Ваша оценка

4,5

(24)

Полет к Солнцу

Книга ПОЛЕТ К СОЛНЦУ — документальное повествование о героическом подвиге группы советских военнопленных — узников фашистского концлагеря Пенемюнде. Автор ее Герой Советского Союза Михаил Петрович Девятаев— военный летчик. В 1944 году его самолет был сбит зенитным огнем над вражеской территорией, летчик оказался в плену. Летчика отправили сначала в Лодзинский, затем в лагеря Кляйн-Кенигсбергский, Заксенхаузен. На остров Узедом в Балтийском море в концлагерь Пенемюнде Девятаев был доставлен сюда ...

Жанры

Рейтинг LiveLib

4,5

24 оценки

5
75%
4
8%
3
13%
2
4%
1
0%

Ваша оценка

Прочитали 25Хотят прочитать 49

Рецензии

Hareru
10 февраля 2023
Идеальная история для голливудского фильма, в реальность которой сложно поверить. Михаил Петрович Девятаев во время Второй мировой войны служил летчиком, в 1944 году его истребитель подбили, он успел катапультироваться, но на земле его взяли в плен. В лагере военнопленных сначала пленных летчиков не кормили, потом умасливали, после попытки побега двух заключенных, всю группу отправили в лагерь, где они умудрились прокопать подкоп, но стукач их сдал, их приговорили к смерти. Благодаря случайности и расторопному лагерному парикмахеру удалось получить новое имя и статус. В лагере до них сидели еврейские семьи, которые сожгли, чтобы освободить нары.

Лагерь огромный, заключенных в нем много. Нас, авиаторов, поместили в отдельном бараке. Проходя по двору, мы заметили, что всюду разбросаны детские рубашки, штанишки, женские чулки, обувь и даже горшки для малышей. Кто-то отважился спросить у охранника, что все это означает. Эсэсовец ответил: здесь находились еврейские семьи, людей вчера сожгли в печах, чтобы предоставить место вам, вновь прибывшим.
«Вот оно что! Когда понадобится освободить лагерь для других заключенных, эсэсовцы сделают то же самое с нами? Перспектива... Ничего не скажешь», — подумал я.
На пути угона бомбардировщика было много трудностей, главная из которых - отчаяние заключенных, усталость от ожиданий, выученная беспомощность. Благодаря воле участников, глубокому анализу и проработке всех нюансов побег состоялся. Правда им потребовалась вся удача Мира, настолько шаткое положение у них было.
Наглядно показан был заключенных, насколько отличались условия для русских и европейцев со скандинавами, которым даже посылки приходили. Рассказано про «топтунов», которые для немецкого производства испытывали обувь. Для многих такая дорога оказалась последней в жизни, про бригады, разминировавшие неразорвавшиеся бомбы, жили такие бригады недолго.
Мне понравился эпилог, в котором рассказана судьба героев книги, многие участники побега умерли на войне, после побега почти все сразу ушли на фронт.
Удивительно насколько неизвестный подвиг, и не только он остался в тени. После победы власть решила предать забвению подвиги военных. В Мурманской области поставили памятник капитану А. Я. Юневичу только через 32 года после победы. А в присвоении звания Героя Советского Союза дважды было отказано. Память о нем так бы и канула в Лету, если бы не общественный деятель Орешета Михаил Григорьевич. Он был поражен, когда на Кольском оказался, что возле города валяются кости солдат десятилетиями и никто с этим ничего не делает. Начал заниматься захоронениями и идентификацией останков.

