
Собрание сочинений в шести томах. Том 5
Дмитрий Мамин-Сибиряк
4
(1)
Это бета-версия LiveLib. Сейчас доступна часть функций, остальные из основной версии будут добавляться постепенно.

Ваша оценка
Ваша оценка
Не особо люблю автобиографические истории, но в данном случае меня привлекло имя, вынесенное в название. Пепко - название сети дешевых польских магазинов с одеждой и всякой фигней. Интересно же, как это свзяано с жизнью Мамина-Сибиряка! Не особо и связано))) Собственно, в данном романе Пепко это прозвище друга главного героя, образовано от абсолютно русской фамилии Попов. Такую же фамилию имеет и сам герой романа, альтер эго писателя. В то же время Пепко - двойник и одновременно антипод Попова первого. Именно об их дружбе-противовстоянии и пойдет речь в романе. Мне очень понравились эти закольцованные отношения автора и героев. Мамин-Сибиряк видит себя в Василии Ивановиче Попове, Попов рассказывает черты из жизни Агафона Павловича, отражаясь в нём, как в зеркале. Отношения у них странные, как им удалось сразу же не оттолкнуться друг от друга в разные стороны - загадка. Вот первое впечатление от знакомства:
И буквально на следующий день эти двое съезжаются в одну комнату для совместного бытия. Как это произошло?! Ну, кроме пьянки, похмелья и "вдвоем дешевле". Я перечитала этот момент, но так и не уловила зачем. Нет, они нормально жили вдвоём, некоторые соседи за стенкой приводили их в большее негодование, чем поведение друг друга, но всё же, всё же. Два начинающих литератора-журналиста, оба с надеждами и амбициями, с непростыми характерами. Василий нуждался в одиночестве, чтобы писать; Агафон, видимо, избегал одиночества, чтобы не оставаться наедине "со своим скотством". Ой, обычный молодой человек, ничего вопиющего там не было. Ну, с женщинами несколько историй не самых благородных. Если бы это была история Любочки, а не Пепко, возможно, Агафон выглядел бы бОльшим злодеем. Хотя Мамин-Сибиряк его ни капли не оправдывает, он и впрямь по-свински обошелся с Любочкой. Но дело в том, что она тоже приложила к этому определенные усилия. Нельзя так себя не уважать. На самом деле в отношениях Пепко с женщинами больше обидно было за Василия Иваныча, потому что друг не стеснялся выпутываться за счет друга. Некоторые повороты до изумления были наглыми. Но в этом как раз и проявляется "чёрный двойник", "теневая сторона Поповых"))
Я, наверное, привношу свой "мистицизм" в роман. Мамин-Сибиряк явно в другом жанре работает, он двумя ногами на земле стоит, тщательно подчёркивает, что он из глубинной провинции, от земли, от сохи практически. На него (и на Пепко, тот тоже сермяжный) Петербург давит, но без всяких теней, мистических болот, ощущений гнили, чёрных незнакомцев... (хотя в романе мелькнет история "серого человека")). Поймал чахотку - Петербург точит здоровье, факт, погода такая. И, кстати, психическое здоровье, без попыток притянуть дьявольские козни, - залог выздоровления. Хотя до вершин логики и Василий Иваныч не поднимается - не подходит город, может, надо уехать? Зачем мучения на ровном месте.
Василий Иваныч, Василий Иваныч... Можно подумать, что там такой солидный дядечка с бородой и животиком. В какой-то момент он размышляет:
Старческая апатия у него))
Раз мы сидели в трактире, и он задумчиво спросил:
– Вам сколько лет?
– Двадцать пять…
Под конец вообще чудесные строки:
Насколько сильно отличается ощущение времени и старости сейчас и во времена Мамина-Сибиряка. Забавно читать про "старческие воспоминания" человека, который в момент рассказа младше тебя. Я уж не говорю про "всё повидали и перечувствовали" в 25, "молодость прошла", "верните мне мои 20 лет, мечты и веселье", в 25 уже всё не то.
Интересно, что к 25 годам Василий Попов еще даже не любил. Хотя женских портретов и характеров в книге много, но почти все вьются вокруг Пепко. Даже суровая квартирная хозяйка и та к Пепко с материнской теплотой глубоко в душе относилась. Чем больше гад, тем женщины активнее льнут ;) С Васей поскучнее, вот разве что замужние матроны вздыхать начинают. То ли от любви вне брака, то ли от тоски в браке.
Занятные типажи описывает Мамин-Сибиряк, и слог у него хороший, еще в "Хлебе" заинтересовал. Так что продолжу активно его читать. Немного смущают националистические высказывания (в "Хлебе" их поболе было), но они не агрессивные, основательные такие. Я бы сказала, Мамин-Сибиряк их даже не выделяет как какие-то особенные. Это просто для него факты, как "светит солнце, дует ветер". Коробит, но терпимо.

