Будни Большого террора в воспоминаниях и документах

Я села в тамбурчике напротив конвоира, и машина покатила по залитой солнечным светом Москве. Центр столицы был празднично разукрашен — отмечали День физкультурника. Кругом мелькали смеющиеся, радостные лица веселых, разодетых людей, и никто не обращал внимания на какую-то грязную машину, где чьи-то дочери, матери и сестры проливали втихомолку слезы, так как поняли, что их увозят от детей, от родных, с которыми они, быть может, никогда больше не встретятся. Все делалось втихую, никто не знал, какой путь и в каком направлении нам еще предстоит проделать. А вокруг ликующая столица отмечала праздник и была так хороша в этот солнечный летний день. Я сквозь слезы смотрела на нее и прощалась с ней: «Москва, я никогда тебя больше не увижу!»