Железная кость

Один — царь и бог металлургического города, способного 23 раза опоясать стальным прокатом Землю по экватору. Другой — потомственный рабочий, живущий в подножии огненной домны высотой со статую Свободы. Один решает участи ста тысяч сталеваров, другой обреченно бунтует против железной предопределенности судьбы. Хозяин и раб. Первая строчка в русском «Форбс» и «серый ватник на обочине». Кто мог знать, что они завтра будут дышать одним воздухом? «Замечательное название точки отсчета всех событий ...

Жанры

Рейтинг LiveLib

3,4

27 оценок

5
30%
4
22%
3
33%
2
11%
1
4%

Ваша оценка

Прочитали 34Хотят прочитать 82

Рецензии

WissehSubtilize31 октября 2022 г.
Необычная книга для нашего времени. В ней удачно сочетаются и большой роман, и производственный, и семейная сага... Вообще автор пытается осветить под одной обложкой много, порой заметно отличающихся друг от друга, тем. И ему это удается. На первый взгляд может показаться, что в книге описано то, о чем и не стоило бы говорить. Но в каждой строчке чувствуется, что автор не равнодушен к происходившему со страной в период перестройки. Он начинает рассказ от зарождения металлургического комбината, о людях, строивших такой гигант, о том, чем он для них был. И тут много описано о рабочей совести, о настоящем мужском труде. Очень понравилось мужское отношение к сыну, к тому как отцы, простые рабочие приводили в цех сыновей и учили радости труда. Описано замечательно.
В романе нет положительных и отрицательных героев. Они просто живые. В каждом, и в Валерке Чугуеве, и в Угланове намешано всего. И нельзя дать какую-то одну характеристику. Да, Угланов урвал заводик. Но он его и возродил. Кроме того, нельзя забывать о том, как он искал своих предков. И нашел. Понятно, что вымысел. Но, следуя роману, дед возвел, внук возродил... И не простым нахлебником пришел. Образованным, грамотным инженером, всю жизнь мечтавшим лить сталь.
Валерка со своими руками-кувалдами тоже мог бы всю жизнь работать, любить жену. Но нет. Бесконечная жажда помахать кулаками до добра не доводит. И не все так просто у него на зоне. Сколько метаний, попыток честно выйти на волю и сколько ментовского произвола. Там тоже есть охотники погреть руки. Ну и кто может бросить камушек?
Книга читается нелегко. Необычен слог. Мы привыкли к простым, односложным предложениям. А тут такие многословные описания, что диву даешься. И все равно эту могу посоветовать читать. Она о нас. Как страна разваливалась, как переживала 90-е, как восстанавливалась и, конечно, о людях, работягах
Читать далее
49
560
majj-s7 октября 2022 г.
Магнитная аномалия
Что ж за твари такие-то мы, из чего же нас сделали? Кто такими нас сделал?
"Железная кость" история олигарха, которая начинается в середине девяностых с рейдерского захвата металлургического комбината и проводит читателя через начало нулевых, ознаменовавшихся постановкой финансовой элиты перед выбором: делиться или перестать быть. Бывший детдомовец, ныне миллиардер Угланов со своей правдой на одном полюсе повествования, его протагонист "босяк", рабочий металлургического завода Чугуев - на другом.
Я прочитала четыре романа Сергея Самсонова, ровно половину из того. что он написал, и не могу назвать себя специалистом по его творчеству в целом, но определенное впечатление об особенностях прозы сложилось. Попробую сформулировать рассказ о частном случае конкретной книги через общее читательское впечатление о творчестве писателя.
1. Ницшеанство на отечественном материале. Он не пишет об обычных людях, тема маленького человека, столь значимая для русской литературы, за пределом интереса Самсонова. Его герой сверхчеловек, наделенный талантом спортсмена, музыканта, военного летчика аса, полководца или управленца, но обязательно в крайнем, высочайшем уровне проявления.
2. Противостояние. Носителей суперсилы, двое, они могут быть военными противниками (Зворыгин-фон Борх "Соколиный рубеж", Леднев-Халзанов "Высокая кровь"), принадлежать к разным поколенческим стратам (восьмидесятник Камлаев- шестидесятник Урусов "Аномалия Камлаева") или противоположным социальным слоям, как Угланов и Чугуев в"Железной кости". но это конфликт равных по уровню таланта, силы.
3. Язык, стилистическая изощренность которого восхищает одних и приводит в ярость других читателей. Невероятное богатство, органически сочетающее современный разговорный, архаизмы, профессиональные жаргонизмы, диалектизмы, сленг, канцеляризмы, высокий штиль. Писатель соединяет эти несоединимые вещи, которые становятся под его пером пластичным материалом, с равным мастерством выдувая из них хрупкие стеклянные фигурки и выплавляя чугунные отливки.
Особая ритмическая организация, поэтика, напевность стиха в прозе приводят на память Гоголя, Грина, Булгакова. Но одновременно с этим, самсоновская проза избыточно многословна он будто отрицает, что краткость - сестра таланта. Монологи героев чудовищно затянуты, тем же грешат и диалоги, где реплика растягивается на страницу и больше. Это утяжеляет как роман, так и процесс чтения, до физического отторжения.
4. Сюжет. Самсонов мастер фабулы, драматургия мощная, страсти просто античные и конфликты серьезнее некуда Судите сами, в пределах одного этого романа: задавленный беспросветной жизнью рабочий - миллиардер; президент - олигарх; созидатель - временщики; зеки - тюремное начальство; мужики - уголовники на зоне.
