Одна из самых странных книг издательства "Вече" и его известного писателя-многостаночника-стахановца на ниве военной истории Мощанского Ильи Борисовича. Автору в ней принадлежит примерно 4/5 от объема, из которых первые семьдесят страниц рассказывают о заглавной теме с обложки - информационной борьбе на линии фронта. Следующие 3/5 объема занимают две статьи о боях у озера Хасан и у Халхин-Гола, являются "гвоздем материала" и совершенно не связаны с заявленной тематикой книги. И о последней части ниже скажу особо.
Первая статья - это исследование, основанное на примерно полтора десятках источников информации, как советских времен, так и архивных источников, и только труд С.И. Репко Война и пропаганда (ХV-ХХ вв.) 1999 года из относительно новой литературы. Тема, конечно, не очень "боевая", но ничего другого я не читал, особенно описание технических деталей, как звукоусиливающие установки помещали на танк Т-26 и подползали к линии фронта пропагандировать противника. Или установка на самолете-трудяге По-2 аналогичной конструкции, и зачитывание диктором с воздуха краткой, на полминуты, политсводки с бреющего ночного полета на высоте менее километра. Плюс информация об органах, которые занимались этим в тылу и на передовой. Под конец войны этот массированный информационный кулак достиг апогея в 44-45-м годах, когда только данцыго-гдынскую группировку немцев, прижатую к морю обрабатывали с четырех десятков мощных фабричных громкоговорителей, вследствие чего 14 тысяч солдат добровольно сдались в плен, а это куда лучше, чем проливать свою кровь побеждая их в бою. Конечно, доходчивость призывов сдаваться в плен была прямо пропорционально успехам Красной Армии в бою.
Статьи о Хасане и Халхин-Голе - это краткий ликбез на тему, не более. Отечественные источники демонстрируют практически полное отсутствие свежих исследований на тему, Мощанский цитирует одни и те же переходящие из одной советской книги в другую документы, по традиции ругает Мехлиса, и в общем эта основная часть книги интересна одним - кратким описанием ползучей японской оккупации северо-восточного Китая в 1931-33 году, которая вообще-то к описываемым событиям у Хасана имеет лишь косвенное отношение, но включены явно до кучи.
Четвертая часть самая ценная - и она вообще не принадлежит автору. Это цельнотянутая статья "Японские танковые войска в операции у реки Халхин-Гол (бои 2-4 июля 1939 года)" из книги Nomonhan: Japan Against Russia американского историка Элвина Кукса. Я как-то не интересовался, что пишут на Западе о наших русско-японских противостояниях в 30-х (Soviet–Japanese border conflicts как в Вики), а как посмотрел, так реально поразился. Около десятка книг только о Халхин-Голе с 90-х годов, когда этой темой заинтересовались западные историки, которые не только подняли журналы боевых действий с японской стороны, но и нашли и записали воспоминания доживших до наших дней солдат и офицеров Квантунской армии. Вот и вышеупомянутая книга - это почти 1300 страниц (!) в мягком переплете, полагаю, что это исчерпывающая точка зрения на события с японской стороны. В статье же, резко отличающейся по стилистике от почерка самого Мощанского, рассказывается о том, как с приключениями молодые японские танковые войска, 3-й и 4-й танковые полки, добирались до места сражения, борясь прежде всего с бездорожьем, как на месте им пытались придавать артиллерию и пехоту, но опыта применения таких соединений не было еще ни у кого в мире, так что в итоге танки воевали в одиночку. Рассказ о командирах соединений, вплоть до черт характера, рассказы о японских танках конца 30-х, специфическое японское отношение к своим подбитым машинам - их не разрешалось бросать экипажам, в крайнем случае они должны были снять пулемет и идти в бой простыми пехотинцами, и наконец бои 2-4 июля 1939 года, когда два японских полка решили, что видеть врага и не атаковать его - меньший грех, чем нарушение устава, запрещающего ночные бои - и атаковали советские войска на правом берегу севернее Хайлыстан-Гола. Передавив гусеницами все, что нашли на позициях, танки расползлись, и остаток ночи командиры собирали свои подразделения. Русские историки этот эпизод подробно вообще не заметили, видимо, наверное потому что потом японцев кинули к Баин-Цагану, и в тамошнем сражении оба полка были разбиты наголову. Но детальность описания действий японцев впечатляет, у нас подобное есть только в немногочисленных мемуарах участников событий. В целом, эта статья с лихвой оправдывает покупку и прочтение всей книги.
18 понравилось
