«Каждая фраза, каждая строчка дышат правдой и благородством»
С изданием 1911 г., сведения о котором представлены на данном сайте, я не знаком. Читал перепечатку:
[Саблуков Н.А.] Записки генерала Н.А. Саблукова о временах императора Павла I и о кончине этого государя. — М.: Фонд «Преображение», 2002. — 120 с., ил. — Тираж 5000 экз.
Была ещё перепечатка в сборнике: Трагедия русского Гамлета. — М.: Вече, 2011. И, наконец, легко найти этот текст в Сети.
Николай Александрович Саблуков (1776—1848). Гравюра с портрета, принадлежавшего Великому Князю Николаю Михайловичу.
«Записки» Н.А. Саблукова занимают менее 100 страниц печатного текста, но эти страницы бесценны: их неизменно цитируют все авторы, писавшие о правлении Павла и его гибели. К сожалению, Николай Александрович решился поведать миру уникальные сведения о событиях 1796-1801 гг., сохранённые его памятью, только в 1840 г. (причём написал совсем немного, а потом был перерыв в работе аж до 1847 г.).
Свой побудительный мотив Саблуков раскрывает так:
Я сам был очевидцем главнейших событий, происходивших в царствование императора Павла I. Во всё это время я состоял при дворе этого государя и имел полную возможность узнать всё, что там происходит, не говоря уже о том, что я лично был знаком с самим Императором и со всеми членами императорского дома, равно как и со всеми влиятельными личностями того времени. Всё это, вместе взятое, и побудило меня записать всё то, что я помню о событиях этой знаменательной эпохи в надежде, что таким образом, быть может, прольётся новой свет на характер Павла I, человека, во всяком случае, незаурядного.
Шубин Федот Иванович (1740—1805) Портрет Павла I (бронза). 1800 г. ГТГ.
Саблуков, женатый на англичанке, жил «на два дома» (или, лучше сказать, «на две страны»): то в Лондоне, то в Петербурге. На прижизненную публикацию в России он рассчитывать не мог в силу крайней откровенности своего рассказа (текст, который вышел из-под его пера, в России даже и хранить-то было небезопасно). Зато в Англии что угодно можно было напечатать, вплоть до «Манифеста коммунистической партии» (это было проделано, заметьте, в год смерти Саблукова: бывают странные сближения). Но такому человеку, как Саблуков, печатать «Записки» в Англии не следовало: это вызвало бы крайнее неудовольствие царствующего монарха, Николая Павловича, а вдобавок и осуждение общественного мнения («сор из избы не выносят»). Не удивительно, что рукопись не выходила из круга семьи — как при жизни автора, так и первые 17 лет после его смерти.
В 1865 году в лондонском журнале «Fraser's Magazine for town and country», vol. LXXII, появилась публикация (p. 222—241, 302—327): «Reminiscences of the Court and times of the EmperorPaul I of Russia up to the period of his death. From the papers of a deceased Russian General Officer». Я не владею английским языком, но всё-таки нашёл в Сети этот журнал и бегло просмотрел текст. Этого оказалось достаточно, чтобы обнаружить целую серию маркеров перевода с русского на английский (с. 317—318). Например:
... your Honor (Vashe vidokoblagorodie)
Такие вставки в скобках профессиональные переводчики делают и по сей день, когда попадается место, не поддающееся буквальному переводу. В России принято считать,что Саблуков писал сразу по-английски; как видим, это по меньшей мере спорно. А местонахождение рукописи в настоящее время неизвестно.
В 1869 г. в журнале «Русский Архив» был напечатан сокращённый перевод указанной публикации. Добрая половина «Записок» осталась неизвестной для русской публики; особенно пострадала последняя треть, посвященная описанию заговора и цареубийству.
Полный перевод был издан только в 1902 г., причём за границей (в Дрездене). Потом были только перепечатки: 1911, 2002, 2011 гг. (а может, и ещё какие-то, мне неизвестные). Переводчик произвольно разделил текст на три главы («по содержанию»). Существует и авторское деление, но оно иное — по времени написания разделов (см. англоязычную публикацию).
Личность автора обрисована в предисловии переводчика прямо восторженно:
Саблуков был джентльмен в полном смысле этого слова: это был рыцарь без страха и упрёка, спокойно смотревший в глаза такому Государю, как Павел I, сумевший сдерживать порывы такой взбалмошной натуры, как Константин; вызывавший невольное удивление робкого и запуганного отцовскими строгостями Александра. Вот почему «Записки Саблукова», в которых каждая фраза, каждая строчка дышат правдой и благородством, должны иметь особое значение в глазах историка: в этих качествах автора он увидит несомненное доказательство как правдивости передаваемых им фактов, так и вполне беспристрастной оценки личности Императора Павла.
