Российская Империя (1721-1917)
OlgaZadvornova
- 67 книг

Ваша оценка
Ваша оценка
В своей "Автобиографической повести" Грин рассказывает нам увиденное им на рубеже веков, 19 и 20. В основном в повести он вспоминает детские и юношеские годы. Годы странствий и трудных путешествий по стране. Однако его путешествия сводились к зарабатыванию ничтожных средств на еду и жилье. Работы были трудными, и не всегда ему по силам. Рано он лишился матери, не знал нормального детства. За свою жизнь испытал много горя. Работал моряком,рыбаком,грузчиком,валил лес и еще много профессий ему пришлось освоить.
В 16 лет он отправляется в своё первое путешествие , в Одессу. Потом будет Баку, Урал и много других городов и регионов.Грин описывает все события очень и очень подробно. Язык написания легок и читается превосходно. Рада была познакомиться с трудной, но наполненной жизнью Александра Гриневича.

В автобиографической повести Александр Грин рассказывает о своём детстве и юности, о родной Вятке, покинутой им в 16 лет в поисках своей дороги счастья, о юношеских мечтаниях поменять обывательскую жизнь на жизнь, полную романтики и необыкновенных приключений. Дорога эта позвала его в Одессу, поступать на морскую службу, затем пройти «босяцкие университеты» в Баку, претерпевать скитания по лесам и золотоискательским посёлкам Урала, и – как окончание юношеских иллюзий - привела к аресту за революционную деятельность в Севастополе.
Голод, холод, лишения, поиски подённой работы, изнурение ради выживания, скитания, болезни и тюремная несвобода – тяжёлые испытания, пройденные будущим писателем в юности, из суровой правды которых выкристаллизовалась поэтическая реалистическая проза. Тягостные испытания не измельчили и не приземлили его душу. В этих юношеских впечатлениях угадывается страстная натура, чувствительная душа, верящая в идеалы добра и гуманизма. В описанных эпизодах автобиографической повести угадывается и юный матрос Санди из «Золотой цепи», и юный рыцарь Давенант из «Дороги никуда» и другие образы его повестей и рассказов.
Страстная жажда свободы воплотилась в яростной подготовке побега Давенанта, которую вели его друзья.
Из скитаний по уральским золотоискательским приискам в мечтаниях о находке золотой жилы выросли голубая речка с блёстками в прозрачной воде в «Колонии Ланфиер» и сокровища, найденные в Африке Гентом в «Вокруг Центральных озёр».
Огни Ялты, увиденные горящим взором юного Александра, преобразились в праздничный сверкающий карнавал в Гель-Гью.
Стойкость и бесстрашие в принятии своей судьбы Гарвея из «Бегущей по волнам» выросли из босяцких скитаний по Баку и Уралу.
Необыкновенный талант Александра Грина видеть и запечатлевать красоту в обыденном, иррациональное в реальном, помог подняться выше над отчаянием и безобразием этого мира, «рассматривать землю, как чашечку цветка».

Не знаю уж, сколько в этой повести правды, сколько вымысла, но читалось довольно легко, хотя временами всё-таки скучно. В то же время, стоило представить, что это не выдумка, а происходило на самом деле и с кем, то становилось не по себе от того, что пришлось пройти юному Александру.
Было интересно читать о некоторых "рабочих" моментах, вроде устройства корабля и другого.
В общем, книга достаточно увлекательная, но до жути грустная.

Зима тянулась бесконечно долго. Это был мрак и ужас, часто доводивший меня до слез.

В пятом отделении [классе] по странной прихоти я написал для себя статью: "Вред Майн-Рида и Густава Эмара", в которой развивал мысль о гибельности указанных писателей для подростков. Вывод был такой: начитавшись живописных страниц о далеких, таинственных материках, дети презирают обычную обстановку, тоскуют и стремятся бежать в Америку.

Снова трясла меня лихорадка, и, хотя я не спал всю ночь, я отчётливо видел во тьме странные, жуткие галлюцинации. Если я закрывал глаза, я продолжал видеть вагон, но полный не тьмы, а подобия сумерек; в углах против меня сидели, опираясь руками о пол, жуткие волосатые существа с огненными глазами; их толстые длинные хвосты шевелились, как у крыс. И лица их были отвратительны. Тогда я открывал глаза, - все пропадало. Я курил и старался не смежать глаз.














Другие издания

