
Белым-бело
Virna
- 2 611 книг

Ваша оценкаЖанры
Ваша оценка
Когда держу в руках сборник стихов Ахматовой "Четки", сразу в голове возникает образ Анны Андреевны с шалью и четками в руках. Образ яркий, красивый и горько-печальный, как и ее стихотворения. Ее поэзия никого не может оставить равнодушным, она манит, зовет, заставляет раствориться в ней и забыть обо всем.
Перечитываю томик со стихотворениями Анны Андреевны, а в особенности "Четки", очень часто. Сборник лирики Анны Ахматовой всегда под рукой, и каждый раз, когда наступают сложные периоды в моей жизни, я прибегаю именно к поэзии Ахматовой.
Я чувствую, мне никогда не надоест читать Ахматову, которую знаю почти наизусть, потому что каждый раз ее стихотворения открывают новые грани, которые раньше я не замечала и над которыми могу теперь подумать.

Очень женские, очень проникновенные, очень чувственные стихи. Сколько бы некоторые либеральные личности не пытались убедить окружающих, что гендерной разницы в психологии мужчин и женщин не существует, и дело в воспитании, разница в мировосприятии есть. Это видно даже по поэзии. Никакими ухищрениями ее не искоренить. Да и не надо. Мир прекрасен в своем разнообразии, а стандартизация хороша только на заводе.
Ахматова нежна, эмоциональна, загадочна и великолепна.
Она - это про любовь, про страсть, про жизнь и про умирание.
Н. Струве так отзывался об этой необыкновенной женщине: «Последняя великая представительница великой русской дворянской культуры, Анна Ахматова в себя всю эту культуру вобрала и претворила в музыку».
По ее судьбе, как и по многим и многим колёса истории прокатились, вбивая в колею. Один муж расстрелян, другой провел долгие годы в лагерях. Единственный сын, обожаемый "сыночек кудрявый" пробыл в заключении больше 10 лет.
В страшные годы ежовщины я провела семнадцать месяцев в тюремных очередях в Ленинграде. Как-то раз кто-то «опознал» меня. Тогда стоящая за мной женщина с голубыми губами, которая, конечно, никогда в жизни не слыхала моего имени, очнулась от свойственного нам всем оцепенения и спросила меня на ухо (там все говорили шепотом):
– А это вы можете описать?
И я сказала:
– Могу.
Тогда что-то вроде улыбки скользнуло по тому, что некогда было ее лицом.
А. Ахматова 1 апреля 1957 г., Ленинград
Женщина-загадка, умудрившаяся выжить в этом кошмаре.
Не только ее саму и ее близких пытались обесценить, растоптать и уничтожить. В 1946 г. Оргбюро ЦК ВКП(б) вынесло постановление о том, что ее поэзия чужда советскому народу, пуста и безыдейна. Член Политбюро Жданов А.А. высказался о ней: «Не то монахиня, не то блудница, а вернее блудница и монахиня, у которой блуд смешан с молитвой. <…> Такова Ахматова с её маленькой, узкой личной жизнью, ничтожными переживаниями и религиозно-мистическо эротикой. Ахматовская поэзия совершенно далека от народа».
Даже ее смерть не стала поводом «снять опалу». Некоторые ее произведения были изданы только в конце 80-х.

Прямо как в детстве: когда боясь обидеть какую-нибудь одну игрушку, я ложилась спать с целым зоопарком, так и здесь, трудно было выбрать, выделить, какое-то одно любимое стихотворение для эпиграфа рецензии. А ведь собиралась…
Но всё произошло иначе. Она пришла, заколдовала и растворилась…
И всё мои намерения: что я буду медленно смаковать каждое стихотворение, растяну удовольствие, тоже растворились. «Открыв» на работе первую страницу, через какое-то время очнулась, уже читая примечания (поверьте, они тоже весьма интересны).
Маленькая книга оказалась надёжным проводником, в другой мир, а точнее в другой век,
где льётся «свет, невидимый для нас»...

Цветов и неживых вещей
Приятен запах в этом доме.
У грядок груды овощей
Лежат, пестры, на черноземе.
Еще струится холодок,
Но с парников снята рогожа.
Там есть прудок, такой прудок,
Где тина на парчу похожа.
А мальчик мне сказал, боясь,
Совсем взволнованно и тихо,
Что там живет большой карась
И с ним большая карасиха.

Отрывок
...И кто-то, во мраке дерев незримый,
Зашуршал опавшей листвой
И крикнул: "Что сделал с тобой любимый,
Что сделал любимый твой;
Словно тронуты черной, густою тушью
Тяжелые веки твои.
Он предал тебя тоске и удушью
Отравительницы-любви.
Ты давно перестала считать уколы -
Грудь мертва под острой иглой.
И напрасно стараешься быть веселой -
Легче в гроб тебе лечь живой!.."
Я сказала обидчику: "Хитрый, черный,
Верно, нет у тебя стыда.
Он тихий, он нежный, он мне покорный,
Влюбленный в меня навсегда!"

Здравствуй! Легкий шелест слышишь
Справа от стола?
Этих строчек не допишешь -
Я к тебе пришла.
Неужели ты обидишь
Так, как в прошлый раз, -
Говоришь, что рук не видишь,
Рук моих и глаз.
У тебя светло и просто.
Не гони меня туда,
Где под душным сводом моста
Стынет грязная вода.










Другие издания


