Лихачев
Paga_Nel
- 20 книг
Это бета-версия LiveLib. Сейчас доступна часть функций, остальные из основной версии будут добавляться постепенно.

Ваша оценка
Ваша оценка
Данный научный труд гораздо более может вам рассказать о времени, в которое написан, чем о том, о котором повествует.
Принцип историзма у автора явно вышел погулять. Уже само название книги, а дальше и содержание, стремится всячески уничтожить дальность и чуждость времен, пытаясь навязать совершенно другим эпохам свои понятия и смыслы.
Если вкратце, автор явно поставил себе доказать, что на самой заре своей истории, а затем на всем её протяжении, русский народ имел сильное стремление к государственной и национальной независимости, обладал горячим патриотизмом, и в тоже время был интернационалистом, а в его прошлом всегда имелись сильные демократические тенденции (князья хороши, когда прислушиваются к народным мнениям - у них тогда и все получается, а когда нет - наоборот). Вообщем, настоящий Советский Союз образца 1945 г.
Но от такого навязывания рождается много перлов. Единство, политическая и национальная самостоятельность были присущи русскому народу ещё в самые стародавние времена , в дни восточнославянских славиний (когда единым этносом ещё и не пахло), и уже тогда они были объединены единым русским языком (!). Злые греки (в книге буквально есть выражение "вражеская рука грека") часто пытались навязать Руси свою волю, но та всегда действовала по собственному почину: и летописание мы, православные христиане, завели сами, без влияния греков (которые как бы нас вообще-то крестили, ага), и известная теория "Москва - Третий Рим" русским правителям и людям в целом была совершенно чужда, это греки со своей "богоизбранностью" (верою в эту идею) пытались её протолкнуть, но русскому интернационалисту это было противно (а то ещё с "избранностью" немцев сравнят); нет, русские цари свое право на царство основывали не ней, не на женитьбе на Софье Палеолог, а на легенде о шапке Мономаха. Как бы тоже, выражение самостоятельности. Правда, Лихачев почему-то не желает ничего сказать о подложности её истории и явной фальсификации её легенды. Иногда, стремление показать равенство, способность творить историю русским народом доходит до смешного, карикатурного. Где-то в начале последней главы Лихачев сообщает, что не только европейцы ездили в Азию (Васко де Гамма), но и русские (Афанасий Никитин). В его описании эти события исторически равнозначны.
Его филосовско-идеалогический подход можно свести к следующему: все в истории происходит закономерно, а потому все происшедшее в конечном итоге хорошо. Из-за этого, к куче событий пишется позитивная интерпретация задним числом. Например, так оправдываются все действия Москвы (она же вышла историческим победителем в конце концов), включая и все её поступки в отношении Новгорода. Про этого тоже присутствуют свои перлы. Так, присоединение Новгородской республики "не сопровождалось разрушением культурных ценностей" (а вечевой строй, существовавший веками, не своеобразная культурная ценность?), а ещё "москвичи не считали себя завоевателями" (а кто считает?).
Для кого в итоге может быть полезна эта книга? Точно для тех, кому вдруг понадобилась узкая историография вопроса. В книге также есть обзор развития культуры Руси IX-XVI вв., что для того, кто не особо знаком с этой темой, может быть интересно (но нужно учитывать, что все смешенно с специфическими интерпретациями того времени). Кроме того, то тут, то там, присутствуют занимательные факты по отдельным вопросам, которые и в правду помогают более широко осмыслить ту далёкую эпоху. Но их немного.