Голодные держатся по-разному. Одни не против съесть свою порцию и норму соседа, от которой тот на миг отвел глаза. Поэтому у нас не хватило одной порции. Поднялись шум, ссора, плач.
Появились эсэсовцы-распорядители. Выспрашивают, бьют, но, конечно, тот, кто перехватил хлеб, не признается, хоть ты забей его до смерти. Злодеями почему-то были названы мы, русские, и всех нас выгнали из помещения во двор.
— Буду бить, буду убивать! За порцию хлеба будете все повешены! Сознайтесь, кто взял? — твердил распорядитель. Но никто не проронил ни слова. Пошла гулять плетка, каждый уверял, что он не виноват. Тогда принесли «козла» — приспособление, изготовленное в местной мастерской. Эсэсовцы приказали ложиться по очереди на станок. Наказывать плетью должны сами себя заключенные. Один лежит, другой бьет его. Кто слабо ударит, эсэсовец бьет по лицу жалостливого. Экзекуция не помогла выявить виновного, съевшего хлеб своего товарища.
Поздней ночью завели нас в барак, каждому показали место. До сих пор я видел лагерные жилые блоки, в которых размещалось человек сто-двести. В этом блоке длинные трехъярусные нары стояли в три ряда — у стен и посредине. Здесь размещалось человек девятьсот, не менее. Верхние места находились под самой крышей, потолка не было.
За несколько дней впервые прилег я в какую ни на есть, но постель. Обрадовался этому ящику, теплу, свету, людям. Но уснуть не мог долго: на какой бок не повернусь, чувствую страшную боль во всем теле. За двести граммов хлеба жестоко избиты двести заключенных. Вокруг витает страх смерти и голода.
.

— Отныне вы все зачисляетесь в команду топтунов. Будете ходить в выданной вам обуви ежедневно по пятьдесят километров. Каждый должен дать ей требуемую нагрузку и таким образом проверить ее на прочность, установить дефекты. Сорок второй номер ботинок, например, должен принять вес в шестьдесят пять килограммов. У кого вес легче, тому в рюкзак добавят песку. Владельцы фирм хотят иметь точные данные о качестве своей продукции. Они доверили вам испытания.
.

