Восстание среднего класса

Автор данной книги Борис Юльевич Кагарлицкий - социолог и публицист, директор Института глобализации и социальных движений - известен российским и зарубежным читателям своими произведениями "Политология революции", "Периферийная империя", "Управляемая демократия: Россия, которую нам навязали" и другими. В книге "Восстание среднего класса" Борис Кагарлицкий отвечает на актуальный вопрос: почему сердцевиной бунта, происходящего в наши дни, являются не голодающие массы, а средний класс? На улицы ...

Жанры

Рейтинг LiveLib

3,5

20 оценок

5
10%
4
50%
3
25%
2
10%
1
5%

Ваша оценка

Прочитали 24Хотят прочитать 22

Рецензии

viktork7 мая 2015 г.
Автор - левак еще с «дореволюционным» (пардон, с советским стажем, когда был посажен). Утверждает классовую идентичность, остро ненавидит русскую национальную правоту. Пишет хорошо, но глупо. Среди кумиров вульгарный советский историк Покровский, от которого даже коммуняки открестились.
В период «застоя» коммунистическая идея теряет свою «энергетику», утрачивает притягательность уже среди самих «строителей коммунизма». Агония наступает в период «перестройки». Замыслы построить «социализм с человеческим лицом», очистить коммунистическую идею от сталинско-брежневских искажений терпят крах. Социалистический строй в СССР показывает свою нереформируемость.
Коммунистический идеал после краха СССР уходит на периферию общественного сознания, живет среди небольших групп энтузиастов. Сможет ли он снова завоевать былую фантастическую популярность? Нам кажется, что деятельность левых интеллектуалов и деятельность, например, альтерглобалистов (которые отчасти питают, и будут питать фантастическую литературу) оставляют для этого некоторый плацдарм. Но наивно уповать на то, что в результате коммунистической революции или какого-нибудь «восстания среднего класса» , произойдет преодоление отчуждения, установится шестичасовой рабочий день и появятся возможности всестороннее развитие личности. Западный «социализм» государства «всеобщего благоденствия» был возможен до тех пор, пока существовала угроза советского коммунизма: хозяева мира дали (вынуждены были дать) среднему классу «вэлфер»; они, и забирают его сейчас обратно – постепенно, но неумолимо. И в будущем светлым утопиям в духе Ивана Ефремова вряд ли суждено реализоваться. При этом мы вовсе не спорим, что коммунизм может вернуться, но как? Так, как это и было уже в истории. Первая попытка произошла после франко-прусской войны (хотя о «первых» воплощениях можно спорить, но они – результат глубоких исторических разломов). Исторический коммунизм был результатом Первой (Советская Россия) и Второй (мировая система социализма) мировых войн. В обычных, «нормальных» условиях ему не пробиться. Следующий мировой катаклизм, возможно, это следующая «реинкарнация» коммунистических порядков – как и было изначально задумано классиками марксизма – в мировом масштабе. Это будет, скорее всего, результатом острой нехватки истощившихся ресурсов. И тогда реальностью станет то, что многократно описано в фантастике: централизованное и жесткое распределение оставшихся жизненных средств, одинаковая форма одежды, пайка синтетической пищи, дыхательный прибор, свирепый контроль над поведением, мыслями, чувствами при помощи новых технологий и глубокого контроля над сознанием.
Читать далее
3
408

Все рецензии

Цитаты

Lindabrida8 июня 2013 г.
Начинается то, что профсоюзные активисты назвали «гонка на спуск», бег по нисходящей. Каждое предприятие, каждая отрасль, каждая страна поставлена перед фактом жесточайшей конкуренции. Рынок труда становится глобальным, но только для капитала. Перемещаясь из страны в страну, деньги ищут самого дешевого работника. Трудящимся остается только одно: отказаться от своих социальных завоеваний, смириться со снижением жизненного уровня, согласиться с ужесточением эксплуатации в надежде тем самым сохранить свое рабочее место. В гонке участвуют работники, а побеждает всегда капитал. Каждое предприятие, снижая свои социальные издержки, заставляет всех остальных делать то же самое. В гонку включаются государства. Если в 50—60-е годы XX века правительства конкурировали между собой, добиваясь повышения жизненного уровня граждан, то теперь они столь же яростно соревнуются в деле его снижения. Это проходит безнаказанно, ибо сами граждане, играющие по новым правилам, признают, что иной альтернативы нет.
Читать далее
1
301
Lindabrida8 июня 2013 г.
Новое общество провозглашает неравенство своим принципом, а несправедливость – двигателем прогресса.
Оно отказалось от стыда и отменило сострадание. Но самое главное, оно отреклось от того, что делало капитализм стабильным на протяжении двух столетий: оно перестало понимать границы рынка.
1
298
Lindabrida8 июня 2013 г.
Любая власть со времен Древнего Египта считает себя меритократией, и другой власти не может быть по определению. Если у господствующего слоя появились сомнения в собственной избранности, значит ему не долго осталось наслаждаться своим положением.
Другое дело, что обоснование превосходства с течением времени меняется. Жрецы Древнего Египта, подобно информационным гуру начала XXI века, обосновывали свое превосходство «знанием», старательно, впрочем, оберегая свои тайны от непосвященных. Феодальный лорд объяснял крестьянину, что он «лучше» него происхождением, а капиталист убеждал рабочего, что превосходит его своей «предприимчивостью». Советские чиновники рассказывали народу, что обладают «единственно научной, передовой идеологией».
Читать далее
0
204