Дмитрий Мамин-Сибиряк
4
(1)

Аннотация не совсем точна. А может быть даже совсем не точна. Нет, конечно имя Ермака навсегда связано с Сибирью, вроде как именно он "открыл" Сибирь для России. Но в романе об этом славном и значимом в истории России и Сибири моменте речь почти не идёт и имя покорителя Сибири Ермака только вскользь проходит в тексте романа.
А основной темой романа "Без названия" (удивительный случай, когда автор оставил эту, казалось бы, безликую формулировку и читатель тоже не может придумать роману какого-то своего рабочего названия — вот уж действительно "Без названия") всё-таки стало зарождение и развитие капитализма в России. Времена были такие, восьмидесятые-девяностые годы, капитализм лез из всех щелей, ну, а уж на Урале в особенности. И Мамин-Сибиряк, в течение полутора десятилетий буквально погружённый в уральскую действительность и глубоко изучивший все происходившие изменения в промышленной и общественной жизни в этом регионе, естественным образом отражает всё наблюдаемое в своих романах.
В прочитанном романе Мамин-Сибиряк на примере главного героя богатого столичного предприимчивого человека Василия Тимофеевича Окоёмова показывает нам возможный вариант развития предпринимательства на Урале. Прожив в течение нескольких лет в Америке и напитавшись азартным и деловым американским духом, Окоёмов решает и в России сделаться предпринимателем, завести своё собственное дело. И, собрав довольно оригинальную в своём составе компанию, выезжает на Урал, где вкладывает свои средства в золотой прииск.
На протяжении, кажется, пяти лет мы отслеживаем все перипетии внутренних непростых отношений в среде компаньонов, а также нюансы непростых отношений новой компании и местного населения, вникаем в какие-то непростые моменты организации приискового дела и попутных видов доходных дел, а также становимся невольными свидетелями непростой личной жизни героев романа — естественным образом образуются семьи, возникают лирические и романтические отношения — в общем, происходит жизнь.
Мамин-Сибиряк слегка романтизирует образ Окоёмова, делая его выпукло правильным и почти безукоризненно честным. Но, может быть, это мне только показалось и в самом деле в России в указанные времена вполне было возможно выстроить доходное предприятие, оставаясь при этом на принципах справедливости и уважения к людям...
На самом деле, всё это трескучие слова сухого анализа — развитие капитализма и прочие бла-бла-бла, а при чтении романа мы просто проживаем с несколькими главными героями — мужчинами и женщинами, да и дети тут тоже есть — несколько лет их жизни. Вникаем в их непростые характеры и извилистые судьбы, сочувствуем в их любовно-романтических отношениях, в общем, просто наслаждаемся простым чтением качественной русской классической литературы.
Занятный роман, ей-ей.

Дмитрий Мамин-Сибиряк
4
(1)

На мой взгляд, этот роман напрочь выбивается из всего написанного Маминым-Сибиряком. По крайней мере из всего, что я успел к этому времени прочитать из его наследия (а это 9 книг — 8 романов и одно документальное исследование, опубликованное в сборнике, ну и "Алёнушкины сказки", конечно же). Не секрет, что основу "большого крупнотоннажного" творчества Дмитрия Мамина-Сибиряка составляют произведения, посвящённые заводскому Уралу. Но вот этот роман относится к Санкт-Петербургским — и по месту действия, и по персонажам и героям, и по содержанию и сути описываемых в нём происшествий и событий.
В центре внимания сам рассказчик, молодой начинающий писатель и по совместительству корреспондент Василий Попов, приехавший в столицу откуда-то с югов России. Ну, и его друг и сожитель (в том смысле, что они вместе живут в одной съёмной комнате на двоих) по прозвищу Пепко. Оба молодых человека являются студентами и оба они корреспонденты. И потому дружны, ибо живут одними и теми же заботами и проблемами, общими событиями и общим же кругом общения. И жизнь у них выстроена как и положено у молодых студентов — поиски денежной работы и попытки публикаций, писательские опыты и отношения с представительницами прекрасной половины человечества, дружеское общение и дачные выезды.
Роман вроде бы не начинён сверхмощными громкими привлекательными происшествиями, но тем и хорош, что на примере Пепко и самого рассказчика мы наблюдаем жизнь молодых людей того поколения, узнаём их мечты и чаяния, надежды и веры, любови и ценности, быт и работу — мы становимся свидетелями жизни того времени. И это ощущение ещё более усиливается, когда мы встречаем в романе места, когда уже сам автор обращается к своим героям и к каким-то событиям из их жизни со своими собственными рассуждениями и воспоминаниями, когда уже сам Мамин-Сибиряк философствует и рассуждает о минувшей молодости и о наполненности жизни вообще (на момент написания романа Мамину-Сибиряку было 42 года и видимо некое переосмысление своей собственной жизни было у него самого — впрочем, об автобиографичности этого романа написано в разных статьях о Мамине-Сибиряке).
Роман отличается от прочих ещё и тем, что в нём практически нет внешних людей, он субъективен и интровертен, он написан ракурсом "изнутри наружу". И такой взгляд изнутри на самого себя, своих знакомых и друзей, и на события внешнего мира позволяет и читателю применить этот приём и в отношении уже самого себя, провоцирует задаться теми же вопросами, о которых пишет Мамин-Сибиряк.
И, наконец, не перестаёшь радоваться писательскому мастерству Дмитрия Наркисовича, его таланту владения русской литературной письменной речью.

Дмитрий Мамин-Сибиряк
4
(1)

– К сожалению, ты прав… Подводная часть мужской храбрости всегда заготовляется у себя дома. Эти милые женщины кого угодно доведут до геройства, которому человечество потом удивляется, разиня рот. О, как я теперь ненавижу всех женщин!.. Представь себе, что у тебя жестоко болит зуб, – вот что такое женщина, с той разницей, что от зубной боли есть лекарство, больной зуб, наконец, можно выдернуть.

– Она вас оскорбила давеча совершенно напрасно, – я ей это тоже высказала. Вы согласны? Ну, значит, вам нужно идти к ней и извиниться.
– ?
– Вы забываете, что сестра моя женщина, больше – девушка, и мужчина виноват всегда, особенно если выведет ее из себя.

