Еще раз оглянулся и увидел уже нескольких человек» неподалеку от дамы в черном. Потом, значительно позже, я узнал еще об одной «даме» — Эльзе Кох и ее предприятии в концлагере Бухенвальд. Потом я прочел о том, как там сдирали кожу с теплых человеческих трупов и передавали рабочим мастерской Эльзы Кох. Специалисты обрабатывали ее и изготовляли абажуры, кошельки, сумки, на которых сохранялись рисунки татуировки. [Автор сильно расстроился, что не подошел ей, когда она людей подбирала. Он думал, что она рабов отбирала для работ.]
Читать далее
Содержит спойлеры
29 понравилось
6
434
JohnMalcovich
12 мая 2018
Летчик-истребитель Михаил Девятаев, человек-герой, который сумел бежать из немецкого плена, из концлагеря на похищенном самолете. Он сумел не просто сам спастись, но и вывезти из плена группу советских пленных. И этого человека практически проигнорировал советский кинематограф. Зато в период «гласности» был снят фильм «Охота на единорога», целью которого было больше полить грязью сталинскую систему, нежели героизировать военных летчиков. Вместо экранизации воспоминаний Девятаева предпочли экранизировать пустышку «писателя» Туболева…
А ведь из мемуаров Михаила Девятаева становится понятным многое из того, что казалось невероятным при прочтении восьмитомника Нюрбергского процесса. По крайней мере стало понятным почему немцы так либерально относились к пленным из западных стран. Например, к французам. Им разрешалось не просто получать регулярные продуктовые передачи и посылки, но и выдавали более лучшее питание. Взамен, французы должны были разбивать на группы советских пленных, мешать им организовываться и так далее. Вся жизнь в концлагере, куда Михаил попал после первого неудачного побега была организована немцами почти по дантовскому контрасту – чадящие черным дымом трубы крематория смотрелись дикостью на фоне картинного красочного домика, уютного озера и домашних белых лебедей. А рядом настоящий базар, где французы и югославы продавали излишки от своих посылок с родины. А чуть в стороне Девятаев и другие пленные должны были бродить по кругу с рюкзаками, наполненными песком за спиной. Это были испытания новых моделей обуви немецких фабрикантов и в этих ботинках надо было нахаживать по пятьдесят километров ежедневно. Их называли топтунами. «Многие из нашей команды «топтунов» в эти минуты не могли предвидеть, что для них этот путь по кругу — то каменный, то асфальтовый, то песчаный, то грунтовой на определенных участках — станет последним в их жизни». Правда потом, Девятаева перевели в команду, которая должна была выкапывать неразорвавшиеся бомбы. «Выкапывать невзорвавшиеся бомбы, а она может каждую минуту тебя по кусочкам на деревьях развесить. Правда, иногда в развалинах домов попадаются и шоколад, всякая одежонка и кое-что другое...» Решится на побег было не просто, ведь комендант каждый день предупреждал, что если кто-то убежит, то «расстреляем всю команду, из которой убежал один: пять слева, пять справа и в строю каждого десятого». В книге отдельно описывается, как в крематориях сжигали и немцев, в том числе и детей. За бегство немецких охранников из лагеря – а были и такие, которые не хотели участвовать в убийствах, полагалось по закону ужасное наказание – «Но в гитлеровской Германии есть страшный закон: если я убегу, весь мой род уничтожат. Мои дети, мои внуки, мои родственники — все погибнут». Больше эсэсовцев заключенные боялись заключенных-уголовников, которым администрация позволяла и поручала приводить в исполнение приговор «десять дней жизни». «Десять дней жизни» — это лагерная формула самосуда, самочинная расправа группки бандитов-заключенных. Они выбирают себе жертву по указанию коменданта или охраны и в угоду им убивают ее, уничтожают варварским способом. Девятаев был приговорен таким образом и чудом сумел убежать на восьмой день… Заводилы имели право бить обреченного как угодно, когда угодно и так, чтобы свои последние десять дней тот прожил только в муках, в бреду, в полубессознательном состоянии.
Обязательно необходимо прочитать книгу «Полет к солнцу». Кстати, по каким-то причинам, эта книга при переиздании в 1988 (опять привет от Горбачева и перестройки?) была названа «побег из ада» и очень сильно сокращена…
P.S. Кстати,никого из бежавших из концлагеря не репрессировали! Наоборот, они продолжали защищать Родину. И многие пали смертью храбрых именно при взятии Берлина. А Девятаев умер в 2002 году.
Читать далее
12 понравилось
0
736
Nikola_Hin
12 февраля 2024
Нереально реальная история
Документальная книга самого Девятаева, героя Советского Союза!
Написана не совсем профессионально, но всё же доступным языком. Про то как он попал в плен сбитым летчиком, про ужасы концлагеря, про жизнь и смерть идущих рядом.
Везет сильнейшим, судьбою выпал шанс и он им воспользовался! Сначала стал числится под другим именем, потом попал на аэродром, собрал единомышленников, каждый день репетировали, а когда его приговорили к смерти, он сбежал...на немецком самолете!
А ещё больше мне понравилась экранизация, это конечно Шедевр с большой буквы, тронуло до самых мурашек, аж до слез...
Читать далее
3 понравилось
0
192

Все рецензии

Цитаты

Все цитаты

Подборки с этой книгой

Все подборки

Другие издания

18+

Ваша оценка

4,5

(24)

Полет к Солнцу

Михаил Девятаев

Жанры

Рейтинг LiveLib

4,5

24 оценки

5
75%
4
8%
3
13%
2
4%
1
0%

Ваша оценка

Прочитали 25Хотят прочитать 49

Рецензии

Hareru
10 февраля 2023
Идеальная история для голливудского фильма, в реальность которой сложно поверить. Михаил Петрович Девятаев во время Второй мировой войны служил летчиком, в 1944 году его истребитель подбили, он успел катапультироваться, но на земле его взяли в плен. В лагере военнопленных сначала пленных летчиков не кормили, потом умасливали, после попытки побега двух заключенных, всю группу отправили в лагерь, где они умудрились прокопать подкоп, но стукач их сдал, их приговорили к смерти. Благодаря случайности и расторопному лагерному парикмахеру удалось получить новое имя и статус. В лагере до них сидели еврейские семьи, которые сожгли, чтобы освободить нары.

