— Зря я убежала из дома…
— Эй, но ведь ты же спасала отца от гибели! Кто же знал, что ты вдруг опозоришь семью… и лишишься друзей. Знаешь, надо смотреть на всё проще. — И Мушу сам чуть не заплакал.
— Может, это я не ради отца? Может, я хотела доказать, что я на многое способна? Чтобы, глядя в зеркало, видеть человека достойного… — и она взяла в руки свой шлем и взглянула в его блестящий металл на своё отражение. — Но я ошиблась! Я не вижу ничего… — она отшвырнула шлем в сторону, а по её щеке скатилась слеза.
Мушу посмотрел на Мулан с глубоким сочувствием и вздохнул. Но ответил он с нарочитой бодростью:
— Его просто надо слегка почистить! Сейчас я его немного протру… — он поплевал на шлем, вытер его тряпкой и протянул Мулан. — Гляди, какая ты хорошенькая! — но та лишь со вздохом отвернулась. Улыбка Мушу увяла и он грустно сказал:
— Я ведь тоже обманщик! Твои предки ничего мне не поручали, я им вообще не нравлюсь. Ты рисковала собой ради других, а я… я думал только о себе. Я гораздо хуже тебя!