На войне как на войне

Рейтинг LiveLib

4,8

3 оценки

• 5
  100%
• 4
  0%
• 3
  0%
• 2
  0%
• 1
  0%

Ваша оценка

Отметить эмоции

Прочитали 4Хотят прочитать 5

Рецензии

• 

  Githead29 июля 2021 г.

  СОЛДАТСКИЕ ИСТОРИИ ВОЙНЫ

  «Три бестселлера одним томом», - написано на обложке. Не знаю, какие именно книги объединили, раньше я этих интервью не читал. Написано, что все они с сайта «Я помню». Как и раньше у Драбкина, обширно представлены воспоминания ветеранов, проживающих в Израиле. Также среди прочих есть несколько интервью жителей Молдавии.

  Гольбрайх Ефим Абелевич, сын «врага народа» из Витебска. «Из тридцати моих одноклассников у восьми был арестован один из родителей, а у Васи Сухова посадили и мать и отца». Эвакуация из города матери с маленькой сестрой и братом: «в привокзальном сквере ожидали посадки на поезд семьи командиров Красной Армии. Все эти семьи посадили в вагоны, никого другого к поезду не подпустили. Появился немолодой, незнакомый майор, взял наши вещи и сказал: «Идите за мной». Провел мимо охраны, открыл дверь тамбура и буквально затолкал моих родных внутрь... Мать до конца жизни молила Бога за этого человека». И далее: «Вернулся с вокзала, пошел платить за квартиру и электричество, сдал книги в библиотеку»... «На городскую площадь въезжал крестьянский обоз. Мародеры... В своем большинстве женщины. На лицах смесь смущения и азарта». Воспоминания этого ветерана одни из наиболее интересных в сборнике - в них есть стиль и видно, что дело не только в умении интервьюера и интерпретатора, а они, кстати, в сборнике разные, не только Драбкин. Наблюдательность, склонность к анализу, умение ясно излагать свои мысли, скептическое отношение к государственной машине при безусловном патриотизме позволили ветерану донести до читателя свое видение войны, которую он прошел от Сталинграда до Курляндии. «Иногда было так тяжело, что смерть казалась избавлением. И это не пустые слова... Бомбили нас почти круглосуточно. Люди сходили с ума, не выдерживая дикого напряжения... Хуже нет кассетного бомбометания. Двухметровый цилиндр раскрывается, и десятки мелких бомб идут косяком на цель. Неба не видно... Истошный вой летящих бомб... Визг становится нестерпимым. Лежишь и думаешь - если убьет, только бы сразу, без мучений». Особо интересны воспоминания этого ветерана относительно девятимесячной (а это рекорд) службы в штрафной роте, в которых он безжалостно критикует сериалы типа «Штрафбат», не находя в них ни крупицы достоверности, начиная от погон и заканчивая тактическими приемами. Кроме прочего он касается и роли заградотрядов - на передовой, с пресловутыми пулеметами, оказывается, их никто никогда не видел - они перекрывали направления отступления в тылу, в основном на перекрестках дорог.

  «Почему не продвигаетесь?»- спросил командир дивизии. Комполка стал что-то объяснять. «А вы кого-нибудь расстреляли?».. Командир полка сразу все понял, и после некоторой паузы произнес: «Нет».- «Так расстреляйте!»- сказал комдив. Это не профсоюзное собрание. Это война».

  Участник Парада Победы 1945 года Владимир Викторович Войцехович в 2005 году оказался на банкете за одним столом с Горбачевым и «мы с ним немного повздорили. Я сказал о том, как не надо проводить реформы, а он меня назвал сталинистом». Капитан Садрединов, командир зенитной батареи, орденоносец, после войны вернулся в Крым и узнал, что его семья вместе со всеми крымскими татарами репрессирована и вывезена в Узбекистан. И вот защитник Родины, чья батарея сбила 17 самолетов, пишет заявление, чтобы встать на учет как спецпереселенец. И награды даже хотели отобрать. Евгений Фёдорович Окишев, начавший войну как летчик, затем ставший секретарем военного трибунала, а потом возглавивший минометную батарею, ссылается на слабую память вследствие третьего ранения (в голову), однако именно его воспоминания отличаются вниманием к деталям и множеством подробностей. Запомнится история о том, как он выносил из окружения под Харьковом секретный пакет (скорее всего со знаменем дивизии) в сопровождении четырех автоматчиков, которые погибли один за другим, а после войны нашел их родственников и рассказал им об обстоятельствах гибели своих спутников. А вот эта цитата напомнила истинный смысл фильма «В бой идут одни старики»: «Потери в 41-м были большие, и в нашем полку постоянно кого-то недосчитывались, а то и не одного. И вот прилетаешь с задания, а там, несмотря на потери, тыловая обстановка: танцы, самодеятельность, как будто ничего не изменилось… И невольно возникала такая мысль: завтра ты не вернешься, а тут все то же самое будет... Этот фактор лично на меня действовал очень угнетающе». Ветеран вспоминает, как после ранения в голову и потери памяти учился заново ходить, говорить и писать и как ему, инвалиду 1-й группы, удалось закончить юридический факультет с отличием.