Лагерь огромный, заключенных в нем много. Нас, авиаторов, поместили в отдельном бараке. Проходя по двору, мы заметили, что всюду разбросаны детские рубашки, штанишки, женские чулки, обувь и даже горшки для малышей. Кто-то отважился спросить у охранника, что все это означает. Эсэсовец ответил: здесь находились еврейские семьи, людей вчера сожгли в печах, чтобы предоставить место вам, вновь прибывшим.
«Вот оно что! Когда понадобится освободить лагерь для других заключенных, эсэсовцы сделают то же самое с нами? Перспектива... Ничего не скажешь», — подумал я.
На пути угона бомбардировщика было много трудностей, главная из которых - отчаяние заключенных, усталость от ожиданий, выученная беспомощность. Благодаря воле участников, глубокому анализу и проработке всех нюансов побег состоялся. Правда им потребовалась вся удача Мира, настолько шаткое положение у них было.
Наглядно показан был заключенных, насколько отличались условия для русских и европейцев со скандинавами, которым даже посылки приходили. Рассказано про «топтунов», которые для немецкого производства испытывали обувь. Для многих такая дорога оказалась последней в жизни, про бригады, разминировавшие неразорвавшиеся бомбы, жили такие бригады недолго.
Мне понравился эпилог, в котором рассказана судьба героев книги, многие участники побега умерли на войне, после побега почти все сразу ушли на фронт.
Удивительно насколько неизвестный подвиг, и не только он остался в тени. После победы власть решила предать забвению подвиги военных. В Мурманской области поставили памятник капитану А. Я. Юневичу только через 32 года после победы. А в присвоении звания Героя Советского Союза дважды было отказано. Память о нем так бы и канула в Лету, если бы не общественный деятель Орешета Михаил Григорьевич. Он был поражен, когда на Кольском оказался, что возле города валяются кости солдат десятилетиями и никто с этим ничего не делает. Начал заниматься захоронениями и идентификацией останков.

Голодные держатся по-разному. Одни не против съесть свою порцию и норму соседа, от которой тот на миг отвел глаза. Поэтому у нас не хватило одной порции. Поднялись шум, ссора, плач.
Появились эсэсовцы-распорядители. Выспрашивают, бьют, но, конечно, тот, кто перехватил хлеб, не признается, хоть ты забей его до смерти. Злодеями почему-то были названы мы, русские, и всех нас выгнали из помещения во двор.
— Буду бить, буду убивать! За порцию хлеба будете все повешены! Сознайтесь, кто взял? — твердил распорядитель. Но никто не проронил ни слова. Пошла гулять плетка, каждый уверял, что он не виноват. Тогда принесли «козла» — приспособление, изготовленное в местной мастерской. Эсэсовцы приказали ложиться по очереди на станок. Наказывать плетью должны сами себя заключенные. Один лежит, другой бьет его. Кто слабо ударит, эсэсовец бьет по лицу жалостливого. Экзекуция не помогла выявить виновного, съевшего хлеб своего товарища.
Поздней ночью завели нас в барак, каждому показали место. До сих пор я видел лагерные жилые блоки, в которых размещалось человек сто-двести. В этом блоке длинные трехъярусные нары стояли в три ряда — у стен и посредине. Здесь размещалось человек девятьсот, не менее. Верхние места находились под самой крышей, потолка не было.
За несколько дней впервые прилег я в какую ни на есть, но постель. Обрадовался этому ящику, теплу, свету, людям. Но уснуть не мог долго: на какой бок не повернусь, чувствую страшную боль во всем теле. За двести граммов хлеба жестоко избиты двести заключенных. Вокруг витает страх смерти и голода.
.

— Отныне вы все зачисляетесь в команду топтунов. Будете ходить в выданной вам обуви ежедневно по пятьдесят километров. Каждый должен дать ей требуемую нагрузку и таким образом проверить ее на прочность, установить дефекты. Сорок второй номер ботинок, например, должен принять вес в шестьдесят пять килограммов. У кого вес легче, тому в рюкзак добавят песку. Владельцы фирм хотят иметь точные данные о качестве своей продукции. Они доверили вам испытания.
.

