Путь к великой цели. История одной экономической идеи

Автор этой книги — американский журналист Сильвия Назар, написавшая прославленную биографию математика Джона Нэша, по которой был снят фильм “Игры разума”. “Великая цель” из названия книги — это процветание максимально возможного количества обитателей земного шара. “Путь к великой цели” начинается в середине XIX века, века королевы Виктории и ее всемогущей империи. Но уже очень скоро мир охватывает одна катастрофическая война, а за ней и другая. Правительства по всему миру — от коммунистических ...

Жанры

Рейтинг LiveLib

3,9

22 оценки

5
27%
4
55%
3
9%
2
9%
1
0%

Ваша оценка

Прочитали 28Хотят прочитать 190

Рецензии

red_star6 октября 2016 г.
Идеология вместо науки
Your economic theory makes no sense.
Sting, 'We Work The Black Seam', 1985
Странная книга. Она мастерски написана, но насквозь мифологизирована и идеологизирована. Может быть вы когда-нибудь держали в руках старые советские издания, желательно начала 50-х. В них вы могли найти довольно жесткие оценочные суждения о западных политиках и типах вроде Чан Кайши. В известном смысле эта книга Зульфии (Сильвии) Назар аналогична – она также не стесняется в эпитетах для тех, кто ей не симпатичен.
А ведь какую благородную цель ставил перед собой автор – рассказать об экономистах, мыслителях, которые хотели облагодетельствовать человечество, повысить уровень жизни людей, вывести их из нищеты и невежества к высотам цивилизации. Начинает автор с Маркса (которого ненавидит, топчется по его бытовым неурядицам, злорадуется его финансовым промахам и показывает полное непонимание трудовой теории стоимости), потом переходит к отцам-неоклассикам, переключается на набивших в узких кругах экономистов оскомину австрияков, а потом мусолит Кейнса. Проблема состоит в том, что таким, благородным и идеалистическим, было лишь первое поколение героев книги, собственно Маркс и, слегка, Альфред Маршалл. Остальные герои книги выглядят куда как более нелицеприятно, они в основном заботятся о собственном благосостоянии, надувая щеки и изображая из себя экономических гуру.
Основной успех книги в бытописательстве. Автор великолепно рассказывает о викторианском Лондоне, имперской Вене и межвоенной Америке. Она сделала для меня людьми многих известных экономистов второй половины XIX века – первой половины XX века, которые до этого были просто строками из учебников. Однако вместе с этим она и демифилогизировала их теории. Грязноватый пройдоха Шумпетер потерял ореол ученого, оказавшись жуликоватым и неудачливым чиновником. Ирвинг Фишер оказался слишком увлекающимся, что привело к ошибкам как в финансовом плане, так и к смерти дочери от неправильного лечения.
Если честно, книгу надо было делить на несколько отдельных изданий. Яркий успех – описание Вены и Австрии в целом после Первой Мировой войны. Обрубок развалившейся империи, который ненавидят отпавшие национальные окраины, мятежи и попытки революции, грязные дела правительства. Помните, в конце 80-х большевиков травили за продажу культурных ценностей ради твердой валюты? Австрийцы делали тоже самое, с такой же неохотой.
Автор ничтоже сумняшеся рассказывает о том, как создавался Версальский мирный договор. Есть у наших западных партнеров известная привычка – делать что-то грязное кулуарно, за кулисой, отрицать это несколько десятилетий, а потом признаваться с невинным лицом. Такие вещи как участие ЦРУ в дестабилизации Чили при Альенде, ужасы Вьетнамской войны и прочие примеры вплоть до пресловутой пробирки Пауэлла, которой он размахивал на заседании Совбеза ООН. Началось это как минимум после Первой Мировой. Мрачная картина подавления Венгерской советской республики на деньги Ротшильдов через помощь министра финансов Австрии Шумпетера – какой сюжет для советской пропаганды был бы! А теперь наши партнеры не стесняются об этом рассказывать.
Мелкое замечание, сам Версальский мир (экономическая его часть) создан под влиянием гомосексуалиста (Кейнса) и юдофила (так его определяет автор) (Шумпетера) – какой простор для злопыхательских интерпретаций (это сарказм).
Кроме рассказов о мрачной кухне политики и экономики автор не обходит вниманием и Советский Союз, проявляя воинствующее невежество. Именно воинствующее. Когда в повествовании появляется Сталин, автор несет такую откровенную ересь, что ей позавидует любой либеральный автор. При этом эта околесица не снабжена никакими ссылками. А эпитеты, боже, какие эпитеты! Примитивная теория Ленина, экономически неграмотный Сталин, Советский Союз – союзник Гитлера. Это невежество имеет систему, это откровенная идеология автора. С концепцией нейтральной точки зрения историка и исследователя автор совершенно незнакома. Страшно подумать, какой будет ее третья книга (первая – «Игры разума»), которую она собирается писать о западных интеллектуалах, веривших в Советский Союз.
