
1001 книга, которую нужно прочитать
Omiana
- 1 001 книга
Это бета-версия LiveLib. Сейчас доступна часть функций, остальные из основной версии будут добавляться постепенно.

Ваша оценкаЖанры
Ваша оценка
Почему решил прочитать: дебютный роман известного человеконенавистника и певца одиночества
В итоге:
Герой – мизантроп, нытик и социофобушек.
А также сексист:
...
Расист
Не любит вообще никого:
Из положительных черт героя можно отметить любовь к чтению, курение, наблюдательность и робкие попытки сочинительства.
Уэльбек из тех, кто всю жизнь мусолит одну тему, пишет один роман. А в случае с "Расширением пространства борьбы" и « Серотонином» получилась ещё и сюжетная перекличка-закольцовка. И в дебюте, и в последнем на данный момент романе фигурирует министерство сельского хозяйства, фермеры, протесты и нехватка секса.
Уэльбек устами своего героя в "Расширении пространства борьбы" прекрасно высказался о всём своём будущем творчестве:
Даже когда автор пытается эпатировать, получается это у него тоскливо:
Это была последняя попытка читать Уэльбека. Зачем себя мучать? К тому же я уже прочитал его самые известные вещи: «Элементарные частицы» , «Покорность» и тайскую «Платформу» Теперь вот дебют дочитал.
Написано хорошо, но нагоняет тоску и уныние.
7(ХОРОШО)
Церковь на Старой Площади Руана. Место сожжения Жанны д'Арк.

Я откровенно не знаю, что мне стоит сейчас писать
После прочтения этой книги меня не покидает одно единственное чувство - мне грустно. Мне просто невероятно грустно и я не в силах бороться с этим.
Но всё же. О чём книга?
Сей рассказ повествует нам главный герой, 32-летний парень (или уже будет правильнее сказать мужчина) обитающий в Париже. И для него наступил в жизни период, когда ничего не хочется, нет желания жить и цели, которая смогла бы хоть немного мотивировать к действиям. Друзей, родственников, просто близких людей у это человека нет. Он одинок. Хех, я то надеялась, что он хоть попытается что-то изменить, но нет. Его вроде как это и не устраивает, но и что-то менять он не намерен. Мне было откровенно тошно наблюдать за тем как он губит свою жизнь. Ну зачем? Вот зачем так с собой поступать? Как можно настолько не любить себя?! Я просто не в силах понять. Но таки самое печальное здесь то, что вся эта тяжесть бытия загоняет его в депрессию. Мне никогда не приходилось наблюдать как человек медленно и постепенно приходит к такому состоянию. Жаль его. Вот и всё.
Но таки грустно мне не из-за главного героя этой книги, а по той причине, что я боюсь. Я боюсь, что со мной когда-то может произойти подобное. Но, как бы там ни было, всё зависит от нас самих. Потому таки стоит любить себя и стараться не потеряться в лабиринте своей жизни.

Мишеля Уэльбека называют "Карлом Марксом секса", писателем, который "умеет говорить о любви". А по-моему, это автор, воспевший безысходность человеческого существования.
"Расширение пространства борьбы" - это роман о человеке, дошедшем до середины жизни и заблудившемся в сумрачном лесу. У него нет интересов, стремлений, близких, друзей. Его одиночество - хроническое чувство, которое разъедает, как кислота, изнутри. Он не в состоянии ни жить, ни умереть. Всё обрыдло: никчёмная, абсолютно бесполезная, хотя и престижная работа программиста; люди, окружающие со всех сторон, но не дающие никакого тепла и смысла; города, неважно провинциальные или столичные, где никто никому не нужен; врачи, не интересующиеся тобой по-настоящему. Ему тридцать лет, но единственное что он умеет - это курить и заниматься самокопанием, даже самоедством, я сказала бы.
И это герой нашего времени, понимающий, что он проиграл в этой борьбе, не выжил в расширенном пространстве:
Я оторван ото всего; отныне я - пленник внутри самого себя. Божественного слияния уже не произойдёт, цель жизни не достигнута. Два часа пополудни.
Неутешительный итог. Что это? Кризис среднего возраста отдельного человека или кризис среднего возраста нашей цивилизации? И как пережить его, этот кризис?

Я много раз убеждался в том, что женщина, побывав у психоаналитика, в итоге становится ни к чему не пригодной. И это не побочный эффект психоанализа, а его главная задача. Под предлогом восстановления утраченного «я» психоаналитики грубо разрушают человеческую личность. Невинность, великодушие, чистота – все это гибнет в их неуклюжих лапах. Высокооплачиваемые, высокомерные и безмозглые, психоаналитики полностью истребляют в своих так называемых пациентках способность любить – как духовной, так и плотской любовью; за то, что они творят, их с полным правом можно назвать врагами рода человеческого. Психоанализ, эта безжалостная школа себялюбия, с особым цинизмом обрабатывает немного запутавшихся, но славных девушек, превращая их в низких тварей, которые не способны думать ни о ком, кроме себя, и не могут вызвать ничего, кроме отвращения. Женщине, побывавшей в руках психоаналитика, никогда, ни при каких обстоятельствах нельзя доверять. Мелочность, эгоизм, шокирующая глупость, полное отсутствие нравственного чувства, хроническая неспособность любить – вот точный портрет женщины, прошедшей курс психоанализа.

Что бы там ни было, любовь существует, раз мы можем видеть ее последствия.

В том, что касалось любви, Вероника, как и все мы, принадлежала к загубленному поколению. Когда-то прежде она, несомненно, способна была любить. И, надо отдать ей справедливость, хотела бы обладать этой способностью и сейчас, но это было уже невозможно. Любовь, как редкое, позднее тепличное растение, может расцвести лишь в особом душевном климате, который трудно создать и который совершенно несовместим со свободой нравов, характерной для нашей эпохи. В жизни Вероники было слишком много дискотек, слишком много любовников; такой образ жизни истощает человеческое существо, причиняет значительный и невосполнимый вред. Любовь, то есть невинность, способность поддаваться иллюзии, готовность сосредоточить стремление к особям противоположного пола на одном, любимом, человеке, редко сохраняется в душе после года сексуальной распущенности, а после двух – никогда. Когда в юном возрасте сексуальные связи сменяют одна другую, человеку становятся недоступны сентиментальные, романтические отношения, и очень скоро он изнашивается, как старая тряпка, напрочь теряя способность любить. А дальше живет, как и положено старой тряпке: время идет, красота блекнет, в душе накапливается горечь. Начинаешь завидовать молодым, ненавидеть их. Эта ненависть, в которой никто не отваживается признаться, становится все лютее, а потом слабеет и гаснет, как гаснет всё. И остаются только горечь и отвращение, болезнь и ожидание смерти.














Другие издания


