Холодная, отстраненная книга. Таким и должно быть историческое исследование по взрывоопасной теме, ведь малейшее проявление симпатии к одной из сторон конфликта сразу девальвирует ценность изложенных фактов и заставит усомниться в справедливости умозаключений.
Итак, краткий период 1879-1881 гг., когда «Народная воля» вела охоту на российского самодержца. Здесь нет подробного нарратива, флешбеков и отступлений, от читателя требуется знание общей канвы «второй революционной ситуации». Зато здесь есть такие ошеломляющие подробности, о которых вряд ли кто-то из нас слышал.
Во-первых, меня потряс и одновременно не удивил цинизм людей. В известной мере с последней четверти XIX века люди совсем не изменились. Так, власть возвела в ритуал празднование счастливого спасения царя после каждого неудачного покушения. Проводились молебны, праздничные манифестации. И в январе 1881 года, после взятия Геок Тепе (а Россия в этот период вела активную политику в Средней Азии) в столице была манифестация. А.В. Богданович записала в дневнике вопрос дворника «Неужто опять промахнулись?» Таким махровым цинизмом веет от этого вопроса, что поневоле вспоминаешь "Швейка" ("Убили, значит, Фердинанда-то нашего").
Сама постоянная казенная радость по поводу спасения царя сыграла дурную шутку и после удачного покушения 1 марта 1881 года. Так, в Гатчинском Николаевском сиротском институте воспитанники кричали «ура», так как привыкли к этой форме реакции на покушения, и руководству пришлось потом оправдываться перед вышестоящими.
И еще для меня стало открытием, что явление «телефонного терроризма» имеет глубокие корни. После второго покушения со взрывом в Зимнем дворце в обществе началась паника, очень напоминающая ту атмосферу, которая была у нас в 1999 году во время серии взрывов в Москве. То же смятение и разгул писем о якобы заложенных минах в общественно значимых зданиях.
А еще какой-то современностью повеяло и в эпизоде с попытками экстрадиции из Франции одного из народовольцев. И сам запрос, и отказ на него с французской стороны, и освещение в российской официозной прессе, все как будто сейчас. Да и сама атмосфера слухов, превратных представлений о заговоре, конспирология, представления о том, что за терактами стоит один из великих князей, желающий получить трон, ссылки на заграницу, которая расшатывает Россию – все так функционально знакомо.
И в целом, попробуйте представить себя в той эпохе. Да, на царя уже покушались, стреляли в него пару раз, но теперь охота перешла на иной уровень – динамитный, теперь могут пострадать (и страдали) совершенно сторонние люди. И общество (которое и является предметом исследования этой книги) сначала просто заворожено, а потом и с определенной долей истерии смотрело на кровавый теннисный матч между «Народной волей» и правительством. Взрыв – аресты – взрыв –аресты –казни - цареубийство – аресты – казни.
Автор исследования старается нарисовать нам информационное поле, выделяя основных его акторов.
Это и правительственные издания, которые призывали сплотиться подле трона. И церковные проповеди, в которых царя сравнивали с великомучеником. Легальная печать с ее расколом на либералов и охранителей. Нелегальная во главе с продукцией самой «Народной воли» и с многочисленными, но малотиражными эмигрантскими изданиями. Хорошо проработана и область слухов, насколько это возможно по материалам внутренних органов и имеющейся в распоряжении исследователя переписки. Все это вместе рисует сложную динамичную картину общества, которое ищет и не находит адекватного ответа на террор.
И да, меня удивило, что термины «белый террор» и «красный террор» активно использовались участниками этой словесной войны, которая по накалу ничем не уступала реальной бомбистской практике. Мне казалось, что эти термины были взяты в оборот в Гражданскую из арсенала Французской революции, а нет, они уже активно использовались и в 1879-1881.
Так как же реагировало общество на этот кровавый спорт? А было ли общество? Что вообще представляет собой общество? Узкий слой интеллигенции, застрявший между властью и страшным народом (страшным потому, что и власти и интеллигенции все время чудилось, что пропаганда народовольцев сработает и все эти дворники, истопники, извозчики станут для них опасными в один миг)? Можно ли говорить о реакции общества в стране, где не было представительских институтов?
Вот об этой противоречивой каше и расскажет вам эта книга.
P.S. Самая отстойная обложка в серии.
66 понравилось