Но интереснее всего было читать о Кейнсе. В западном пантеоне он занимает заметное место. И вместе с тем его позиция странна – ведь ратовал он за активное вмешательство государства в экономику, что делало его монстром для победившей в конце 70-х новой либеральной ортодоксии, чья волна на излете захватила и нашу страну, породив у широкой публики устойчивые мифы вроде «государство – ночной сторож». Но Кейнса никак не выкинешь – он стабилизировал западный мир, а отказ от его инструментария опять привел к затяжному экономическому кризису, который тянется уже седьмой год (с 2009).
Надо сказать, что автор очень плавает при объяснении нюансов отличий концепций разных экономистов. Это несколько странно, ведь она преподаватель и имеет степени. Но кривизну ее подхода никак не объяснить лишь упрощениями для широкой публики, она часто спотыкается на ровном месте (как с трудовой теорией стоимости). Так что не воспринимайте ее объяснения как самодостаточные, сравнивайте с другими источниками.
Итак, что же мы имеем в сухом остатке? Интересное, хотя и несколько хаотичное жизнеописание судеб Маркса, Маршалла, Шумпетера, Фишера, немного Фридмана и еще пары-тройки более эпизодических персонажей. Все они были знакомы между собой, составляли крайне узкий круг экономистов-международников и играли роль экспертов при правительствах разных стран.
Особую оторопь вызывают финальные пассажи об Арабской весне. В них как в зеркале отражается нищета философии автора - ноль предсказательной силы и тонны пустого пафоса о свободе. И ни малейшего понимания того, сколько крови будет пролито.
Меня не покидало странное чувство, что многие из них относились к людям, к жизням людей как к полю для экспериментов, не задумываясь о последствиях своих действий не в абстрактном поле понятий а-ля спад или подъем, а о влиянии их на жизни простого человека. Страшное чувство, когда жуликоватые политики, как перчатки меняющие свои убеждения (Уинстон Черчилль, например) обращаются за практическими советами к узкой группе экспертов, получивших одно и тоже образование в элитных школах и продолживших его в элитных ВУЗах. Узок их круг, страшно далеки они от народа, как говорил когда-то человек, названный некоей Сильвией Назар примитивным.
Читать далее
65
1,3K
Zhorakovsky20 августа 2016 г.
Интересно, но отрывочно
Книга описывает развитие экономических идей западного мира от Маркса и Энегельса до Робинсон и Сена. Автор попыталась показать влияние различных течений друг на друга и каким образом судьбы авторов экономических теорий повлияли на их взгляды. Книга охватывает период более ста лет и сосредоточена на мыслителях из Западной Европы и США.
К недостаткам стоит отнести окровенно шизофреничное изложение: повествование может перескочить с биографии Фридриха Хайека на описание советских шпионов в американском правительстве и закончиться работами Кейнса. Разбивка по главам, особенно во второй половине книги, также весьма произвольна. Удивили и отдельные оценочные суждения автора: та или иная теория открыто называется "ошибочной", хотя факты в самой книге показывают читателям, что "истинность" экономических теорий – понятие растяжимое и во многом политическое.
Читать далее
6
498
KonstantinSonin21 января 2020 г.
МОЁ ПРЕДИСЛОВИЕ [2013]
В XXI-ом веке в мире стремительно развивается любовь к «малым формам». Даже высоколобые интеллектуалы всё больше времени уделяют Twitter, в котором размер сообщения ограничен 140 символами, а записи в блоге длиной больше чем размер экрана кажутся занудными. Сильвия Назар, экономист по образованию и профессор журналистики Колумбийского университета, рискнула, написав историю экономической науки прошлого и позапрошлого веков в старомодном ключе – в виде большого тома, разбитого на крупные главы и содержащего мелкие подробности жизни многочисленных персонажей. Такую книгу мог бы написать, заинтересовавшись историей экономической мысли, Карамзин или Солженицын. Впрочем, поклонникам блогов и форумов нужно только вчитаться – книга быстро становится захватывающей и читается легко. И это при том, что начинается она в самых непривлекательных обстоятельствах, охватывает период мировых катастроф и завершается в момент, когда перед экономистами стояли ничуть не менее сложные задачи, чем за сто лет до этого.
