Роль светской львицы более пристала литературе, нежели роль домохозяйки, воспитательницы подрастающего поколения или добросовестной служащей. С дамой полусвета литературу роднит ещё и то, что ценность её заключена в ней самой, а не в исповедуемых ею принципах.
Эта книга — книга мечты. Разумеется, моей. Разумеется, не самой главной в жизни. Но я довольно долго мечтала купить её, прочитать и ухахататься вусмерть — пока однажды не подумала: а что, собственно, мне мешает? Мечты на то и мечты, чтобы их исполнять. Так у меня и появилась эта книга.
Смаковала я её долго. Не как изысканно вкусный (и безумно дорогой) коньяк, но как пакет вкусного зелёного чая, которого в обычном магазине не купишь. Хотя в книге стоит такое мощное амбре, что первое сравнение пришлось бы к месту больше. Но! в книге это не главное, так что я продолжу потягивать свой чаёк, и никому меня не переубедить, что Довлатов — это, в общем-то, обычная сивуха (слышала я и такое мнение).
Но как я могу судить? Я Довлатова-писателя не читала, «Соло» — это скорее сборник окололитературных анекдотов, где и смысла порой с мизинец, и литературы-то с безымянный палец, и правды меньше, чем сантиметров в среднем пальце. Ну, вы поняли, о чём я. Однако же читаются эти историйки с несомненным удовольствием, а правда — дело десятое.
Хотя если быть совсем точным, то эта книга дублирует записную книжку писателя: удачные фразы, красивые диалоги, микросюжеты, микроновеллы, микрокульминации, игра слов. И в целом книга может выступить своеобразным учебником для начинающего писателя, особенно благодаря филологической прозе, которая занимает больше половины издания. Там и размышления-истории про переводы, про писателей, про книги, и доклад на конференцию, и предисловие, и вся подноготная литературной жизни в Америке, и немного советских реалий — филологическая проза обширна, Довлатов не ленится думать и писать обо всём, что вызывает его интерес.
Во всяком случае, довлатовские размышления о русской литературе дали мне немалую пищу для размышлений собственных, помогли понять русскую литературу лучше, чем бесконечно постные и выхолощенные занятия по литературе, которые вели профессиональные преподаватели. В каком-то смысле изучение литературы под чутким взглядом какого-нибудь учителя, который в любой момент готов обозвать тебя тупым (про себя) и (вслух) ласково разжевать тебе книгу, если ты в ней чего не понял (философские камни сегодня в литературе не ценятся, в почёте философские шрёдеры), — это изучение не литературы, а чужого взгляда на литературу. Верите или нет, но в школе литература была не самым моим любимым предметом (ага, написал человек, который обычно при знакомстве представляется книжным наркоманом).
Но Довлатов не пытается чему-то научить, он говорит, что думает, приводит причины, почему он так думает, пишет о том, что знает на своём опыте. Он делится личным мнением. Так поступает большинство честных писателей, когда говорят о литературе, и эта честность всегда очень импонирует.
16 понравилось