Еще раз оглянулся и увидел уже нескольких человек» неподалеку от дамы в черном. Потом, значительно позже, я узнал еще об одной «даме» — Эльзе Кох и ее предприятии в концлагере Бухенвальд. Потом я прочел о том, как там сдирали кожу с теплых человеческих трупов и передавали рабочим мастерской Эльзы Кох. Специалисты обрабатывали ее и изготовляли абажуры, кошельки, сумки, на которых сохранялись рисунки татуировки. [Автор сильно расстроился, что не подошел ей, когда она людей подбирала. Он думал, что она рабов отбирала для работ.]
Читать далее
Содержит спойлеры
29 понравилось
6
434
JohnMalcovich
12 мая 2018
Летчик-истребитель Михаил Девятаев, человек-герой, который сумел бежать из немецкого плена, из концлагеря на похищенном самолете. Он сумел не просто сам спастись, но и вывезти из плена группу советских пленных. И этого человека практически проигнорировал советский кинематограф. Зато в период «гласности» был снят фильм «Охота на единорога», целью которого было больше полить грязью сталинскую систему, нежели героизировать военных летчиков. Вместо экранизации воспоминаний Девятаева предпочли экранизировать пустышку «писателя» Туболева…
А ведь из мемуаров Михаила Девятаева становится понятным многое из того, что казалось невероятным при прочтении восьмитомника Нюрбергского процесса. По крайней мере стало понятным почему немцы так либерально относились к пленным из западных стран. Например, к французам. Им разрешалось не просто получать регулярные продуктовые передачи и посылки, но и выдавали более лучшее питание. Взамен, французы должны были разбивать на группы советских пленных, мешать им организовываться и так далее. Вся жизнь в концлагере, куда Михаил попал после первого неудачного побега была организована немцами почти по дантовскому контрасту – чадящие черным дымом трубы крематория смотрелись дикостью на фоне картинного красочного домика, уютного озера и домашних белых лебедей. А рядом настоящий базар, где французы и югославы продавали излишки от своих посылок с родины. А чуть в стороне Девятаев и другие пленные должны были бродить по кругу с рюкзаками, наполненными песком за спиной. Это были испытания новых моделей обуви немецких фабрикантов и в этих ботинках надо было нахаживать по пятьдесят километров ежедневно. Их называли топтунами. «Многие из нашей команды «топтунов» в эти минуты не могли предвидеть, что для них этот путь по кругу — то каменный, то асфальтовый, то песчаный, то грунтовой на определенных участках — станет последним в их жизни». Правда потом, Девятаева перевели в команду, которая должна была выкапывать неразорвавшиеся бомбы. «Выкапывать невзорвавшиеся бомбы, а она может каждую минуту тебя по кусочкам на деревьях развесить. Правда, иногда в развалинах домов попадаются и шоколад, всякая одежонка и кое-что другое...» Решится на побег было не просто, ведь комендант каждый день предупреждал, что если кто-то убежит, то «расстреляем всю команду, из которой убежал один: пять слева, пять справа и в строю каждого десятого». В книге отдельно описывается, как в крематориях сжигали и немцев, в том числе и детей. За бегство немецких охранников из лагеря – а были и такие, которые не хотели участвовать в убийствах, полагалось по закону ужасное наказание – «Но в гитлеровской Германии есть страшный закон: если я убегу, весь мой род уничтожат. Мои дети, мои внуки, мои родственники — все погибнут». Больше эсэсовцев заключенные боялись заключенных-уголовников, которым администрация позволяла и поручала приводить в исполнение приговор «десять дней жизни». «Десять дней жизни» — это лагерная формула самосуда, самочинная расправа группки бандитов-заключенных. Они выбирают себе жертву по указанию коменданта или охраны и в угоду им убивают ее, уничтожают варварским способом. Девятаев был приговорен таким образом и чудом сумел убежать на восьмой день… Заводилы имели право бить обреченного как угодно, когда угодно и так, чтобы свои последние десять дней тот прожил только в муках, в бреду, в полубессознательном состоянии.
Обязательно необходимо прочитать книгу «Полет к солнцу». Кстати, по каким-то причинам, эта книга при переиздании в 1988 (опять привет от Горбачева и перестройки?) была названа «побег из ада» и очень сильно сокращена…
P.S. Кстати,никого из бежавших из концлагеря не репрессировали! Наоборот, они продолжали защищать Родину. И многие пали смертью храбрых именно при взятии Берлина. А Девятаев умер в 2002 году.
Читать далее
12 понравилось
0
736
Nikola_Hin
12 февраля 2024
Нереально реальная история
Документальная книга самого Девятаева, героя Советского Союза!
Написана не совсем профессионально, но всё же доступным языком. Про то как он попал в плен сбитым летчиком, про ужасы концлагеря, про жизнь и смерть идущих рядом.
Везет сильнейшим, судьбою выпал шанс и он им воспользовался! Сначала стал числится под другим именем, потом попал на аэродром, собрал единомышленников, каждый день репетировали, а когда его приговорили к смерти, он сбежал...на немецком самолете!
А ещё больше мне понравилась экранизация, это конечно Шедевр с большой буквы, тронуло до самых мурашек, аж до слез...
Читать далее
3 понравилось
0
192

