
Порохом пропах....
sireniti
- 169 книг
Это бета-версия LiveLib. Сейчас доступна часть функций, остальные из основной версии будут добавляться постепенно.

Ваша оценка
Ваша оценка
Сначала были "Сошедшие с небес" и только спустя пару месяцев "Двое из двадцати миллионов". Несмотря на то, что еще в фильме я предугадала развитие финала на первых пяти минутах кадров, именно Абдулов и Глаголева с их сыном, потерянной из-за боли подружкой, мерзким гостем на застолье, покатушками на автобусе к жене останутся в памяти как пример одного из самых красивых и трагичных произведений о том, что сделала с нами Великая Отечественная! "Двое из двадцати миллионов" скоро позабудутся, вылетит из головы этот проходной рассказ, а фильм останется...
Сергей с раненной ногой и санитарка Маша заперты со множеством соотечественников в Аджимуйшкайских катакомбах под дулами винтовок обложивших их фашистов. Но уже давно кончилась вода...
Маша и Сергей пытаются встроиться в мирную жизнь, где их военные заслуги никак не помогают выжить физически - пусть и без врага за углом, но еду нужно купить за что-то...
"Двое из двадцати миллионов" - тот редкий случай, когда книга однозначно проигрывает фильму. Проигрывает атмосферой и создавшимся у читателя/зрителя настроением. В рассказе слишком много лишних подробностей (расширение семьи с оравой детей и внуков главных героев, запрет на поступление в учебное заведение из-за осколка в сердце, нянечка Сергея и старик Периформис Маши) и слишком мало цепляющих моментов (только лишь мерзкая тирада гостя по поводу получения медалей и легкости жизни офицеров) по сравнению с фильмом. В отличие от "Сошедших с небес" оригинал не имел яркой и завораживающей подробности финала (Маша и Сергей вместе), но зачем-то обладал аспектом сомнений у немцев, оккупировавших катакомбы - в фильме наиболее "по-настоящему" показано их стандартное состояние игры кошки с мышкой. Жизнь Сергея и Маши в книге тоже какая-то то давящая на жалость слишком, то аляповатая без единого течения, Абдулов с Глаголевой же продемонстрировали реальную, действительную, настоящую, как еще сказать, жизнь людей - с невозможностью устроиться после войны на работу, потому что летал на истребителях, а теперь только "пассажирские" пилоты нужны, с приставаниями подруги к твоему мужу, потому что после потери своего на войне она так и не нашла еще себе места, с трудностями мирного времени, где ты не у дел, не можешь дать своей семье нужное и вынужден батрачить грузчиком с ранениями, которые получил защищая Родину...
Мимо этого рассказа можно пройти и ничего не потерять, мимо фильма - не советую, не рекомендую! Наоборот, наверное, заклинаю, посмотреть гениальное телевизионное произведение, вышедшее из не очень качественного письменного, которое появилось на экранах с непревзойденным Александром Абдуловым и прекрасной Верой Глаголевой.

Керчь. Аджимушкайские катакомбы, искусственно созданные пещеры, где укрывались от врага часть местного населения и войска Крымского фронта. Именно здесь с мая месяца по октябрь 42г. происходило массовое истребление людей. Тысячи ни в чем не повинных умирали страшной смертью, в муках, сходя с ума от отчаянья и безысходности.
Алексей Каплер создал небольшое, но горькое произведение.
Его страницы не залиты кровью, не испещрённые следами пуль, не заходятся в отчаянных криках.
Из-под его пера вышли страницы молчания в память о нереализованных мечтах, о будущем которого не случилось для миллионов людей.
Это повод помолчать о погибших, о тех, кто мог бы жить с нами рядом.
Такая большая цена заплачена за нашу победу – надежды, мечты, чья-то первая любовь, множество идей, открытий, гениальных людей, будущих матерей, не рожденных детей, великое множество свидетелей страшных лет.
Как это нелепо и больно, кого-то могла спасти буханка или чистый бинт… глоток воды.
Пусть нигде и никогда не повторяются подобные бесчеловечные ошибки.
Мы помним…
Всех с Днем Победы!
Мира на всей земле - самое лучшее пожелание и мечта.

- Давай так,- она подняла указательный палец,- пусть у нас будет знак. Если я покажу тебе этот палец - значит, я сказала: "Подумай, Сережа, мы живы". Ладно?
Ещё одна книга о войне, острым осколком впечатавшаяся в сердце. Маленькая память, вобравшая в себя всю полноту Жизни и Смерти. Я читала её три дня, постоянно откладывая в сторону, затаив дыхание в начале, не веря глазам своим в середине и просто отдавшись воле автора в конце.
Как много не прожитых жизней, не рождённых детей, не выполненных планов. Сколько не сделано открытий, не написано стихов, музыки. А всё потому, что кто- то где-то, а конкретно гитлеровская ехидная морда с противными усиками, решила, что он должен завоевать мир.
Вот не зря говорят: "Нет зверя более страшного, чем человек". Да только есть еще те, кто мнит себя богами. Они страшнее, потому что безумны.
Эта повесть всколыхнула самые потаённые струны души. На миг я представила, что было бы, если бы с фронта вернулся папин отец. Всё было бы по-другому: папино детство, юность. Ему бы не пришлось так рано взрослеть. А я бы никогда не завидовала тем, у кого есть дедушка. Помнится, даже плакала, что не могу сказать это таинственно для меня и недостижимое слово.
Что если бы... Это светлая мысль повести, ручеёк надежды. Надо ценить то, что имеем: солнце, дождик, даже ненастье. Корочка хлеба, глоток родниковой воды, - простые радости жизни, о которых не задумываешься. Старушка, живущая воспоминаниями, одинокий старик, лелеющий своё прошлое, - не проходите мимо них. Они нуждаются всего лишь в добром слове, в прикосновении. Возможно именно война лишила их этого. Возможно именно вы частичка мозаики, которая поможет им стать сильнее.
Герои этой истории могли многое. Они молоды и сильны, несмотря на ранения и боль. Герои этой истории знали , что такое горе и потеря товарищей. Они знали, что такое жить, работать, дружить, радоваться рассвету и, вот уж банально, воде в кране. Они могли многое, если бы....

Случается, что взгляд человека встретится с другим взглядом в такое решающее жизнь мгновение и так соединят глаза - их мука и сочувствие,- так спаяют, что превратят вдруг чужих вчера людей в самые на свете близкие существа.

Только что ушла в прошлое великая война, но остались беды, осталось горе, принесенное ею.