Однако тут, как в случае с языком, лучшее - враг хорошего. Избыточность конфликтных линеек давит непомерным весом, превращает чтение в непрерывное выкарабкивание из-под глыб и напластований дополнительных смыслов, расшатывает сюжетный стержень. Чрезмерная многофигурность тоже не на пользу роману.
5. Маскулинность. Эта проза совершенно точно не пройдет теста Бекдел. Самсоновский мир отчетливо, я бы даже сказала подчеркнуто мужской. Создавая интересные и яркие женские образы, автор обрекает их на роль жертв, обреченных безропотно принимать через любимых мужчин страдания. Нина в "Аномалии Камлаева", Дарья, Ася, Зоя в "Высокой крови" , Натаха, Алла, Станислава "Железной кости".
Это не выглядит иронией над наступлением мирового феминизма и потешным бунтом против него, как у Пелевина или Сорокина, кажется во вселенной Самсонова не существует самого понятия женщины как субъекта. Как бы ни была она хороша, умна, профессионально востребована, ее роль объектна и сводится к тому, чтобы ждать, плакать, терпеть, умирать. Дремучая патриархальность выводит эту прозу за пределы трендовой литературы.
6. Структурно нехорошо, линейность в пределах одного акта начисто игнорируется. В порядке вещей эпизод, в котором сначала рассказывается о том, что из этого вышло, а после, фрагментарно, серией реминисценций, путано и с тяжелым достоевским психологизмом, излагается суть происходящего. Сильно во вред повествовательной связности и логике.
7. Антураж и декорации. Самсонов хорош с насыщением романного пространства предметами и фоновой плотностью, создающей впечатление присутствия: в металлопрокатном цеху, в лондонском доме нувориша, на руднике. Он не мастер детали. но мастер сеттинга.
Резюмируя: "Железная кость" сильная книга об эпохе. об особенностях национального менталитета, о том, как дошли мы до жизни такой. Но читать ее не будут, потому что это требует большого труда. Радует, что писательский талант Самсонова развивается и крепнет, прошлогодняя "Высокая кровь" великий роман.
Читать далее
44
490
-romashka-30 октября 2022 г.
Кому на Руси?
Жить, любить, умирать, страдать…
Наверно, наша национальная проблема кроется в таких дебрях истории, что уж не откопать и не отрыть ни одному историку и археологу. А проблема наша в рабском, узком зашибленном уме. В невозможности поднять голову гордо и посмотреть в глаза – мучителю, рабовладельцу, хозяину. Оттого каждый сколь угодно мелкий человек на своём крошечном месте (или большом) мнит себя кем-то, воображает, что может, что есть силёнки, властюшка хоть бы над ещё более жалким и мелким.
⠀
И вот сидим и боимся за свои жалкие ничтожные жизни, боимся сказать слово поперёк тому, который на полступеньки повыше вскарабкался, но злобой кипим на несправедливость: «За что жизнь так со мной обошлась?» Не жизнь, тупица, сам ты, сам себя в эти цепи сажаешь, год за годом, день за днём потакая произволу вышестоящих. Но злоба никуда не девается, жжёт изнутри, не даёт спокойно спать, детей обнимать не даёт, полыхая в глазах и каменея в неприветливых родительских руках. И идёт человек вымещать своё непрожитое, вытерпленное и жгучее на слабых – собственных детях, подчинённых на работе, прохожем… Орём друг на друга, ненавидим лютой ненавистью каждого, кто посмотрел косо или просто от твоей ничтожной властюшки зависит.
⠀
Всех ненавидим.
⠀
И себя в первую голову. Не так сказал, надо было по-другому, надо было вот так сделать, эх, я бы показал, судьба не дала шанс… Гложат, гложат мысли паскудные по кругу, разъедая без того слабую довольно душонку…
⠀
За прочтением книги несколько раз принималась лить слёзы от безысходности, казалось бы, в которую загоняет главных героев жизнь, необдуманные поступки, безрассудство, скудоумие. Слишком уж горячо отзывается написанное. А что я могу сделать? Что уж там для страны, для своей единичной не особо приметной жизни? Ничего… Поэтому отрекаются от себя, от своих мечтаний, от своих амбиций ради призрачного – ну, может, удастся тихо прожить, а может даже, и вкусно кушать, повидать людей, попутешествовать, если поусердней пахать, или поизвилистей обманывать, или побольше загребать… И вот каждый под себя гребет и в своём собственном соку варится, не понимая, что каждый такой, надо только вслух сказать, понять, что можно поменять, можно добиться, малыми шажками идя к цели.
⠀
Рождаются, конечно, порой такие Углановы. Не мессия, не ангел, хапуга, барыга, делец, ибо честный труд не в почете. Кто успел, тот и съел, если не я, так другой, так почему бы и не я. Но Углановы болеют за дело, хотят сквозь эту мишуру денежную пользу приносить, чтоб мозги свои не задарма продавать, а чувствовать другого рода власть – власть давай, а не забирать.
⠀
Книга очень тяжелая, как по смыслу, так и в языке. Кажется, прилагательных и различного рода оборотов в ней больше, чем смысловых частей. Продираясь сквозь метафоры и витиеватости как могла до последнего. Полагаю, автор вкладывал в название книги несгибаемость простого работяги, женщины, которая ждёт и по-своему верна из любой напасти, всепрощающих детей, для которых родительские проколы зачастую теряют всю остроту, когда перед маленьким человеком встаёт выбор – любить вот такого, зверючего, или потерять о остаться одному в зубастом мире. А для меня железная кость – это вековая непробиваемая терпеливость и подчинение. Может, пора что-то менять?
Читать далее
34
367