Все рецензии

Цитаты

Все цитаты

Подборки с этой книгой

Все подборки

Другие издания

18+

Ваша оценка

4,5

(24)

Полет к Солнцу

Михаил Девятаев

Жанры

Рейтинг LiveLib

4,5

24 оценки

5
75%
4
8%
3
13%
2
4%
1
0%

Ваша оценка

Прочитали 25Хотят прочитать 49

Рецензии

Hareru
10 февраля 2023
Идеальная история для голливудского фильма, в реальность которой сложно поверить. Михаил Петрович Девятаев во время Второй мировой войны служил летчиком, в 1944 году его истребитель подбили, он успел катапультироваться, но на земле его взяли в плен. В лагере военнопленных сначала пленных летчиков не кормили, потом умасливали, после попытки побега двух заключенных, всю группу отправили в лагерь, где они умудрились прокопать подкоп, но стукач их сдал, их приговорили к смерти. Благодаря случайности и расторопному лагерному парикмахеру удалось получить новое имя и статус. В лагере до них сидели еврейские семьи, которые сожгли, чтобы освободить нары.

Лагерь огромный, заключенных в нем много. Нас, авиаторов, поместили в отдельном бараке. Проходя по двору, мы заметили, что всюду разбросаны детские рубашки, штанишки, женские чулки, обувь и даже горшки для малышей. Кто-то отважился спросить у охранника, что все это означает. Эсэсовец ответил: здесь находились еврейские семьи, людей вчера сожгли в печах, чтобы предоставить место вам, вновь прибывшим.
«Вот оно что! Когда понадобится освободить лагерь для других заключенных, эсэсовцы сделают то же самое с нами? Перспектива... Ничего не скажешь», — подумал я.
На пути угона бомбардировщика было много трудностей, главная из которых - отчаяние заключенных, усталость от ожиданий, выученная беспомощность. Благодаря воле участников, глубокому анализу и проработке всех нюансов побег состоялся. Правда им потребовалась вся удача Мира, настолько шаткое положение у них было.
Наглядно показан был заключенных, насколько отличались условия для русских и европейцев со скандинавами, которым даже посылки приходили. Рассказано про «топтунов», которые для немецкого производства испытывали обувь. Для многих такая дорога оказалась последней в жизни, про бригады, разминировавшие неразорвавшиеся бомбы, жили такие бригады недолго.
Мне понравился эпилог, в котором рассказана судьба героев книги, многие участники побега умерли на войне, после побега почти все сразу ушли на фронт.
Удивительно насколько неизвестный подвиг, и не только он остался в тени. После победы власть решила предать забвению подвиги военных. В Мурманской области поставили памятник капитану А. Я. Юневичу только через 32 года после победы. А в присвоении звания Героя Советского Союза дважды было отказано. Память о нем так бы и канула в Лету, если бы не общественный деятель Орешета Михаил Григорьевич. Он был поражен, когда на Кольском оказался, что возле города валяются кости солдат десятилетиями и никто с этим ничего не делает. Начал заниматься захоронениями и идентификацией останков.

