
Внеклассное чтение
Dracona
- 590 книг

Ваша оценкаЖанры
Ваша оценка
Виталий Валентинович Бианки был знатным натуралистом и умел так занятно рассказать о простом и обычном, так удачно подобрать материал, что практически из ничего рождался рассказ, который будит интерес и заставляет задуматься о природном разнообразии.
Небольшой рассказ "Кто чем по1т?" относится как раз к подобной категории. Правда, название у рассказа не совсем корректное, и проблема в слове "поёт". Всё-таки пение предполагает модуляции голосом, а если какое-то животное производит звуки как-то по иному, то, наверное, к результату такой деятельности подойдет определение не "песня", а "шумелка", как у Винни-Пуха.
Вот, все лесные "певцы-шумельщики" в этом рассказе объединились в единый оркестр, каждый со своим инструментом. Лягушки надувают заушные пузыри и рты раскрывают, вот у них кваканье и получается, аист клювом щёлкает, цапля воду в клюв набирает и выдувает обратно, дятел, этот - известное дело - главный по ударным инструментам в лесном оркестре. Это еще не всё - жук-усач умудряется скрипеть шеей, шмель - жесткими крылышками, саранча - задними лапками. Но всех перещеголял бекас - этот хвостом "петь" научился - виртуоз! Хотя чему тут удивляться, на нашей эстраде тоже полно безголосых певцов и певиц, которые могли бы только позавидовать лягушкам, дятлам и бекасам.
Почитаешь рассказы Бианки и задумаешься, и о том как разнообразна в своих проявлениях природа, и о том, как многого мы не знаем, как многого просто не замечаем, как многому не уделяем внимания. А с другой стороны, вроде всё о чем написал автор интересно, но по нынешней "мегаполисной" жизни рассказы Бианки, скорее, играют роль этакой забавной, но бесполезной информации. Почти для всех, кроме тех, кто по-настоящему интересуется природой, неважно ребенок он или взрослый.

Это рассказ. А если книга, то только детская, с большими картинками. Ну или в составе сборника. Я прочитал ее в рамках книг писателей-натуралистов. И основной задачкой для читателя является понять название.
Итак, в мире есть множество искусных строителей, которые строят дома без топора, без гвоздей, без перфоратора или шуруповерта. Боже, да даже без рук. Речь идет конечно же о фауне. Птицы строят гнезда, используя только клювик и свою слюну, тоненькие ножки. Они несут глину, палки, веточки, соломинки. И строят отличные теплые домики для своих птенчиков. И в этих домиках все благоустроено для деток. Тут и чисто, и тепло, безветренно и уютно. Вот как они могут! А вы все жалуетесь, что на что-то там не способны. Учитесь.

Серия «Странички-невелички» от издательства «Речь» преподнесла мне приятный сюрприз. Я купил несколько книжечек ради рисунков Генриха Валька, а заодно и другие, на которых остановился взгляд.
И вот вечером, читая их дочке перед сном, я понял, что вот эта «Первая охота» у меня была. И у жены была. Я помню вот эту выпь в камышах, вот этого удода и вот эту вертишейку. И жена помнит. Оригинал у меня не сохранился, поэтому я ее и подзабыл. Но мозг рисунки Евгения Чарушина помнит!
Иллюстрация Евгения Чарушина
Издательство «Детская литература» выпускало эти книжки умопомрачительным тиражом в 2-3 миллиона экземпляров (и даже 3,5 миллиона). Банально, но поэтому у детей было общее детство, они читали одинаковые, но при этом разнообразные книги.
Вариант же «Речи», чуть увеличенный в формате, пусть и прекрасен отреставрированными и цветооткорректированными иллюстрациями, вышел всего в 7000 экземпляров. Детей в РФ, конечно, меньше, чем в СССР, население же в два раза меньше, да и проблемы 90-х с демографией дают о себе знать. Но разница тиража в 300 раз несколько обескураживает.
Иллюстрация Евгения Чарушина
Как ни крути, детство у нынешних малышей если и будет общим, то не в книгах и не в воспоминаниях о них.

Вдруг из-под снега — зверь! Выпрыгнул и сел. Сам весь белый, уши с черными точками держит торчком. Сидит столбиком, глаза на Зиньку выпучил.
У Зиньки от страха и крылышки отнялись.
— Ты кто? — пискнула.
— Я беляк. Заяц я. А ты кто?
— Ах, заяц! — обрадовалась Зинька. — Тогда я тебя не боюсь. Я синичка.
Она хоть раньше зайцев в глаза не видала, но слышала, что они птиц не едят и сами всех боятся.

Глядь, - козодой-полуночник на земле между кочек сидит. Я к нему:
- Козодой, козодой, трудно тебе гнезда вить без рук, без топоренка?
- А я и не вью гнезда! - говорит козодой. - Глянь, где яйца высиживаю.
Вспорхнул козодой, - а под ним ямка между кочек. А в ямке два красивых мраморных яичка лежат. Ну, думаю про себя, этому ни рук, ни топоренка не надо. Сумел и без них устроиться.

— Ночуй, если тебе моя хата нравится, — говорит Витютень.
А какая у Витютня хата? Один пол, да и тот, как решето, — весь в дырьях. Просто прутики на ветви накиданы как попало. На прутиках белые голубиные яйца лежат. Снизу их видно: просвечивают сквозь дырявый пол. Удивилась Береговушка.
— У вашего дома, — говорит она Витютню, — один пол, даже стен нет. Как же в нём спать?
— Что же, — говорит Витютень, — если тебе нужен дом со стенами, лети, разыщи Иволгу. У неё тебе понравится.
И Витютень сказал Береговушке, как найти иволгин дом, — в роще, на самой красивой берёзе.














Другие издания


