Марк Шагал

Рассказывая историю жизни Марка Шагала, известный американский писатель Джонатан Уилсон смело и оригинально толкует самые знаменитые картины гениального художника, используя новейшие исследования биографов, в том числе переписку Шагала в переводе Б. Харшава. В книге рассказывается не только о взаимоотношениях с замечательными людьми и об их участии в судьбе художника, но и о том, как внешние события преломлялись в творчестве Шагала. Автор рисует очень сложный, противоречивый, но чрезвычайно инте...

Жанры

Рейтинг LiveLib

4,1

21 оценка

5
33%
4
48%
3
19%
2
0%
1
0%

Ваша оценка

Прочитали 22Хотят прочитать 29

Рецензии

rvanaya_tucha24 мая 2017 г.
Серия «Чейсовская коллекция», в рамках которой выпущена эта книга, является совместным проектом издательств Текст и Книжники и посвящена современной литературе по еврейской истории, культуре, искусству и философии, поэтому ожидаемо, что сюжет биографии Шагала будет носить, скажем, национальный характер. Иногда действительно кажется, что в сухом остатке здесь сводная хронологическая таблица с примечаниями «считал себя евреем» / «все считали его евреем» / «вёл себя как нееврей» и т.п. — хотя смысловая наполненность книги к этому, конечно, не сводится. Однако это стоит учесть: если в вас не горит интерес к многогранному семитскому вопросу, текст Уилсона вначале может оказаться к вам немного чёрств — хотя потом вся жизнь художника, какой она была, конечно, берёт верх.
Несмотря на то, что иногда для понимания мысли автора были бы очевидно нелишними дополнительные знания, скажем, вообще о евреях, в том и достоинство уилсонского текста, что без любой специальной подготовки в нём видишь Шагала, человека и художника. Автор блестяще балансирует между объективностью фактологичеcкой канвы и субъективностью собственного интереса к герою, лишь изредка позволяя себе, например, открыто Шагала защищать:

Хьюз верно подметил, однако нельзя не восхищаться плодовитость и энергией творческого духа художника. И еще посмотрим, что создаст сам Роберт Хьюз, когда доживет до девяноста.
Приятно мало отдано отношениям с женщинами и влюблённостям Шагала: за кулисами оставлено всё, что остается за кулисами у каждого человека, и лишь те сюжеты частной жизни с осторожностью затрагивает Уилсон, которые, по его мнению, неразрывно связаны с мотивами и сюжетами творчества — о которых читателям рассказано великолепно.
Оставаясь ничем не более биографии одного героя, это книга даёт широкому кругу читателей представление и о какой-то большей истории; предлагает мысли, к которым возвращаешься потом без всякой связи с Шагалом (навскидку: образ Христа в светской живописи, его значение в искусства двадцатого века в целом; роль Великобритании в ранней истории государства Израиль; клише представлений о советском режиме в иностранном гуманитарном дискурсе), не говоря уже о ненавязчивом чувстве включенности в двадцатый век (которое в последнее время всё сложнее поймать, лавируя между тиражами одинаковых старых фактов в новых колодах).

Когда же Шагал был самим собой? Порой кажется, что он был изменчив как хамелеон: так ревностно отстаивал свою творческую независимость и вместе с тем так старался понравится, угодить. Вся его жизнь и все его творения говорят о том, что для русских он хотел быть своим, русским, для евреев – евреем, для французов – французом, и в то же время Шагал не был готов навсегда остаться в какой-то единой роли, особенно когда казалось, что ему ее навязывают.
Удивительно то, что из всей массы описанных дел и слов умудряется сложиться один человек, действительно целый образ – это впечатляет. Оказываясь постоянно противоречивой в частностях (вот того не могло быть, потому что он же рожденный в семье витебского селёдочника еврей, но не могло и не быть, потому что он же художник и поэт), в руках Уилсона биография Шагала не становится набором поступков и случаев, людей и декретов. Перед нами живой, настоящий некто, то есть единый в своих противоречиях, и этого, на самом деле, колоссально трудно достичь. Более того – достичь без сентиментальности и без грубости, и без нарочитости. Будучи одновременно ведомым за уже сложившейся судьбой героя – и ведущим по её тропам своего читателя.

_________________________________________________________________
Рецензия опубликована в журнале «Звезда»
Читать далее
9
195
YanaKovaleva45010 марта 2023 г.
Биография про парящего Шагала
Биографическая книга про великого художника «Марк Шагал»,
Джонатан Уилсон.

Марк Захарович Шагал родился в Витебской губернии в 1887 году. Он прожил удивительную яркую и насыщенную событиями, людьми и творчеством жизнь и умер в 1985 году во Франции.

Автор книги через картины Шагала рассказывает о его судьбе. Книга скорее раздразнила мой аппетит, и мне захотелось найти еще больше информации про этого без сомнения гениального художника.

“Творчество Шагала — это мощная попытка «исправить» мир и одновременно о многом умолчать.”

“Парящий человек на моих картинах… это я, — сказал Шагал в одном из интервью 1950 года. — Раньше это был отчасти я. Теперь — только я. Я ни к чему не привязан. У меня нет на земле своего места… Просто я вынужден где-то жить».”

Excerpt From
Марк Шагал
Джонатан Уилсон

Читать далее
6
44
NatiAstrovski6 октября 2016 г.
ох уж эти творческие личности! :-)
Не знаю, что писать. Биография Шагала. Интересно. Многое шокирует (ох, эти творческие личности!). В начале карьеры был любовником богатому еврею, потом одумался, женился и 30 лет счастливо прожил в браке. Жена умерла. Казалось бы, жизнь кончена. Ан нет! Женился, и еще 30 лет счастливого брака. Ну это вы все и без меня знаете..
.
А оказывается, что его витражи синагоги в Хадассе - это безвкусица. Не видела и желания не было, а теперь обязательно с"езжу посмотрю.
.
Насчет его летающих фигур.. Тот редкий случай, когда и правда для понимая творчества нужно иметь знания. Мне-то казалось, дурь все это, ан нет! На идише коммивояжер "идет над городом", поэтому люди у него и парили. Многие в местечках без канализации любили подниматься на крышу, дед Шагала имел обыкновение там морковку покушать. Плюс библейские традиции жить на крыше летом, в доме-то в 40 градусов, концы отдашь. Авессалом почему к наложницам своего отца Давида на крыше вошел - не только потому, чтобы народ убедился в окончательном разрыве между ними и встал на сторону бунтаря, главное , что жарко было, в доме он бы вообще ни к кому бы не вошел.
.
В общем как-то так. Отличный стиль автора, прекрасный перевод, великолепная книга. Не знаю о чем еще писать.
Читать далее
4
104

Все рецензии

Цитаты

Dama_s_gornostayem5 июня 2024 г.
крутые повороты истории, ностальгия по духовно богатому, но обреченному местечковому прошлому и стремление идти в ногу со временем, а может, даже и опережать его.
1
38
Dama_s_gornostayem5 июня 2024 г.
Шагал не хотел, чтобы его называли еврейским художником
1
27
Dama_s_gornostayem5 июня 2024 г.
«Новые» работы, такие, как панно для Еврейского камерного театра, выполненные Шагалом в 1920 году, вызвали интерес и к «старым».
1
13