Сильвия Назар впервые прославилась биографией великого экономиста Джона Нэша, Нобелевского лауреата 1994 года. Документальная книга “A Beautiful Mind” стала бестселлером, а снятый по книге художественный фильм «Игры разума» посмотрели миллионы. Рассказывая историю выдающегося учёного, больного шизофренией, автору удалось переплести биографические детали и медицинские подробности – то, что интересно «широкой публике» - с подробным изложением интеллектуальной истории открытий Нэша – и в экономической теории, и в чистой математике. В своей второй книге, «Путь к великой цели», Назар ставит себе ещё более амбициозную задачу – рассказать про жизнь великих экономистов ХIX и XX столетий, европейских, американских и даже, уже в наше время, индийских, поставив их работы в единый контекст. Герои Назар, люди разного происхождения – от аристократического до самого простого – движимы разными мотивами, но их вклад в экономическую науку неуклонно смещает общество в сторону большего достатка и защищенности. Даже те учёные, которых вовсе не интересовали темы социальной справедливости и для которых экономическая наука была сродни инженерии или биомедицине (и включала столько же математических формул и статистического анализа данных), невольно оказываются соучастниками общего прогресса.
Для человека учившегося, как я, в школе в советское время, книга Назар – возможность узнать интеллектуальную историю последних двух веков в неискаженном виде. Маркс оказывается не надмирным гением, а влиятельным экономистом из длинного ряда влиятельных экономистов, работы которых были когда-то актуальны, но потом устарели. Тем более интересно узнать подробности его личной жизни – человек, именем которого в ХХ веке обосновывалась власть рабочих во многих странах, включая нашу, никогда не был на заводе, да и особенно реальной жизнью рабочих не интересовался. Сказалось ли отсутствие интереса к тому, что происходит на самом деле, на качестве экономического анализа и практических выводах? Что ж, история знает случаи – и в книге они описаны – когда учёный никак не опирается на личный опыт в своей работе и, тем не менее, сила его интеллекта позволяет понять как устроен реальный мир и даже изменить его к лучшему.
Читателю Назар, у которого советского опыта нет, ещё лучше. Не нужно ничего исправлять в представлении о мире, можно просто открывать интеллектуальную историю двух веков (точнее, одного столетия, 1850-1950, которое покрывает «Путь к великой цели»), смотреть, как она следует за грандиозными потрясениями этого столетия – двумя мировыми войнами и Великой депрессией. Центры экономической мысли - Лондон, Вена, американский Кембридж – основные остановки её путешествия; интеллектуальные гиганты своих эпох – Маршалл и Фишер, Шумпетер и Кейнс, Хайек и Фридман – основные персонажи.
Выпустить том-историю экономической мысли в начале второго десятилетия ХХI века было рискованным предприятием по ещё одной причине. После пяти кризисных лет на профессиональных экономистов смотрят не с восхищением и уважением, а, скорее, с подозрением. Обвинять экономистов в том, что они не смогли предотвратить кризис – это примерно то же самое, что обвинять врачей в том, что, несмотря на лечение, больные продолжают умирать и, тем не менее, репутация целой профессии пошатнулось. Книга Назар, погружая читателя в обстоятельства куда более тяжёлые, чем нынешние и показывая, как сложно было сделать очередной шаг – даже если этот шаг был только мыслью, записанной на бумаге, восстанавливает репутацию экономистов. Только тот, кто понимает, что такое было быть бедным сто пятьдесят лет назад, как плохо понимали экономические механизмы лучшие умы человечества и какая долгая дорога пройдена с тех пор, может заинтересоваться вкладом интеллектуалов в экономическое развитие. Но, заинтересовавшись, он увидит, как многое уже было сделано на пути к великой цели.
Читать далее
3
882

Все рецензии

Цитаты

red_star4 октября 2016 г.
Советский диктатор [Сталин], который был настолько экономически неграмотен, что однажды, когда обнаружилась нехватка мелких монет, приказал расстрелять несколько десятков банковских кассиров, потребовал отдать на экспорт половину урожая.
2
347
red_star4 октября 2016 г.
Теперь мы знаем, что, пока Уэббы [в 1932 году] разъезжали в лимузинах и специальных поездах, Сталин превратил Украину в гигантский концентрационный лагерь.
2
296
red_star4 октября 2016 г.
Отработав три срока в качестве приглашенного профессора, в 1932 году Шумпетер переехал в Гарвард навсегда. Его отъезд не был связан не столько с ростом левого и правого политического экстремизма [...], сколько с неудачными попытками получить подходящую должность в Берлине и нежеланием жениться на своей давней любовнице Мии Штеккель.
2
83