Голодные держатся по-разному. Одни не против съесть свою порцию и норму соседа, от которой тот на миг отвел глаза. Поэтому у нас не хватило одной порции. Поднялись шум, ссора, плач.
Появились эсэсовцы-распорядители. Выспрашивают, бьют, но, конечно, тот, кто перехватил хлеб, не признается, хоть ты забей его до смерти. Злодеями почему-то были названы мы, русские, и всех нас выгнали из помещения во двор.
— Буду бить, буду убивать! За порцию хлеба будете все повешены! Сознайтесь, кто взял? — твердил распорядитель. Но никто не проронил ни слова. Пошла гулять плетка, каждый уверял, что он не виноват. Тогда принесли «козла» — приспособление, изготовленное в местной мастерской. Эсэсовцы приказали ложиться по очереди на станок. Наказывать плетью должны сами себя заключенные. Один лежит, другой бьет его. Кто слабо ударит, эсэсовец бьет по лицу жалостливого. Экзекуция не помогла выявить виновного, съевшего хлеб своего товарища.
Поздней ночью завели нас в барак, каждому показали место. До сих пор я видел лагерные жилые блоки, в которых размещалось человек сто-двести. В этом блоке длинные трехъярусные нары стояли в три ряда — у стен и посредине. Здесь размещалось человек девятьсот, не менее. Верхние места находились под самой крышей, потолка не было.
За несколько дней впервые прилег я в какую ни на есть, но постель. Обрадовался этому ящику, теплу, свету, людям. Но уснуть не мог долго: на какой бок не повернусь, чувствую страшную боль во всем теле. За двести граммов хлеба жестоко избиты двести заключенных. Вокруг витает страх смерти и голода.
.

— Отныне вы все зачисляетесь в команду топтунов. Будете ходить в выданной вам обуви ежедневно по пятьдесят километров. Каждый должен дать ей требуемую нагрузку и таким образом проверить ее на прочность, установить дефекты. Сорок второй номер ботинок, например, должен принять вес в шестьдесят пять килограммов. У кого вес легче, тому в рюкзак добавят песку. Владельцы фирм хотят иметь точные данные о качестве своей продукции. Они доверили вам испытания.
.

