Чайная церемония в Японии

Японский писатель и искусствовед Какудзо Окакура создавал свою, ставшую легендарной книгу для устного чтения в салоне Изабеллы Стюарт Гаднер, основателя частной художественной галереи. Адресованная западной аудитории, она стала классикой для любителей чая во всем мире. Полное глубоких мыслей и не менее глубоких чувств издание посвящено роли чая и созданному вокруг него культу - тиизму - в этике и эстетике Японии. В нем правила создания чайного павильона, тонкости чайной церемонии и способы аранж...

Жанры

Купить эту книгу

Электронная

239.9 ₽192 ₽

Купить-20%

Аудио

1 ₽

Купить-20%

Рейтинг LiveLib

4,1

39 оценок

5
38%
4
46%
3
10%
2
5%
1
0%

Ваша оценка

Прочитали 47Хотят прочитать 92

Рецензии

tathagata829 ноября 2019 г.
Если ищете конкретной практической информации о японской чайной церемонии, то Вам не в эту книгу. Но получить необходимый для понимания сути данного явления историко-эстетический багаж здесь вполне можно. Конечно же, с учетом того кем, когда, для кого и зачем данная книга была написана. Об этом, кстати, в достаточной мере подробно и доходчиво - в предисловии. А сам текст книги настроит Вас, надеюсь, на дальнейшее более близкое знакомство с японской чайной церемонией, ведь Вы уже будете знать, почему и зачем в этом действе и вокруг него всё устроено так, как оно есть. И не ограничится Ваше восприятие парой глотков горькой зеленой суспензии ради которых было совершено столько непонятных манипуляций.
Читать далее
14
657
Skolopendr_In_Cave18 июня 2023 г.
Чай для души
Прогресс шагает стремительно несётся вперёд, а все, что за ним не поспевает, остаётся в его густой тени или давится тяжелыми шагами. Япония на рубеже веков (XIX и XX) вовсю модернизировалась, стараясь не отставать от ведущих Европейских государств. Культура, технологии… и имперские аппетиты. Традиция, ценности и предметы искусства отправляются на свалку, духовные практики забываются, а глаза застилает пелена от военных триумфов (война с Китаем…).

Какудзо Окакуро — один из тех, кто сопротивлялся новейшим тенденциям. Он старательно собирал артефакты прошлой Японии и пытался защитить ее прежний дух. (Насколько ему это удалось, учитывая, что ему в итоге пришлось мигрировать в Америку? Там он и написал ряд книг и статей о стране, которую потеряли).

В числе его работ наиболее знаменитой выделяется «книга чая». Это короткое произведение о том, какую роль в Японии играла чайная традиция (Тиизм), неразрывно связанная с эстетикой и этикой.

«В XV веке в Японии чаепитие возвели в культ – тиизм. Считалось, что почитание чая привносит чистоту и гармонию в социальные отношения, взаимное милосердие, отзывчивость и романтизм. Тиизм, основанный на поклонении прекрасному, был выражением народных чаяний в повседневной жизни, полной корысти и мерзостей».

При этом здесь предлагаются мифологические сюжеты, отдельные истории и мысли автора. Не детальное исследование, а, скорее, пространное эссе.
Читатель погружается в атмосферу средневековой Японии, узнаёт много интересного и местами проникается каким-то особым чувством загадочной старины. Чайные домики, особая эстетика чайных церемоний и их символическое значение описываются автором с искренней любовью.

«Весь идеал тиизма вмещается в эту дзен-концепцию величия и значимости самых малых жизненных дел. Даосизм создал основание для эстетических идеалов, а дзен-буддизм применил их на практике».

В книге наличествует ряд ляпов и исторических ошибок (о них узнаёшь благодаря многочисленным примечаниям), писалась она Какудзо в спешке и без возможности сверки с первоисточниками, многое он воспроизводил по памяти. Достаточно и чрезмерных идеализаций.

«Философия тиизма проповедует не только эстетику отношений человека и природы. Это учение о гигиене через заботу о чистоте, об экономике через демонстрацию преимуществ комфорта в простоте по сравнению с роскошью, о морали через соотношение быстротечности человеческой жизни и вечности Вселенной. Тиизм – это форма восточной демократии, превращающая всех своих сторонников в аристократов вкуса».

Но в целом, перед нами интересная книжка, которая даст возможность проникнуть в сердце чужой культуры, совершить небольшую экскурсию и получить приятные эмоции. Рекомендую.

«А тем временем давайте попьем чая. Полуденный зной озаряет деревья бамбука, фонтаны бурлят с восхищением, шелест сосен слышен в нашем чайнике. Давайте помечтаем о чем-то бесконечно малом, мимолетном и задержим на мгновение свое внимание на красивом безрассудстве вещей...»