Я с этой характеристикой полностью согласен (и считаю её объективным подтверждением тот факт, что Саблуков не был вовлечён в заговор против Павла).
Сила памяти Саблукова поражает воображение: приводя диалоги, он в состоянии припомнить,что было сказано по-французски, что по-русски. Не думаю, что это литературный приём: ранее наш мемуарист ничего, кроме писем, не писал, т.е. литературного опыта не имел. Зато он чрезвычайно наблюдателен: описания его точны и красочны, характеристики выразительны. Вот, например, портрет Аракчеева:
По наружности Аракчеев походил на большую обезьяну в мундире. Он был высокого роста, худощав и мускулист, с виду сутуловат, с длинной тонкой шеей, на которой можно было бы изучать анатомию жил, мускулов и тому подобное. В довершение всего, он как-то особенно сморщивал подбородок, двигая им как бы в судорогах. Уши у него были большие, мясистые; толстая безобразная голова, всегда несколько склоненная на бок. Цвет лица был у него земляной, щёки впалые, нос широкий и угловатый, ноздри вздутые, большой рот и нависший лоб. Чтобы закончить его портрет, скажу, что глаза были у него впалые, серые и вся физиономия его представляла странную смесь ума и злости.
Сравните это описание с парадным портретом:
И.-Б.Лампи Старший. Конец XVIII в. Гатчина.
При этом Саблуков не отрицает полезности Аракчеева:
Надо сказать правду, что он был искренно предан Павлу, чрезвычайно усерден к службе и заботился о личной безопасности Императора. У него был большой организаторский талант и во всякое дело он вносил строгий метод и порядок, которые он старался поддерживать строгостью, доходившею до тиранства. Таков был Аракчеев. При вступлении на престол императора Павла он был произведен в генерал-майоры, сделан шефом Преображенского полка и назначен петербургским комендантом. Так как он прежде служил в артиллерии, то он сохранил большое влияние на этот род оружия и, наконец, был назначен начальником всей артиллерии, в каковой должности оказал большие услуги государству.
И ниже:
Он был, действительно, беспристрастен в исполнении суда и крайне бережлив на казённые деньги.
Но от нравственных качеств этого полезного человека Саблуков не в восторге:
Замечательно, что люди жестокие и мстительные обыкновенно трусы и боятся смерти. Аракчеев не был исключением из этого правила: он окружил себя стражею, редко спал две ночи кряду в одной и той же кровати, обед его готовился в особой кухне доверенною кухаркою (она же была его любовницею), и когда он обедал дома, его доктор должен было пробовать всякое кушанье, и то же делалось за завтраком и ужином.
Портрет Павла I ещё более выразителен, но он складывается из множества эпизодов; пересказывать их нет смысла. Саблуков наблюдал за императором в самых разных ситуациях, видел и его семейную жизнь, которая вовсе не была сплошной идиллией (как можно подумать, разглядывая известный групповой портрет).
Герард фон Кюгельген. Портрет Павла I с женой и детьми. 1800 г.
Слева направо: Александр, Константин, Николай, императрица Мария Фёдоровна, Екатерина, Мария, Анна, император Павел, Михаил, Александра, Елена.
Трагические события, разыгравшиеся 11 и 12 марта 1801 г., Саблуков описал с беспрецедентной полнотой и точностью; он даже приводит планы трёх комнат в Михайловском замке, включая ту, где произошло цареубийство. И в его рассказе очень легко отделить то, чему он сам был свидетелем, от того, что лишь восстановил в своём воображении по рассказам участников.
Михайловский замок зимой, современный вид. В марте 1801 г. зима была ещё во всей силе.
Рекомендовать «Записки» Саблукова можно всем, за исключением малолетних детей (сцена убийства императора, конечно, не для них). В литературном отношении русскоязычная версия очень хороша, но моё беглое знакомство с англоязычным текстом показало, что перевод не такой уж и полный: я обнаружил отсутствие трёх абзацев, и не исключено, что дефектов больше. Поэтому владеющим английским языком рекомендую читать не перевод, а английский текст 1865 г., который в связи с отсутствием рукописи приобрёл значение первоисточника.
27 понравилось