Еще раз оглянулся и увидел уже нескольких человек» неподалеку от дамы в черном. Потом, значительно позже, я узнал еще об одной «даме» — Эльзе Кох и ее предприятии в концлагере Бухенвальд. Потом я прочел о том, как там сдирали кожу с теплых человеческих трупов и передавали рабочим мастерской Эльзы Кох. Специалисты обрабатывали ее и изготовляли абажуры, кошельки, сумки, на которых сохранялись рисунки татуировки. [Автор сильно расстроился, что не подошел ей, когда она людей подбирала. Он думал, что она рабов отбирала для работ.]
Читать далее
Содержит спойлеры
29 понравилось
6
434
JohnMalcovich
12 мая 2018
Летчик-истребитель Михаил Девятаев, человек-герой, который сумел бежать из немецкого плена, из концлагеря на похищенном самолете. Он сумел не просто сам спастись, но и вывезти из плена группу советских пленных. И этого человека практически проигнорировал советский кинематограф. Зато в период «гласности» был снят фильм «Охота на единорога», целью которого было больше полить грязью сталинскую систему, нежели героизировать военных летчиков. Вместо экранизации воспоминаний Девятаева предпочли экранизировать пустышку «писателя» Туболева…
А ведь из мемуаров Михаила Девятаева становится понятным многое из того, что казалось невероятным при прочтении восьмитомника Нюрбергского процесса. По крайней мере стало понятным почему немцы так либерально относились к пленным из западных стран. Например, к французам. Им разрешалось не просто получать регулярные продуктовые передачи и посылки, но и выдавали более лучшее питание. Взамен, французы должны были разбивать на группы советских пленных, мешать им организовываться и так далее. Вся жизнь в концлагере, куда Михаил попал после первого неудачного побега была организована немцами почти по дантовскому контрасту – чадящие черным дымом трубы крематория смотрелись дикостью на фоне картинного красочного домика, уютного озера и домашних белых лебедей. А рядом настоящий базар, где французы и югославы продавали излишки от своих посылок с родины. А чуть в стороне Девятаев и другие пленные должны были бродить по кругу с рюкзаками, наполненными песком за спиной. Это были испытания новых моделей обуви немецких фабрикантов и в этих ботинках надо было нахаживать по пятьдесят километров ежедневно. Их называли топтунами. «Многие из нашей команды «топтунов» в эти минуты не могли предвидеть, что для них этот путь по кругу — то каменный, то асфальтовый, то песчаный, то грунтовой на определенных участках — станет последним в их жизни». Правда потом, Девятаева перевели в команду, которая должна была выкапывать неразорвавшиеся бомбы. «Выкапывать невзорвавшиеся бомбы, а она может каждую минуту тебя по кусочкам на деревьях развесить. Правда, иногда в развалинах домов попадаются и шоколад, всякая одежонка и кое-что другое...» Решится на побег было не просто, ведь комендант каждый день предупреждал, что если кто-то убежит, то «расстреляем всю команду, из которой убежал один: пять слева, пять справа и в строю каждого десятого». В книге отдельно описывается, как в крематориях сжигали и немцев, в том числе и детей. За бегство немецких охранников из лагеря – а были и такие, которые не хотели участвовать в убийствах, полагалось по закону ужасное наказание – «Но в гитлеровской Германии есть страшный закон: если я убегу, весь мой род уничтожат. Мои дети, мои внуки, мои родственники — все погибнут». Больше эсэсовцев заключенные боялись заключенных-уголовников, которым администрация позволяла и поручала приводить в исполнение приговор «десять дней жизни». «Десять дней жизни» — это лагерная формула самосуда, самочинная расправа группки бандитов-заключенных. Они выбирают себе жертву по указанию коменданта или охраны и в угоду им убивают ее, уничтожают варварским способом. Девятаев был приговорен таким образом и чудом сумел убежать на восьмой день… Заводилы имели право бить обреченного как угодно, когда угодно и так, чтобы свои последние десять дней тот прожил только в муках, в бреду, в полубессознательном состоянии.
Обязательно необходимо прочитать книгу «Полет к солнцу». Кстати, по каким-то причинам, эта книга при переиздании в 1988 (опять привет от Горбачева и перестройки?) была названа «побег из ада» и очень сильно сокращена…
P.S. Кстати,никого из бежавших из концлагеря не репрессировали! Наоборот, они продолжали защищать Родину. И многие пали смертью храбрых именно при взятии Берлина. А Девятаев умер в 2002 году.
Читать далее
12 понравилось
0
736
Nikola_Hin
12 февраля 2024
Нереально реальная история
Документальная книга самого Девятаева, героя Советского Союза!
Написана не совсем профессионально, но всё же доступным языком. Про то как он попал в плен сбитым летчиком, про ужасы концлагеря, про жизнь и смерть идущих рядом.
Везет сильнейшим, судьбою выпал шанс и он им воспользовался! Сначала стал числится под другим именем, потом попал на аэродром, собрал единомышленников, каждый день репетировали, а когда его приговорили к смерти, он сбежал...на немецком самолете!
А ещё больше мне понравилась экранизация, это конечно Шедевр с большой буквы, тронуло до самых мурашек, аж до слез...
Читать далее
3 понравилось
0
192

Все рецензии

Цитаты

Все цитаты

Подборки с этой книгой

Все подборки

Другие издания

Полет к Солнцу

Рейтинг LiveLib

Рецензии

Нереально реальная история

Цитаты

Подборки с этой книгой

Первым делом — самолёты

1945. Накануне Победы

Россия, её история и люди

Третий Рейх и Вторая мировая

Книги о военной авиации

Полет к Солнцу

Рейтинг LiveLib

Рецензии

Нереально реальная история

Цитаты

Подборки с этой книгой

Первым делом — самолёты

1945. Накануне Победы

Россия, её история и люди

Третий Рейх и Вторая мировая

Книги о военной авиации

Полет к Солнцу

Рейтинг LiveLib

Рецензии

Нереально реальная история

Цитаты

Подборки с этой книгой

Первым делом — самолёты

1945. Накануне Победы

Россия, её история и люди

Третий Рейх и Вторая мировая

Книги о военной авиации