Бумажная
369 ₽
Это бета-версия LiveLib. Сейчас доступна часть функций, остальные из основной версии будут добавляться постепенно.

Ваша оценкаЖанры
Ваша оценка
Одна из лучших сказок восточнославянского фольклора, на сегодняшний день известно около 60 вариантов сказки, кроме того несколько литературных стилизаций, среди которых самые известные и удачные принадлежат Василию Андреевичу Жуковскому и Алексею Николаевичу Толстому.
Сказка очень многоплановая, но попробую выделить главную идею - это поиск удачи и борьба за счастье. Удачу символизирует Жар-птица, счастье - Елена Прекрасная. Они-то и становятся главными призами искателя удачи и счастья - Ивана-Царевича.
Но, начнем с начала - Жар-птица ворует яблоки в саду царя-батюшки. А яблоки-то в мировой традиции символизируют некие ресурсы, вспомните хотя бы райские яблочки. Можно предположить, что, если лениться и спать, как старшие братья, то проспишь свою удачу и лишишься имеющихся ресурсов, что не используется - пропадает. А, если бодрствовать, как Иван, то есть шанс подкараулить удачу и воспользоваться ею. Правда, Ваньке не слишком повезло, но перо он все-таки ухватил.
Ну, а дальше начинается поход за удачей. Вот кто такой тут волк с его суперспособностями, стоит задуматься, но мне кажется, это внутренняя сила самого Ивана, его скрытые возможности. Съеденный конь, это доведение себя до крайней точки, когда отступать некуда, а дальше либо отказ от борьбы за удачу и опускание, либо включение "турбо-режима", что, собственно, и произошло с Иваном-Царевичем. Еще волка можно рассматривать как наследие древних тотемических верований. Смысл здесь в том, что раскрыть скрытые возможности помогает апелляция к своему личному или родовому тотемному животному.
Но не все так просто Ивану давалось, боролось в нем стремление к саморазвитию (удаче и счастью) с неорганизованностью и расхлябанностью, которые выражались в разного рода отрицательных качествах, это когда он нарушал запреты волка, соблазняясь то на золотую клетку, то на такую же уздечку, что порождало новые круги испытаний. И только когда он полностью мобилизовал свои ресурсы и не нарушил ни одного сакрального запрета, у него всё получилось.
Но дальше новое испытание - сохранение добытого, ведь, если расслабиться и позволить вернуться праздному отношению к жизни (братья-лентяи), можно всё потерять. Но в сказке всё заканчивается хорошо, Иван проходит через ряд обрядов (мертвая и живая вода), которые очень напоминают языческую инициацию, и получает обратно все свои трофеи и новое социальное качество - цель достигнута.
Я бы эту сказку в качестве дополнения печатал в книгах, посвященных саморазвитию, которые сейчас очень востребованы и, как следствие этого, составляют очень солидный процент фондов книжных магазинов.

А вот напишу сегодня про сказочку. Пока я проходила её с пятиклассниками, то заучила практически наизусть — разбуди меня посреди ночи, и я высыплю на обидчика целый ворох травушек-муравушек и других весёлых повторов речитативом. "Русский народный рэпчик", как сказали мне школьники.
Интересно в "Царевне-лягушке" то, что это не сказка, а настоящий литературный пазл, постмодернисты отдыхают. Даже в школе в разных учебных программах даются разные варианты сказки, а дальше пошло поехало... В одной сказке Василиса Премудрая, в другой Елена Прекрасная, которые так же могут стать Василисой Прекрасной и Еленой Премудрой. В одной сказке бедный Иван-царевич мыкается по болотам три дня и три ночи, прежде чем найти хитрую зверушку со стрелой, в другой животинка сама резво приносит себя на алтарь любви, сжимая в пасти вторичный признак Робин Гуда. В одной сказке есть Баба-Яга, в другой нет. То же с Кощеем Бессмертным, который то вдруг просто злодей, заколдовавший лягуху чисто из любви к пакостям, то вдруг безумный папаша, которому надоели бредни слишком умной дочурки, и он от неё таким образом избавился. Приключения тоже разнятся. И все эти варианты так складываются и переплетаются друг с другом, что исследователи только за голову хватаются. Детальки-то сказки определены, но вот собираются постоянно по-разному. Причина ясна: сказка передавалась из уст в уста, а там уже рассказчики косячили и забывали что-то, путали с другими сказками, улучшали и добавляли своё, пока текст не изменялся до неузнаваемости. А как исследователям определить, сильно ли отличается сказка? Вот, например, два одинаковых текста, но в одном Василиса, а в другом Елена. В остальном всё одинаково. Это одна и та же сказка или нет? А если в одном тексте Василиса с папой-Кощеем, а в другом Елена с отвлечённым злодеем-Кощеем? Этого уже достаточно для разных вариантов?
В общем, чесали-чесали они репу и насчитали-таки 36 основных русских вариантов плюс 15 украинских и 6 белорусских. Всего 57, получается, хотя на самом деле больше, но в остальных версиях разница слишком незначительная. В общем-то, довольно некисло для одной только сказочки, а если заикнуться, что похожие инварианты сюжета есть и за рубежом, то этого вполне достаточно для вороха диссертаций.
А вот дети к такому обилию вариантов относятся со спартанским спокойствием. Ну много и много. Одна сказка — хорошо, а пятьдесят семь — лучше. Сложнее же всего объяснить им на примере "Царевны-лягушки" разницу между сказками про животных и волшебными сказками. Пятиклашки ведь хитрые, тут стандартные объяснения не проканают. Начинаешь им говорить, что в волшебных сказках главное — это волшебство, а они спорят, что оно там и не главное. Ну как же, ведь лягушка говорит благодаря магии, она заколдованная царевна! А почему тогда говорят животные в сказках про животных? Вдруг они тоже заколдованные, просто мы не знаем. Животные же не говорят.
Впрочем, один школьник очень быстро разгадал, почему "Царевна-лягушка" именно волшебная сказка. "Я вжисть не поверю, что какая-то лягуха могла своими лапками или, тем более, ртом стрелу поймать. Это точно магия и волшебство!" — уверенно заявил он. И то хлеб.