Читать далее
9
96
sergeybp2 декабря 2020 г.
Пока бушуют страсти в неспокойном мире, мы, не дожидаясь пока они утихнут, можем попить чая.
Чайная церемония - это не про чай, а про церемонию; это - не идеальный способ употребления напитка, а культ искусства жизни.
Идея ЧЦ - это стремление к чему-то совершенному в несовершенном мире.
Ценность аксессуаров ЧЦ определяется не красотой, не иконологией, а их древностью.
ЧЦ происходит из ритуала дзен-буддистов.
Основы эстетики ЧЦ.
Идеология ЧЦ происходит из буддистской концепции величия в мельчайших событиях жизни. Из даосизма - основы эстетических идеалов, а дзен-буддисты помогли внедрить их в повседневную жизнь. Это пустота (которой также так много внимания уделяется в медитации), неделание, недосказанность в искусстве.
В отличие от европейцев, у даосов и дзен-буддистов основной акцент с результата переносится на сам процесс, которым достигается совершенство. Истинную красоту может открыть только тот, кто в своем воображении дорисует незавершенное произведение.
«В молодости я хвалил мастеров, чьи картины мне нравились. Но по мере созревания я стал хвалить себя за любовь к тому, что эти мастера выбрали, чтобы заставить меня полюбить».
Шедевр становится реальностью жизни, когда мы привязываемся к нему, а их создатели со своими переживаниями продолжают жить в нас. Дело не в технике и мастерстве исполнения, а в резонансе наших душевных переживаний.
Для нас искусство - это то, что мы способны воспринять вопреки укоренившимся условностям, традициям, собственной ограниченности. Поэтому важно быть открытым, чтобы увидеть собственное отражение в новом и непонятном.
Читать далее
2
198

Все рецензии

Цитаты

Elfinariya20 июля 2016 г.
Почему цветы вырастают такими красивыми и такими несчастными?
2
400
lysalyona12 января 2018 г.
Хозяину полагалось входить в помещение только после того, как все гости усаживались, и воцарялась тишина. Полную тишину мог нарушать только бурлящий в железном чайнике кипяток. Чайник приятно пел, ведь листочки железа располагались на его дне так, чтобы производить особую мелодию, в звуках которой можно было услышать шум ливня, приглушенный тучами, и плеск морских волн, разбивающихся где-то вдали о скалы, и шорох дождя в бамбуковом лесу, и шелест сосен на холме вдалеке.Свет в помещении даже в дневное время делался приглушенным, так как низкий карниз покатой крыши пропускал совсем немного солнечных лучей. Оформление павильона от потолка и до пола выполнялось в сдержанных тонах. Сами гости с тщательностью подбирали одежду неброских цветов. Все вокруг служило подтверждением выдержанности веками, все, что напоминало о недавних приобретениях, подлежало запрету. Можно было разве что отметить, как резко выделяется на общем фоне бамбуковый черпак и льняная скатерть безупречно белого цвета и новая. Какими бы выцветшими ни выглядели интерьер помещения и чайные предметы, они поддерживались в абсолютной чистоте. Ни одной пылинки даже в самом темном углу не допускалось, ведь, если она там окажется, хозяин лишался звания мастера чайной церемонии. Одной из первых предпосылок для признания человека мастером чайной церемонии считалось умение наводить порядок: подметать, мыть и чистить. С самого начала существовало искусство наведения чистоты и протирания пыли. При этом древние металлические изделия совсем не требовалось драить с бескрайним рвением, присущим голландской домохозяйке. Капающую из цветочной вазы воду вытирать не следовало, ведь она наводила на мысль о росе, свежести и прохладе.
По этому поводу сохранился рассказ о Рикю, служащий прекрасной иллюстрацией понимания чистоты, достойной мастера чайной церемонии. Рикю наблюдал за своим сыном Сёаном, подметавшим и смачивавшим водой садовую дорожку. «Чисто, но не совсем», – сказал Рикю, когда Сёан вроде бы закончил выполнение порученного ему задания, и приказал ему все переделать. Потратив на утомительную работу еще целый час, сын обратился к Рикю: «Отец, здесь больше нечего делать. Ступени я помыл три раза, каменные фонари и деревья щедро спрыснул водой, мох и лишайник светятся свежей зеленью. Ни веточки, ни прутика, ни листика на земле не осталось». – «Юный глупец, – проворчал мастер чайной церемонии, – садовую дорожку надо чистить по-другому». Сказав это, Рикю вошел в сад, потряс дерево и рассыпал по саду золотые и темнокрасные листья, выглядевшие как обрывки осенней парчи! Ведь Рикю требовал не только чистоты, но и естественной красоты.
Название «обитель воображения» применяется к помещению, предназначенному для удовлетворения личной художественной потребности. Чайный павильон служит конкретному мастеру чайной церемонии, а не наоборот. Потомкам его никто передавать не собирается, и поэтому он выглядит явлением сиюминутным. Истина того, что каждый человек должен пользоваться собственным домом, коренится в старинном обычае японского народа, а синтоистским поверьем предопределяется так, что обитателей жилища следует выселять со смертью его главного жильца. Быть может, для такого установленного порядка даже существовала непознанная санитарная норма. Еще по одному древнему обычаю, каждой паре, заключающей брак, полагалось строить новый дом. Как раз в силу данного обычая в древние времена наблюдалось такое частое перенесение столицы империи из одного места в другое. Примером подобных древних ритуалов, которые сохранились до наших дней, можно привести строительство заново каждые двадцать лет синтоистского святилища богини Аматэрасу в храме города Исэ. Соблюдение древних традиций представлялось возможным только в условиях распространения деревянного зодчества, когда строения можно было без особого труда разобрать и относительно просто возвести снова.
Читать далее
1
601
vovagp14 сентября 2017 г.
В своем повседневном общении мы говорим о человеке, что внутри у него «отсутствует чай», если он не чувствует трагикомичный смысл личной драмы.
0
311