  В книге по мере возможности имеются фронтовые фотографии ее героев. Интервью, как правило, касаются и довоенных и послевоенных лет. О голодоморе 1932-33гг ветеран из Молдавии вспоминает ужасные вещи, тогда умерли четыре его младшие сестры. «Вообще немцы - грамотный и умный народ, просто Гитлер их направил не по тому пути. Думаю, что они бы и коммунизм построили быстрее нас, если бы только взялись...» А.И. Соловьев, пулеметчик, обращается к чиновникам: «Мы свой долг честно выполнили, и вы выполняйте. Два раза в год про нас вспоминаете, и то вам тяжело... Но не волнуйтесь, уже скоро мы все уйдем, и тогда вы заживете спокойно...» Н.И.Дементьев, моряк-партизан: «3-й Симферопольский отряд состоял исключительно из городских жителей, среди которых преобладали руководящие партийно-советские кадры... В лес они пришли с чемоданами, баулами, чувствовалось, что они принесли в лес золотишко и периодически его перепрятывали. Все это выглядело очень забавно». Дальше, однако, не все оказалось таким же забавным. По приказу командира отряда рассказчик был вынужден расстрелять Колю, бывшего военнопленного, сдуру сказавшего «свои летят» про самолеты, которые оказались «Юнкерсами». «Выстрелил ему из пистолета в затылок, а Ермакову не могу этого простить до сих пор. Дурак он!» О боях в Крыму рассказывает и А.Андреева, партизанский комсорг. Трое суток закиданная листвой с пробитой спиной и раной в виске, сжимая гранату в руке она ждала возвращения товарищей. Судьба 20-летней женщины, потерявшей мужа-летчика и только что родившегося ребенка, лишний раз показывает, что советским людям было за что мстить фашистам. Курьезны воспоминания В.Долматова, напоминающие похождения Швейка, - он дезертировал из одной части в другую, ездил в Москву в самоволки, подделывал документы, использовал труд пленных немцев в личных целях, менял оружие на коня, выбирал произвольно воинские специальности. Очень «талантливый» человек, мимо этих баек составители мимо пройти, конечно же, не могли. Ветеран, расписавшийся на стене Рейхстага «Гершман из Гомеля», старшина-командир взвода, говорит о том, что видел тысячи смертей и уже не помнит многих имен тех, кого приказом отправил на верную смерть, а вот лица их стоят перед глазами до сих пор. Другой ветеран, участник трагического Днепровского десанта, вспоминает, что «все пространство вокруг нас было в белых пятнах парашютов. И трупы, трупы, трупы: убитые, сгоревшие, разбившиеся десантники». Пройдя плен и бежав из него, бывший десантник закончил войну в пехоте, но еще десятки лет должен был скрывать свое участие в десанте и пребывание в плену. Бывший дивизионный разведчик Байтман без купюр описывает жестокую жизнь профессионального убийцы и прямо отмечает, что лично он ненавидел всех немцев без разбору и было за что: только его двоюродных братьев погибло за войну восемь человек. На стандартный вопрос журналиста Койфмана об антисемитизме на передовой отвечает просто: не было, а не то мог и пристрелить сразу - нервы ни к черту были.

  Из текста узнаешь множество характерных малоизвестных подробностей военной жизни. Так, например, после госпиталя солдат как правило возвращался в первую попавшуюся часть, исключение делалось лишь для гвардейцев; после того как погаснет ракета, нельзя сразу бросаться на бруствер - пулеметчик обычно дает длинную очередь; с 42-го курсанты военно-морских училищ на фронт не забирались и полностью закончили курс обучения; среди особистов было множество приличных людей; все ветераны отмечают необходимость наличия политработников на передовой; разведчики иногда совершали карательные рейды за линию фронта под руководством СМЕРШа с целью наказания «неправильных» партизан - мародеров и бандитов; обязанности похоронной команды обычно исполняли музыканты полковых оркестров и мн. др.

  Вывод: «Отлично».

  Читать далее

  6

  122

Подборки с этой книгой

• • 
  • 
  • 

  Ах война, что ж ты подлая, сделала...

  • GlebKoch
  • 577 книг
• 

  Мемуары летчиков Второй мировой войны

  • Wildcat815
  • 110 книг