В детстве меня сказка "Финист — ясный сокол" очень смущала, так что я всегда её пропускала в сборнике сказок, когда принималась его читать. Смущала из-за имени, не переваривался у меня этот "Финист", может с финишем ассоциировался, может, это моё стоп-слово вообще. Так что читала я его уже применительно к школьному курсу вместе со школятами, которым имя тоже не понравилось.
Вообще, у детей осталось много вопросов применительно к сказке. Почему Финист оборачивался то соколом, то пёрышком? Что это за оборотень такой недоделанный? Как если бы в войне вампиров и оборотней последние вдруг превратились в волчьи хвосты и давай на земле валяться. Конечно, вампир волчьему хвосту мало что сделать может, но всё равно как-то странно.
Почему во всех сказках две старшие дочки ленивые, а все шишки на третью? Что это за несправедливость? Почему вообще родители это терпят? Ладно, с Золушкой всё понятно, у неё мачеха, а не мама, но тут-то батяня родной, как и в "Аленьком цветочке" (кстати, во второй версии сказки про Финиста появляется и аленький цветочек, как портал для суммона соколиного парнишки).
Что Финист и Марьюшка делали целыми ночами и как она потом была целый день бодрячком? Не думайте, дети-пятиклассники ничего такого в виду не имели, не импорченные ещё. Они искренне недоумевали, чем эти двое занимались всю ночь напролёт, если спать надо, а с утра дел по горло.
Понятно, почему стёрся железный посох и железные башмачки, но как порвался железный колпак? Один мелкий выдвинул версию, что он тоже протёрся, потому что Марьюшка постоянно ёрзала под ним, железный ведь, неудобно.
Откуда у Бабы-Яги несколько сестёр Баб-Яг? Почему их всех одинаково зовут?
С какого перепугу какая-то там царица охомутала Финиста узами брака? Во-первых, куда он сам глядел, сокол вяленый? Во-вторых, куда делся царь? В-третьих, к чему эти разбирательства "кто настоящая жена", если, как сказал один из учеников, у кого кольцо на пальце и штамп в паспорте, тот и супружник? Перефразируя на сказку, в церкви-то они венчались с кем-нибудь? Если нет, то к чему вообще все эти замуты с определением жены, Финист, прошу прощения за плохой каламбур, гол как сокол в семейном плане.
В итоге крепко-накрепко мы уяснили только одно: современные дети утратили в процессе культурной эволюции (допускаю, что не все, но в большинстве своём) какое-то внутреннее широкое сказочное допущение. Им всё подавай практично, логично и по полочкам. Наверное, это грустно, потому что прочитай я "Финиста" в детстве, он бы не казался мне насквозь нелогичным, глупым и противоречивым. Было тогда волшебное слово "так задумано", применительное только к сказкам и сказочным повестям. Условность. Ну вот надо три Бабы-Яги, значит, надо. Задуман протёртый железный колпак, значит, будет. А нелогичности уже в реалистичной литературе искать, на то она и реалистичная, чтобы занудам подставляться.
