно, предки верили в Бога, Как в простую правду земли. Наум Коржавин.
Каждый раз, когда видишь храм Покрова на Нерли, невозможно оторвать глаз от изумительной красоты этого храма – памятника древнерусского зодчества XII века, возведенного неизвестными зодчими. Храм, в котором органично сочетаются простота, благородство, пластика и изящество форм.
Не случайно Тарковский начинает свой фильм «Андрей Рублев» именно с этого храма, он как бы является прологом ко всему фильму: от одухотворенности храма к фрескам Рублева.
Расположен храм Покрова на месте слияния двух рек: Клязьмы и Нерли в 11 км от Владимира. На выбор этого места повлиял, возможно, не только окружающий пейзаж, но и то, что в те времена именно здесь проходил торговый и военный водный путь с Востка на Запад, таким образом, храм как бы встречал и провожал великих гостей, послов и воинов.
Говорить о церкви Покрова на Нерли хочется только поэтико-философским языком, при этом, все равно не надеясь передать её совершенства. Игорь Грабарь (реставратор, искусствовед, теоретик искусства) писал: «Как и все памятники, Покрова на Нерли непередаваем ни в каких воспроизведениях на бумаге, и только тот, кто ходил в тени окружающих его деревьев, испытывал обаяние всего его неописуемо стройного силуэта и наслаждался силуэтом его деталей, — только тот в состоянии оценить это подлинное чудо русского искусства».
Рзянин М.И.: «По своему ансамблю памятник представляет изумительное сочетание природы и архитектуры. В рамке зелени и воды, сверкая белизной стен, золотом купола, стройный и изящный, стоит этот памятник, как скульптурный монумент, среди луга на высоком берегу широкой в этом месте реки Нерли. Река образует вокруг этого места излучину. Памятник как бы заключен в полукольцо воды. В разлив луг заливается, и церковь стоит живописным островком среди водного простора.»
Но интересно было бы разгадать тайну его неповторимости, гармоничности и светлой устремленности в небеса. Какие архитектурные приемы и нюансы повлияли на изящность, легкость и гармоничность храма. Вот некоторые из них.
Посмотрите внимательно на размеры храма: Ширина по западному фасаду снаружи = 11,13 м Длина по южному и северному фасаду без алтарных выступов снаружи = 11,72 м Высота до центральной арки фасада = 12,85 м Высота до барабана (линия кокошников) = 18,79 Высота до яблока купола (современного) = 24,89
Соотношение высоты и ширины составляет 2:1. Эти наиболее комфортные для человека пропорции создают ощущение невесомости и как бы преодолевают тяжесть камня.
Симметричность самого храма, его вертикальных линий и деталей визуально вытягивают вертикальную ось вверх.
Главные вертикали храма подчинены принципу «золотого сечения».
Количество проемов храма увеличивается кверху, к куполу, и, таким образом, нарастает световой эффект к самой высокой точке внутреннего пространства, где на полусфере изображался Христос. С другой стороны, сгущение проемов кверху создает впечатление облегчения массы памятника, его рост, стройность.
И ещё нюанс: все линии и плоскости архитектурных форм снаружи и внутри отличаются неуловимой неточностью, мягкой кривизной.
В судьбе храма не обошлось и без «руки судьбы». В конце XVIII в. памятник едва не погиб: настоятель Боголюбского монастыря в 1784 г. получил разрешение продать его на слом крестьянам соседнего села. Сделка не состоялась потому, что крестьяне в последний момент отказались от покупки.
Велись догие споры о предполагаемых зодчих. Из версий рассматривались и влияние ломбардской северо-итальянской архитектуры и других западных мастеров. Но, анализируя владимиро-суздальскую архитектуру XII в., Виолле ле Дюк (французский архитектор, искусствовед и историк архитектуры) пишет: «Русское искусство конца XII в. достигло известной степени блеска, в котором оно не уступало ни византийскому, ни западному искусству. <...> Славяне придавали своим религиозным памятникам совершенно особенный стройный вид, причем это изящество было присуще не только общему виду, но и его частям, чем эти памятники отличаются от сооружений чисто византийских, а также от того, что тогда делалось во Франции, Италии и особенно в Германии.»
P.S. Эта рецензия написана в качестве пролога к прекрасной книге Владимира Плугина (не раскрывая ее содержания), в которой с большой любовью в поэтическом стиле рассказано о нашем замечательном памятнике древнерусского искусства.
23 понравилось
